Tuesday 24.05.2022|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Фото: Томер Аппельбаум
    Фото: Томер Аппельбаум

    Политика как игра слов: как поселенцы влияют на общественное сознание

    Орит Струк не растерялась. Она подбежала к премьер-министру, замахала на него руками и крикнула: «Ты уселся в кресло премьер-министра благодаря жителям молодых форпостов, вручивших тебе мандат!» («молодые форпосты» — термин «ХаХитйашвут ХаЦаира» появился примерно три года назад, обозначает новый этап в движении поселенчества. — Прим. «Детали»). Это произошло две недели назад во время довольно нервного обсуждения по законопроекту об электричестве.


    Струк упомянула «молодые форпосты» – и не случайно. Это особая практика поселенцев, которые ухитряются переиначивать прежние определения, чтобы влиять на общественное сознание. Когда-то «молодые форпосты» на самом деле назывались «незаконными поселениями». Это около 70 форпостов, незаконно созданных за эти годы, вопреки решениям правительства – часть на частной палестинской земле (такие как Хомеш), часть на «государственных» землях (не наших), часть на армейских территориях. Все они возникли за пределами крупных поселенческих блоков, чтобы избежать любых попыток территориального компромисса. Им удалось уклониться от многих правительственных решений, предусматривающих их демонтаж. Струк хочет электрифицировать эти поселения, чтобы добиться их окончательного укоренения.

    Проблема в том, что СМИ (не все) с радостью прибегают к новой терминологии. Что же, красивое и привлекательное определение, а кому не хочется чувствовать себя молодым? Мир принадлежит молодым, не так ли? Возможно ли, что эти молодые люди на самом деле захватчики земель, возможно ли, что они действуют как погромщики по отношению к своим палестинским соседям, сея террор и ужас, выкорчевывают оливковые деревья, бросают камни в палестинские автомобили (так погибла Айша Араби), заходят в деревни, чтобы поджигать машины, бить фары, бить стекла и даже поджигать дома вместе с жильцами, как это было в деревне Дума? Нет-нет, что вы, это невозможно – потому что они представляют красивое и безвинное «молодое поселенческое движение», «молодые форпосты».

    Но попытки повлиять на общественное сознание начались не сейчас. В 1980 году поселенцы создали организацию, на которой лежала ответственность за расширение поселений и укрепление оккупации. Они подыскивали название, которое символизировало бы собой новую руководящую структуру и помогало бы добиться общественной легитимации; так было выбрано имя «Совет Иудеи и Самарии» («Моэцет Йе”Ша»). Есть нечто общее с горсоветом или региональным советом – другими словами, учрежденческая структура. Вот почему, когда генерального директора этого Совета приглашают выступить в СМИ, все уверены, что он – часть власти, и это добавляет ему силы, уважения и дает возможность влиять на общественное мнение.


    Политика как игра слов

    Примерно в то же время (1978 год) группа представителей левого лагеря решила создать организацию, которая занялась бы урегулированием конфликта и созданием двух государств для двух народов. В противоположность «Совету Иудеи и Самарии». Организацию решили назвать «Шалом Ахшав» («Мир сейчас») – четкое название частной организации, чьи интересы вовсе не лежали в плоскости истеблишмента, и это в значительной степени ослабляло ее влияние на общественное мнение.

    То есть речь идет об общественной организации в противовес частной? Ни в коем случае. «Совет» также, согласно статусу, частная организация, не является частью какой-либо структуры или учреждения, но его название намеренно вводит в заблуждение.

    И, наконец, третий пример.


    Сразу после Шестидневной войны мы ввели в оборот термин «Западный берег». Иногда употребляли выражение «оккупированные территории». Потом слово «оккупированные» запрятали, остались – «территории». Но правые пропагандисты приложили немало усилий и изменили и это название на Иудею и Самарию. И это огромная разница. Потому что когда мы говорим «Западный берег», то понятно, что речь идет не о нашем береге, а об иорданском. Когда употребляется выражение «оккупированные территории», то имеются в виду территории, которые надо вернуть. «Территории» – понятие, указывающее, что они не наши.

    Но, с другой стороны, Иудея и Самария – наши, да еще как наши! Потому что это – из ТАНАХа, это земли, принадлежавшие патриархам, где правили цари Шауль, Давид и Шломо. Это – священная для нас земля, где хоронили праотцов и праматерей. Возможно, где-то неподалеку находится и «Лестница Яакова». Так как же вообще можно себе представить возвращение священной земли, которая фигурирует в документе, подтверждающем право собственности на землю, под названием ТАНАХ?

    Нехемия Штресслер, «ХаАрец» М.К. На снимке: Орит Струк, фото: Томер Аппельбаум˜


    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

    DW на русском: главные мировые новости

    "Заповедник": сатирическое шоу

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend