«Пойдем до конца». Израиль меняет стратегию в отношении Ирана

В издании Tehran Times от 22 июня один из самых опытных иранских инсайдеров сделал поразительное признание относительно новой стратегии заклятого врага его страны.


После замечания о том, что «ирано-израильский конфликт не может быть решен дипломатическим путем», Али Лариджани, бывший спикер иранского парламента и советник верховного лидера Али Хаменеи, добавил следующее: «По моему мнению, сегодня [Израиль] научился противостоять Революции, поэтому военным и политическим лицам страны необходимо уделять ему больше внимания».

Откровенность комментариев Лариджани, с какой бы неохотой ни сделал он свой комплимент, имеет огромное значение для Израиля и всего региона. Человек, бывший в 80-е годы командующим Корпуса стражей исламской революции, в течение многих лет стоявший на вершинах власти в Тегеране, по сути, признал, что в связи с успешным изменением израильской стратегии иранскому истеблишменту нужно пересмотреть свои прежние установки.

У «новой парадигмы сионистов» есть имя: стратегическая пропорциональность. Израиль будет бороться с наркокартелем, а не с уличным торговцем наркотиками. Удар будет нанесен не только по марионеткам, но и по кукловоду в Тегеране, который до сих пор пользовался относительной неприкосновенностью и безнаказанностью. Теперь «кампания между войнами» перерастет в настоящую войну, и послание Израиля звучит просто: вы сами на это напросились.

В воскресенье, 17 июля, начальник Генштаба ЦАХАЛа генерал-лейтенант Авив Кохави заявил, что «дипломатия может потерпеть неудачу, и военный вариант является моральным императивом». Его заявление было услышано в Тегеране, и Камаль Харази, президент Стратегического совета по международным отношениям, быстро ответил на него: «Иран может в очень короткий срок создать ядерное оружие». Тайная и непрозрачная война превратилась в открытый обмен угрозами.


В октябре прошлого года я беседовал с доктором Томасом Капланом по поводу его призыва к Израилю пересмотреть политику в отношении марионеток Ирана. Говоря прямо, этот проницательный наблюдатель выдвинул тезис о том, что ведение Тегераном непрерывного фрагментированного конфликта таким образом, что его собственная территория остается защищенной от пропорционального дестабилизирующего противодействия, должно быть остановлено.

План Каплана фокусируется на реализации жесткого, методичного подхода к Ирану, который исходит не столько из принципа «объект за объект», сколько «стратегия за стратегию». Конечная цель – деэскалировать ситуацию (по его мнению, траектория, по которой Израиль и Иран неумолимо двигаются) – приведет к тотальной войне двух стран.

Оказалось, что это было весьма значимым предложением – как в Израиле, так, по-видимому, и в Иране. Его политический подход, известный в израильских оборонных и разведывательных кругах как «стратегическая пропорциональность», был воспринят положительно. И тогдашний премьер-министр Нафтали Беннет, и тогдашний министр иностранных дел Яир Лапид вскоре после этого в частном порядке признали, что они не только одобряют логику, лежащую в основе этого изменения парадигмы, но и что тезис Каплана отражает то, как они хотели бы сформировать новую израильскую политику.

Действительно, всего через месяц после этого интервью Беннет публично выразил аналогичный подход, а именно: больше нет смысла позволять Ирану безнаказанно преследовать Израиль на расстоянии. «Мы должны добраться до отправителя», – заявил он, добавив, что Иран годами осуществлял террор против Израиля через посредников и теперь должен знать, что «эра иммунитета для иранского режима закончилась».

Из этого значительного риторического сдвига за последние пару месяцев возник более решительный поворот к тому, что Беннет в интервью журналу «Экономист» назвал «доктриной осьминога». По его словам, «мы больше не играем с щупальцами, то есть с марионетками Ирана: принявшись за голову осьминога, мы создали новое уравнение».

Нынешний премьер-министр Лапид, похоже, придерживается той же точки зрения. «Мы сказали миру, что больше не хотим это терпеть, – сказал он на прошлой неделе. – Иран говорит: «Мы можем принести войну к вашему порогу, потому что вы никогда не принесете ее к нашему». Но это будет происходить совсем не так… Если иранцы принесут войну к нашему порогу, то они найдут войну у своего порога. Если они хотят ее избежать, то и мы ее избежим».

Когда мы снова беседовали в прошлом месяце, Каплан с одобрением подчеркнул последнюю фразу: когда конечной целью является пресечение большой войны в зародыше, всегда должен быть запасной выход.

Каплан считает, что Беннет и Лапид привлекли внимание Ирана, и что Исламская Республика переваривает это послание. Комментарии Лариджани относительно новой формулы Израиля были весьма обнадеживающими.

Но Каплан утверждает, что Израиль должен не почивать на лаврах, а наоборот, добиваться преимущества, при этом тонко оказывая режиму в Тегеране услугу, просвещая его и дальше.

«Они все еще пьют опасный коктейль из заблуждений, вызванных накачанной адреналином идеологической подготовкой и нарастающим мессианским пылом КСИР», – отмечает он. Каплан говорит: «Режим считает, что Израиль уничтожат его собственные противоречия: страна раздирается классическими еврейскими распрями, на что накладываются беспокойное арабское меньшинство и враждебное палестинское население».

Iranian Presidency Office via AP

После «победы» в последней войне в Газе [в мае 2021 года], которая, по мнению Тегерана и ХАМАСа, осталась за «сопротивлением», они чувствуют себя уверенно. В их глазах Израиль в упадке, это просто карточный домик. Они считают, что присутствие Израиля на Ближнем Востоке окажется лишь дурным сном, подобно американскому, верховный лидер Хаменеи справедливо пророчил США унизительный уход из Афганистана.

Отмечая, что революционный режим склонен к преувеличениям, Каплан утверждает, что его нужно отучить от таких ложных нарративов и представить ему тот, который они смогут понять: в дальнейшем повестка дня Израиля в отношении Ирана будет такой же, как у Ирана в отношении Израиля.

По его мнению, с сегодняшним Ираном лучше всего сработает надежный потенциал силы, подкрепленный прямым разговором – на языке, который часто использует его режим. Покойный президент Акбар Хашеми Рафсанджани, которого часто называют «прагматичным» или даже «умеренным», однажды остроумно сказал, что Израиль является «страной одной бомбы» – подразумевая, что довольно одной ядерной бомбы, сброшенной на Израиль, и страна перестанет функционировать, тогда как Иран, учитывая его стратегическую глубину, переживет ответный удар.

Такое мировоззрение преобладает в Тегеране. Поэтому, по мнению Каплана, было бы полезно из терапевтических соображений довести до сведения режима следующее (рискуя показаться воинственным, но не обязательно отменять непрозрачность): «Мы слышали ваши нудные заявления о том, что вы намерены стереть нас с лица земли, сровнять Тель-Авив с землей и так далее. Мы закончили препарировать каждое слово на предмет скрытого смысла и двусмысленности, и мы закончили проводить сравнительный контент-анализ на фарси-иврите-английском. Уже не в первый раз евреи сталкиваются с враждебностью такого уровня, и мы это понимаем. Поэтому, пожалуйста, выслушайте вот что. Если конечная цель Ирана – уничтожение Израиля, то таковой будет и стратегия Израиля».

Израиль должен сказать иранцам на понятном им языке: «Мы такая же часть Ближнего Востока, как и вы. И мы знаем правила. Мы поступим с Ираном так же, как Ашшурбанипал поступил с эламитами. И как вавилоняне и мидийцы обошлись с Ниневией, – говорит Каплан, который глубоко погружен в античность и военную историю. – Многие евреи, возможно, уже не понимают отсылок к истории разрушения империй, но я уверен, что иранцы поймут».

Выбросить шахматную доску

Изменение подхода Израиля стало большой неожиданностью для иранцев, и, к ужасу Тегерана, теперь они видят, что, по крайней мере по этому единственному вопросу – как вести себя с Ираном, режиму удалось не только разозлить израильтян, но и объединить их.

Каплан говорит: Тегерану необходимо понять, что, расширяя свою империю до Средиземноморья и не сворачивая со своей нынешней стратегии окружения и провоцирования Израиля, он рискует. Случайные события вполне могут поставить под угрозу плоды 2500-летней культуры, если вызвать гнев одной страны, которую он должен бояться больше всего – как из-за ее уникальной истории, так и ее военного потенциала.

Когда его друзья в арабском мире спрашивают, что бы он сделал на месте Ирана, Каплан отвечает: «Умный ход для Ирана – не играть в шахматы с Израилем, а выбросить шахматную доску и заключить Великую сделку с еврейским государством. Это очевидно. Иранцы и израильтяне – естественные союзники, и выгода для Ирана будет огромной».

Каплан признает, что с учетом идеологии Ирана этот уровень добровольного прагматизма в настоящее время не более чем мечта. Но его размышления заслуживают внимания. Когда один из правителей арабских стран Персидского залива, ставший свидетелем предупреждения Каплана, спросил его, как он смог предсказать беспрецедентное нападение Ирана на Саудовскую Аравию практически с точностью до часа, Каплан вполне серьезно ответил: «Я думаю, что в прошлой жизни я был персом».

Похоже, он говорит это искренне. Непринужденный космополит, он спокойно перемещается между цивилизациями прошлого и настоящего. Преданный персофил, обожающий иранскую культуру, он также изучает ее древние религии и читает ее поэзию. Побывав более чем в ста странах, он больше всего жаждет посетить Иран и то, что он называет «священными» древними местами: Экбатану, Сузы, Аншан, Пасаргады и Персеполис.

Возможно, считает Каплан, великая цивилизация, породившая Гафиза Ширази, Омара Хайяма и Саади, однажды может вернуться к своему более «цивилизованному» нраву – как внутри страны, так и за рубежом. Но он не сентиментален и говорит, что режим «велаят-е факих» (шиитская исламистская система управления, оправдывающая господство духовенства над государством) фактически отказался от поистине славного культурного наследия, на которое его апологеты на Западе часто ссылаются, чтобы вызвать симпатию к стране.

«Бандиты», захватившие Иран, олицетворяемые нынешним президентом Ибрагимом Раиси, являются наследниками Фирдоуси не больше, чем нацисты были законными хранителями наследия Гете и Бетховена, заявляет Каплан. И к ним следует относиться так же.

Иранский режим известен своей способностью адаптироваться, и я спрашиваю Каплана: если Тегеран все так же будет испытывать удачу, существует ли промежуточный шаг, который позволит донести до него свою точку зрения?

AP Photo/Vahid Salemi

До недавнего времени, отвечает он, для Ирана реальная цена угроз его национальному суверенитету была нулевой. Правда, в Сирии и Ираке от рук Израиля гибли иранцы и их ставленники. Но это совсем не то, как если бы на иранские города падали ракеты, как они падают на израильские и саудовские и даже на Абу-Даби. Ближе всего к реальности, в которой Иран живет со своими соседями, – это его редкие столкновения с повстанцами в Иранском Курдистане, в Арабистане (южной части провинции Хузестан), в частности в Ахвазе и Белуджистане.

Недовольные меньшинства периодически напоминают Тегерану и тем на Западе, кто не боится говорить об этом, что Иран представляет собой одну из последних империй мира, чьи доминирующие персидские элементы, вероятно, составляют лишь около половины всего населения.

Поэтому, если Иран не придет к соответствующим выводам самостоятельно, возможно, действительно адекватным ответом будет перемена программы действий с более жесткой активизацией сил в пределах собственных границ Ирана, полагает Каплан.

Но Израиль не должен блефовать, добавляет он. Он цитирует своего друга, профессора Гарвардского университета Грэма Эллисона, который так выразился в книге «Предназначенные для войны: могут ли Америка и Китай избежать ловушки Фукидида?»:

«Стратегический конфликт, если не считать горячей войны, по сути является состязанием в готовности принять риск. Государство, которое может убедить своего противника в том, что оно более привержено достижению своей цели или более безрассудно в ее достижении, может заставить противника быть более ответственным – и уступить».

«Если иранцы приведут войну к нашему порогу, то они сами получат войну», – сказал Лапид на прошлой неделе. Вот это и есть, говорит Каплан, стратегическая и пропорциональная реакция.

Алон Пинкас, «ХаАрец», М.Р. √
На фото: учения иранской армии. Фото: Iranian Army via AP

Популярное

Жителям обстреливаемого юга предлагают бесплатно отдохнуть за границей — и в Израиле

Израильская авиакомпания «Аркиа» 6 августа предложила жителям приграничных с Газой населенных пунктов...

«Битуах леуми» выплатит по 1046 шекелей на подготовку детей в школе: кому положено пособие

В пятницу, 12 августа, Служба национального страхования («Битуах леуми») выплатит годовое пособие на...

МНЕНИЯ