Подлинная проблема экономики правительство не интересует

Энтузиазм депутатов Кнессета от «Ликуда», с которым они продвигают закон об иммунитете для Нетаниягу, поражает. Если бы они проявляли такое же рвение для продвижения вопросов, действительно важных для общества, «нация старт-апа» понемногу преобразовала бы местную общественную и деловую систему. Но, к сожалению, проблема низкой производительности труда не особенно беспокоит наших руководителей.

Переговоры по формированию новой правительственной коалиции вращаются вокруг трех вещей: денег, должностей и власти. На первый взгляд, существует связь между полномочиями и высокими постами, но не тогда, когда премьер-министр Биньямин Нетаниягу фактически единолично контролирует внешнюю политику, безопасность, средства массовой информации, а теперь даже и сферу правосудия. И не тогда, когда коалиция состоит из шести различных партий, и уж точно не тогда, когда над новым правительством нависает то, что интересует Нетаниягу больше всего – иммунитет от судебных преследований.

Если бы только депутаты «Ликуда» с тем же рвением добивались, например, решения транспортных и инфраструктурных проблем, повышения производительности труда и устранения неясных перспектив трудоустройства, которые ожидают большинство израильтян.

Но сейчас политики не обращают внимания на проблемы, которые не касаются коалиционных переговоров. Это оставляет профессиональных чиновников в полном неведении: программ и идей много, но иди знай, на какого министра они попадут, и сколько успешных идей будет выброшено в мусорную корзину из-за политической нецелесообразности.

Если кто и свободен от этих ограничений, так это социально-экономические исследовательские институты, которые пытаются наметить экономическое будущее Израиля, предлагая идеи и решения, не зависящие от политики. Такая логика дает волшебный эффект: мы говорим, что нужно сделать, и надеемся, что это произойдет, не думая, что скажет по этому поводу Яаков Лицман, или как воспримет эту идею Авигдор Либерман.

Одним из таких учреждений является институт «Аарон» при Герцлийском междисциплинарном центре, который провел свою ежегодную конференцию на прошлой неделе. Рабочие документы института «Аарон» касаются, в основном, роста израильской экономики.

Директор института, профессор Цви Экштейн описывает проблему низкой производительности труда, как препятствие на пути экономического развития, оставляющее Израиль далеко позади всех развитых стран.

Для того чтобы производительность была высокой, необходимы три вещи: хорошая инфраструктура (например, эффективная транспортная развязка, обеспечивающая быстрое прибытие на работу), современное оборудование и квалифицированная рабочая сила. Если мы проанализируем причины того, что производительность труда в Израиле в среднем на 26 процентов ниже, чем в развитых странах аналогичного размера (Финляндия, Австрия, Дания, Швеция, Ирландия и Нидерланды), то обнаружим, что отставание связано со всеми тремя факторами.

Экштейн разделил весовые коэффициенты между тремя факторами и пришел к выводу, что основной причиной стали низкие инвестиции со стороны государственного и частного секторов. Это звучит немного странно, потому что у Израиля нет недостатка в деньгах, и в последнее десятилетие деньги были дешевле, чем когда-либо, из-за низкой банковской учетной ставки. Логично, что огромная масса «дешевых» денег должна привести к огромным инвестиционным скачкам, но этого не произошло.

Обвинения обычно падают на израильскую бюрократию, которая вынимает из предпринимателей душу, а заодно и желание инвестировать. Но оказывается, что она лишает желания инвестировать даже наше правительство. И, особенно, желание изменять приоритеты, потому что инвестиции требуют больших денежных вливаний, а деньги нужно откуда-то взять. Это правда, что инвестиции увеличивают национальный пирог, но на первом этапе они также увеличивают долг и идут за счет других статей расходов, которые правительство, возможно, не хочет сокращать, но в конце концов уступает — потому что это политика.

Интересным фактом является огромный разрыв между существующими уровнями качества в Израиле, что превратило нас в страну с двумя разными экономиками. Например, превосходство Израиля в области информационных и коммуникационных технологий общепризнано, это сделало израильские компании в этих отраслях ведущими и процветающими, крупные транснациональные корпорации мечтают о приобретении израильских компаний. Но «нация старт-апа» очень мало проникла в нашу общественную и деловую систему.

Так, например, по расчетам Экштейна, государственные инвестиции в дигитальные системы очень низки, всего 42 процента от того, что принято в развитых странах мира. Это похоже на легенду, что Израиль экспортирует лучшие и самые красивые апельсины за границу, оставляя для местного рынка плохие фрукты.

Израильтянам не удается получить государственные и коммерческие услуги высокого качества, эффективности и по нормальной цене, которые соответствовали бы технологическим возможностям, таким как у нашего хай-тека. Поэтому Экштейн призывает израильские компании высоких технологий помочь госсектору стать более инновационным и эффективным.

Проблему инфраструктуры Экштейн сосредоточил на транспорте и плане строительства метро, на который правительство выделяет 150 млрд. шекелей. Это три подземные линии метро, которые соединят район Кфар-Сабы и Раананы на севере с Рош ха-Айином на востоке и районом Нес-Ционы — Реховота на юге. Метро будет построено вдобавок к метротрамваю. Правительство еще не нашло бюджета для финансирования этого проекта.

Экштейн предлагает свою формулу решения: необходимую сумму он делит на три равные части. Первая часть поступит в результате налоговых сборов с роста экономической активности, а также роста цен на недвижимость в районах, где пройдет метротрамвай. Вторая часть – от продажи земельных участков в районе трассы метротрамвая. И третья часть – мобилизация средств по системе государственно-частного партнерства. Эта формула предотвратит переваливание расходов на плечи налогоплательщиков в Израиле, ведь в основном выигрыше от строительства метро будут жители центра.

Третья опора, на которой стоит программа повышения производительности труда — это человеческий капитал. В последнее десятилетие рост экономики составил в среднем 3,5 процента в год. 74 процента экономического роста пришлось на долю увеличения количества рабочих часов, что было проявлением расширения рынка труда. Увеличивалась занятость всех секторов общества, безработица снижалась.

Но только 26 процентов экономического роста происходило за счет повышения производительности труда. Другими словами, все больше людей зарабатывают на жизнь и способствуют росту, но производительность их труда выросла очень незначительно. Почему? Частично из-за отсталой инфраструктуры и устаревшего оборудования, но также из-за низкого уровня квалификации рабочих и устаревших методов управления. Это утверждение не вызывает споров ни у одной из сторон, имеющих отношение к этой проблеме — правительства, работодателей, Гистадрута и системы высшего/профессионального образования.

Экштейн возглавлял комиссию, которая изучала рынок труда и подготовку государства к 2030 году. Он предлагает реформу профессионально-технического образования, которая будет ориентирована на молодежь, только выходящую на рынок труда, безработных и представителей исчезающих специальностей. Цель состоит в том, чтобы выделить более 400 часов обучения на человека, и это будет способствовать увеличению его зарплаты, как минимум, на 6 процентов по сравнению с теми, кто не пройдет такую подготовку. Откуда взять деньги? Государственные субсидии.

Подводя итог, следует отметить, что правительство является ключом к решению проблемы производительности труда. Если правительство захочет, решение проблемы можно сдвинуть с мертвой точки. Вопрос в том, захочет ли оно? Достаточно ли мотивации у министров и главы правительства, или их мысли витают в совершенно иных сферах?

PS: Очень редко вы увидите единство мнений по поводу той или иной проблемы у правительства, работодателей, профсоюзов и научных кругов. Все согласны, что у нас очень низкая производительность труда. Есть согласие и относительно причин: плохая инфраструктура, низкие инвестиции в оборудование, а также недостаточная квалификация работников. Раз уж такое удивительное согласие достигнуто, то мы вправе ожидать, что оно претворится в конкретные решения. Но в Израиле проблемы решаются не тогда, когда есть договоренности, а когда наступает кризис. Мы хороши в разрешении кризисов и слабы в их предотвращении. Без чувства срочности у нас никто не пошевелится.

Поэтому первый вызов в решении проблемы низкой производительности труда — это создание ощущения безотлагательности. Нужно осознать, что без надлежащих и немедленных шагов будущему нашего рынка трудоустройства, пенсионного обеспечения и всего общества грозит большая опасность. Отчетов научно-исследовательских институтов недостаточно для решения проблемы.

Сами Перец, «TheMarker», Ц.З. К.В.

Фото: Моти Мильрод


Анонс

Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend