Sunday 17.10.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    AP Photo/Vahid Salemi
    AP Photo/Vahid Salemi

    Чему улыбается иранский министр?

    Почему ядерное соглашение, подписанное в 2015 году между Ираном и «шестеркой», было лучше, чем любая другая альтернатива? Не думая над этим вопросом, администрации Байдена поспешила возобновить соглашение в прежнем формате – и это стало принципиальной ошибкой.


    Суть дела в том, что иранцы снова воспользуются переговорным процессом в своих интересах, как для получения льгот на пути к соглашению, так и для достижения лучших результатов. Анализируя процесс переговоров между США и Ираном, можно выявить четыре существенных расхождения в пользу иранцев.

    Во-первых, характер дискуссии на переговорах. Западный, американский тип дискусси, особенно тот, который характеризует переговорные группы демократических правительств, конструктивен и основан на поиске общих интересов, он верит в прозрачность и дипломатию, стремится к «мерам по укреплению доверия». Эта концепция была создана во время холодной войны, и десятки американских посредников пытались, без особого успеха, применить ее к израильско-палестинским переговорам.

    В американском руководстве дипломатическими переговорами также создаются неформальные сети «ухаживания» – через исследовательские институты, академические инстанции и европейских посредников.


    С другой стороны, американскому подходу противостоит тоталитарный централизованный режим, который контролирует своих эмиссаров и все их действия. Вторая сторона делает все возможное для сокрытия, создания  помех и пресечения любых усилий по созданию стабильной «картины реальности», которая будет служить основой для переговоров.

    Эта сторона воспользовалась драматической ошибкой дуэта Трампа и Нетаниягу, и в период, когда соглашение фактически перестало действовать, постоянно приобретала реальные технологические активы на пути к своей цели – обладанию ядерным оружием.

    Во-вторых, разрыв связан с психологическим складом ума и динамикой переговорных групп. После четырех лет, когда переговорщики-демократы собственными глазами видели, как их «соглашение мечты» рушится от действий администрации Трампа, сейчас они спешат к тому же соглашению с ощущением, что то, чего они достигли шесть лет назад, все еще актуально.

    Они должны спасти мир, но потеряли драгоценное время. С другой стороны, достаточно вспомнить вечную улыбку министра иностранных дел Ирана Мухаммеда Зарифа. Да, социально-экономическая реальность в Иране тяжела, но в нынешнем раунде конфронтации с Западом Тегеран крупно выиграл: он распространил свои щупальца по всему Ближнему Востоку, ядерная программа резко продвинулась, а его ракетные возможности – будь то в самом Иране или в Ливане – создали новый баланс сил. Иран подходит к нынешним переговорам с чувством победы. Без ощущения провала или неудачи.

    В-третьих, расхождение, вытекающее из двух предыдущих пунктов, – это восприятие времени. С точки зрения администрации Байдена, время поджимает. Однако для иранцев все иначе: с каждым месяцем они продолжают – путем утаивания и обмана – двигаться к стратегической цели. А хорошо известно, что сильной стороной на переговорах будут не те, кому нужно срочно прийти к соглашению, поэтому именно американцы находятся в худшей позиции на переговорах.

    В-четвертых, расхождение касается модели переговоров. Согласно персидской легенде, прохожие пытались спасти человека, который тонул в реке, и кричали ему: «Дай руку – и мы вытащим тебя», но утопающий отказывался и продолжал бороться с течением. Внезапно появился мудрец, который сказал утопающему не «дай», а «возьми»: «Вот тебе моя рука, хватай!», и утопающий схватил протянутую руку и был спасен. Иранцы ничего не дадут, пока им не протянут руку и они не получат достойную плату.


    Западные представления о «справедливом обмене» не воспринимаются на фарси, тем более, когда Иран является стороной, за которой ухаживают.

    Более того, американцы вовсе не желают действовать против иранцев, а наоборот: они вступили в прямую конфронтацию с Мухаммедом бин Салманом, наследным принцем Саудовской Аравии, и допустили утечку спутниковых снимков новых работ на реакторе в Димоне. Иранцы продолжают атаковать интересы Израиля и Саудовской Аравии – как бы передавая сообщение Байдену: продолжайте, цена возврата к столу переговоров только растет.

    Отмеченные различия делают процесс переговоров особенно сложным, и сомнительно, что администрация Байдена способна распознать эти сложности и изменить правила игры. В свое время ядерная сделка с Ираном была правильным соглашением. Произошедшие с тех пор региональные изменения и прогресс иранской ядерной программы требуют постановки другой цели, адаптированной к реальности. И что еще важнее: нужно вести  переговорный процесс, который сведет на нет иранские выгоды.


    Если мы будем искать параллели в мире бизнеса, можно извлечь три урока. Во-первых, в ситуации, когда одна сторона стремится создать, а другая – сорвать, достичь соглашения можно только с применением силы. Способность конструктивной стороны достичь соглашения зависит от одного – готовности применить силу.

    Во-вторых, раннее выявление различий в восприятии дискуссии, в восприятии фактора времени и характера переговоров требует предварительного осмысления переговорного процесса. Нельзя работать на автомате.

    В-третьих, если время работает против вас – сначала нужно найти способ, который позволит вам остановить часы или заставить время работать в вашу пользу.

    Моти Кристал, TheMarker, И.Н. AP Photo/Vahid Salemi˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend