Почему ультраортодоксы в США голосуют за Трампа

Раввин из Нью-Йорка Авраам Бронштейн постарался объяснить в статье, опубликованной в «ХаАрец», почему ультраортодоксальные евреи  Америки в подавляющем большинстве поддерживают Дональда Трампа.

Автор ссылается на конфликт между двумя известными и противоречивыми фигурами: Хеши Тишлером, лидером протестного движения ультраортодоксального Бруклина (против введения коронавирусных ограничений) и Шломо Рекницем, всемирно известным  филантропом-ультраортодоксом, магнатом, финансирующим дома престарелых.

По мнению Бронштейна, невзирая на диаметральную противоположность позиций Тишлера и Рекница, их объединяет общий тревожный посыл, указывающий на тенденцию к дальнейшей изоляции ультраортодоксальной общины США.

Чтобы понять, о чем речь, надо начать с инцидента, который способствовал попаданию имени Тишлера в многочисленные газетные заголовки. Он  обвинил своего соплеменника, ультраортодоксального журналиста Якоба Корнблуха, ни больше ни меньше, «в стукачестве и предательстве» (Корнблух рассказал, что в ультраортоксальной среде растет число инфицируемых во многом из-за пренебрежения правилами безопасности, в том числе, отказом носить маски, а также из-за массовых скоплений в синагогах).

Не исключено, что жизни Корнблуха угрожает реальная опасность, поскольку Тишлер и его сторонники заклеймили его, как предателя, словом «мосер»: это понятие означает человека, который донес на общину местным властям и, стало быть, заслуживает наказания (в прежние времена таких людей казнили).

Ну а после того, как Тишлера задержала полиция, ярость толпы, желающей наказания журналиста, умножилась. А тут уж до насилия рукой подать.

«Большинство современных раввинских авторитетов считает, – пишет Бронштейн, – что определение «мосер» давно стало анахронизмом: извечный запрет сообщать о преступлениях, совершенных другим евреем, властям нееврейского происхождения – безусловно, неприменим в Америке, где действуют разумные нормы и правила и соблюдается верховенство закона. По мнению этих же раввинов, в Америке исключены опасения, что в случае, если еврей совершит преступление, это может послужить искрой для разжигания пламени антисемитской ненависти, государственным поощрением к еврейским погромам».

Но у Тишлера и его сторонников, судя по всему, иная точка зрения: скорее всего, они не видят большой разницы между нынешней Америкой и царской Россией, где подобные казусы встречались сплошь и рядом; поэтому столь безапелляционен и резок тон выступлений Тишлера, когда он говорит о дискриминации со стороны мэра Нью-Йорка Билла де Блазио и губернатора Эндрю Куомо (после того, как был издан приказ о закрытии школ и ограничении посещаемости синагог до 10 человек). Более того, Тишлер во всеуслышанье заявил, что усилия, предпринимаемые властями по соблюдению правил гигиены и безопасности в ультраортодоксальных кварталах, мотивированы антисемитизмом, а не соображениями общественного здравоохранения. Он также утверждает, что американские власти враждебно настроены по отношению к евреям, поэтому община должна прибегнуть к самообороне, попутно отсеивая коллаборационистов.

Рекниц, как утверждает Бронштейн, выступил от лица «молчаливого большинства» своей общины, дав серьезный отпор разбушевавшемуся активисту, представив его, как «самозванного лидера, жаждущего власти, подстрекателя и демагога», который угрожает здоровью общества, напрямую разжигая антисемитизм, в особенности, в тот момент, когда подстрекает толпу, выкрикивающую непристойности в адрес властей.

Однако, по иронии судьбы, отмечает Бронштейн, «несмотря на столь агрессивные возражения Тишлеру, Рекниц (родившийся и выросший в Лос-Анджелесе) повторяет его основную точку зрения: евреи никогда не должны чувствовать себя в Америке как дома. Демонстрации в Бруклине и несоблюдение правил социального дистанцирования в период COVID-19, а также отказ от ношения масок, вызовут всплеск антисемитизма (который является врожденным или «естественным» для неевреев) и гнев «хозяев» Америки, и «они» будут видеть «нас» как гостей, нарушающих правила гостеприимства».

Вывод, который делает Рекниц, пугает Бронштейна, поскольку Рекниц подчеркивает: «Это – не наша страна. Здесь мы просто гости, и спустя более тысячи лет у нас, наконец-то, появилось право жить в стране без тесных еврейских гетто». По словам Бронштейна, примечателен и тот факт, что Рекниц отнюдь не утверждает, что Корнблух – не «мосер», а переводит стрелки на Тишлера, допуская, что именно от него исходит серьезная опасность.

Напротив, раввин Йосеф-Дов Соловейчик, один из крупнейших еврейских мыслителей XX века, лидеров ортодоксального еврейства США, полагал, что в условиях американской жизни сама идея «мосера» неприемлема; по его мнению, она реальна тогда, когда есть отдельно существующие «мы» и отдельно существующие «они», что исключает существующая в Америке ситуация – здесь нет «их», а есть только «мы» в различных вариантах. Соловейчик твердо верил в способность американской демократии учитывать разнообразие своих граждан, и его мнение сегодня совпадает с мнением тех, кто проводит и защищает «политику идентичности».

Другими словами, Бронштейн, ссылаясь на различные авторитеты, пытается доказать, что в условиях американской демократии одинаково порочен и подход Тишлера, и подход Рекница, поскольку и тот и другой, невзирая на различие позиций, декларируют отчуждение ультраортодоксальной обшины от контекста проживания, тогда как на самом деле существующая демократия предполагает полный отказ от маргинальности любой группы населения.

Но и это еще не все. Опираясь на вышесказанное, Бронштейн неожиданно перебрасывает мостик к Трампу, комментируя его знаменитую и заезженную пластинку: «Одна нация, один народ, ходящий под одним Богом, приветствует один флаг». Раввин усматривает в этом лозунге серьезное противоречие с реальной позицией американского президента.

«Хотя на первый взгляд говорится о единстве, на самом деле поздразумевается некая исключительность и дифференциация людей с различным жизненным опытом и судьбой за плечами. Это попытка Трампа обратиться к широкой публике с призывом: либо вы с ним и его сторонниками, либо вряд ли можете считать себя полноценным американцем».

Чтобы подкрепить данное умозаключение конкретными фактами, Бронштейн ссылается на акции протеста, организованные Тишлером. Именно там, дескать, толпа вовсю поддерживала Трампа, и на знаменах и плакатах протестующих красовался лозунг, используемый Трампом еще с кампании 2016 года – Make America Great Again, «Вернем Америке былое величие». По словам Бронштейна, неудивительно, что, несмотря на массовую оппозицию конфронтационному движению Тишлера, ультраортодоксальная община подавляющим большинством голосов проголосует за Трампа 3 ноября (около 74 процентов, согласно недавнему опросу).

При этом автор публикации приходит к выводу, что Трамп считает евреев чужаками в Америке. А чем иным, вопрошает он, объяснить тот факт, что, выступая перед американо-еврейской аудиторией, он называет Биньямина Нетаниягу «ваш премьер-министр», а Израиль – «вашей страной».

По мнению Бронштейна, в своих речах на национальную тему Трамп, похоже, подражает другим этнонационалистическим лидерам, которыми он восхищается, таким как Владимир Путин или Виктор Орбан, которые могут клясться, что никогда не дадут своих евреев в обиду, но отнюдь не как «настоящих» русских или венгров. Он также подчеркивает, как подстрекательство Тишлера и реакция Рекница придают ускорение динамике отчуждения от других американских общин, а также отравляет отношения с евреями, придерживающимися другой точки зрения.

«Помните, как Дэвид Фридман писал в свое время, что сторонники либеральной сионистской организации J-Street «хуже капо»? – пишет Бронштейн. – Затем Трамп назначил Фридмана послом США в Израиле. Президент копирует язык Фридмана, называя евреев, голосующих за демократов, «нелояльными».

Но чем дольше американское общество раздирают межобщинные конфликты, тем больше ситуация в Америке схожа – исторически – с той, когда еврейской общине действительно приходилось защищаться от угрозы мосера».

Марк Котлярский, по материалам «ХаАрец» и зарубежных СМИ˜. AP Photo/Andrew Harnik