Почему Турция ввязалась в войну именно сейчас?

Казалось бы, война в Сирии уже шла на спад, когда Турция решила воспользоваться моментом и «добить» со своей стороны курдов в Роджаве, автономной курдской федерации на севере Сирии.

Чем сирийские курды помешали турецкому президенту в 2019 году, когда турецко-курдская вражда уже давно не занимает первые полосы новостных изданий – да так, что именно сейчас турецкое правительство решило их «давить»? И что подтолкнуло президента Трампа к решению отвернуться от курдов в начале октября?

Конспирологические теории на тему Трампа-Эрдогана множились, их пик пришелся на дату ликвидации главаря ИГ- Абу Бакра аль-Багдади, когда некоторые источники поделились мнением о том, что «Трамп отдал туркам курдов в обмен на информацию о местонахождении Аль-Багдади». В итоге случилось ожидаемое: люди отвлеклись от новостей о турецких бомбежках на севере Сирии, что дало возможность Эрдогану  безнаказанно бомбить обитающих там курдов «до победного конца».

А почему сейчас? Попробуем ответить на этот вопрос. Роджава, то есть автономная курдская федерация, была основана не на пустом месте. Война в Сирии могла обернуться невероятной победой для курдского меньшинства на Ближнем Востоке, дать им возможность под шумок создать свое государство. Они и пытались это сделать уже в 2012 году, всего через год после начала войны. Во главе курдских повстанцев стояли «Отряды народной самообороны»- Yekîneyên Parastina Gel (YPG).

Именно эти отряды вели войну с террористическими организациями салафитского толка – и с филиалом Аль-Каиды в Сирии, «Джабхат ан-Нусра», и с ИГ. В основном, с ИГ. Именно эти отряды очистили всю пограничную территорию между Сирией и Турцией от ИГ. Именно они после 2017 года организовали тюремную зону для оставшихся террористов и членов их семей.

Курдских военных организаций намного больше, чем вышеуказанные отряды. Но Турция не проводит различия между курдами, которые представляют для нее политическую угрозу, как PKK (Рабочая партия Курдистана), и всеми другими курдами. А сирийские курдские отряды Роджавы являются боевым крылом РКК в Сирии. Той РКК, что признана террористической организацией и в Турции, и в США.

РКК на протяжение десятилетий воевала с турецким истеблишментом, пытаясь создать на территории Турции курдское государство. С учетом этого становится яснее, почему Эрдогану так срочно понадобилось уничтожить Курдскую автономную федерацию, основанную военным крылом РКК в Роджаве.

На вопрос «почему именно сейчас, когда война подошла к концу», можно ответить теорией известного прусского военного теоретика Карла фон Клаузевица. В своей книге «О войне» он писал, что причиной для внезапной эскалации может стать  нежданная удача или возможность для новых завоеваний. Эрдоган, в отличие от курдов, не упустил возможность. Более того, вероятно, он ее выковал сам дипломатическим путем еще с начала войны. Речь все-таки идет об очень умелом правителе с имперскими амбициями, которого недаром прозвали в насмешку «новым султаном».

Во что выльется турецкая атака на курдов в дальнейшем, и чем она обернется для Ближнего Востока?

Уже в 2015 году было ясно, что сирийская война принесла демографические изменения. Влияние Ирана на Башара аль-Асада отразилось в новом расселении шиитов в Сирии — после ужасного суннитского кризиса, который привел к переселению суннитских беженцев. Позже этот кризис был закреплен законом, проведенным Асадом — он позволил государству присваивать себе все оставленные дома и земли, если их хозяева не проживали в них больше 18 месяцев подряд.

Для миллионов сирийских беженцев, которые не могли вернуться в свои дома во время войны, этот закон стал приговором. Они потеряли свои дома, им некуда было больше вернуться и после войны. Большинство этих беженцев нашли временное пристанище в Турции, но в мире о них услышали только после того, как 2 миллиона беженцев прошли через европейскую границу в сентябре 2015 года. Оставшиеся миллионы сирийских беженцев, в основном суннитов, находятся в Турции.

Итак, демография меняется. В определенном регионе Ближнего Востока Иран пытается создать шиитское или про-шиитское, но главное — анти-суннитское большинство, влияющее на Сирию и Ливан. В это же время такие суннитские государства, как Саудовская Аравия, ОАЭ, Египет и Иордания, пытаются подавить других суннитов, но уже более радикальных — адептов ИГ.

В этой борьбе за власть, за баланс, за статус-кво в регионе турецкая атака на курдов — на руку арабам-суннитам, вне всяких сомнений. Курды, хотя и являются суннитами тоже, но для их самоидентификации этническая составляющая имеет большее значение, чем религиозная принадлежность. И это превращает их в «чужаков» в глазах клановых суннитов и шиитов Сирии и Ирака. Для них это значит, что, разбомбив курдскую автономию на севере Сирии, они смогут «вернуть» туда сирийских суннитских беженцев, которые отягощают их и без того достаточно сложное экономическое положение.

Восстановить справедливость для курдов, к сожалению, опять не получится. В последние два дня Турция бомбит Синджар, то есть курдов-езидов, которых до этого чуть не истребило «Исламское государство». В это же время лагерь для пленных боевиков ИГ и их семей уже не находится под присмотром курдов, которые заняты боями с турецкими войсками. И боевики массово покидают лагерь, чтобы продолжить вершить террор и джихад против всех, кто не является салафитами. И в первую очередь — против Запада.

Дина Лиснянская, «Детали». К.В. Фото: Stoyan Nenov, Reuters