Главный » Общество » Здоровье » Почему так сложно узнать, где заражаются израильтяне?

Почему так сложно узнать, где заражаются израильтяне?

Где ежедневно заражаются около 2000 израильтян? Ведь люди должны носить маски и соблюдать социальное дистанцирование, а поставщики услуг и предприятия — следовать указаниям министерства здравоохранения. Ответить на этот вопрос непросто.

Для того, чтобы сдержать распространение эпидемии, надлежит предпринять целый ряд шагов: граждане должны соблюдать указания минздрава, а он, со своей стороны - проводить эпидемиологические расследования, опрашивать заразившихся, изолировать тех, кто с ними контактировал и создавать перекрестные базы данных.

Не менее важен всесторонний и глубокий анализ моделей заражения в различных географических районах, общинах и группах населения. Только на этой основе ответственные лица смогут принимать обоснованные решения.

Картина, которой мы сейчас располагаем, несовершенна. Когда нет достаточного количества надежных данных, возникают практически неограниченные возможности интерпретации того, каков вред, причиняемый вирусом, и каковы более широкие и отдаленные последствия вспышки заболеваемости.

Конечно, пробелы в знаниях об эпидемии есть не только в Израиле, но и во всем мире. Гипотезы относительно COVID-19 и его лечения приходят и уходят, и подобная динамика является неотъемлемой частью научного процесса. Некоторые решения, основанные на совокупных знаниях и опыте, впоследствии оказались ошибочными.

В отсутствие однозначных ответов со стороны профессионалов возникает вакуум, который заполняется манипуляциями и презентацией предвзятых данных, причем немалую роль играют политика и корыстные интересы.

Общественность в растерянности, она разочарована тем, что никаких решений, кроме столь ожидаемой вакцины, на горизонте не видно. Одновременно с тем, как растет число зараженных, эпидемия эксплуатируется в политических целях, в том числе в борьбе за власть и шантаже.

Уступая мощному давлению, министерство здравоохранения недавно передало в комиссию кнессета по коронавирусу выборочные данные о местах, где пациенты заразились вирусом. Оказывается, очень высокая доля — 67 процентов — подтвержденных заражений происходит дома.

Все остальные категории дают менее 10 процентов каждая: 9,5 - процента в школах, 5,6 процента - на мероприятиях, 4,8 процента - в синагогах, 4 процента - в ресторанах и кафе, 2,2 процента - на рабочих местах, 1,3 - процента в домах для престарелых, 1,2 процента - в магазинах или торговых центрах, 1,1 процента - в медицинских учреждениях, 1,1 процента - в спортивных учреждениях, 0,5 процента - на открытом воздухе и 0,2 процента - в бассейнах или на пляжах.

Эти цифры могли бы оказаться очень полезными для принятия решений о закрытии пляжей, бассейнов и других объектов. Но они основаны на эпидемиологическом анализе 2227 человек из 7998, инфицированных в период с 10 по 16 июля, то есть менее трети случаев, в которых можно было локализовать подтвержденные случаи заражения. Поэтому даже эти данные следует рассматривать с осторожностью, без особой уверенности в их достоверности.

Указывает ли отсутствие достаточной информации на провал постинфекционных эпидемиологических расследований? Может ли существующая в настоящее время система, опираясь на память пациентов и отслеживание контактов, предоставить нам необходимую информацию? Можно ли найти решение с помощью других методов или исследований?

Вот как это действует на практике: ежедневно регистрируется до 1800 новых случаев заражения. О каждом случае сообщается в районные медицинские учреждения, и инфицированного опрашивают о его перемещениях в течение предыдущих двух недель. С каждым, кто контактировал с зараженным, связываются и просят самоизолироваться, но не тестируют, за исключением других членов семьи, живущих с ним вместе, работников в домах престарелых и тех, у кого обнаружены симптомы заболевания.

Решение тестировать помещенных на карантин только при наличии симптомов было принято вследствие резкого увеличения числа инфицированных и огромной нагрузки, которая ложится на поликлиники и лаборатории. «Источником большинства заражений являются больные COVID-19 с симптомами. Тестирование тех, у кого нет симптомов, задерживает обнаружение тех, у кого они есть», — говорит высокопоставленный источник в системе здравоохранения, участвующий в отслеживании распространения вируса.

Круг профессионалов, проводящих расследования, расширился и теперь включает медсестер, студентов и даже сотрудников службы безопасности авиакомпании «Эль-Аль». Если в марте и апреле они обследовали десятки человек, сейчас счет идет на тысячи. Весь процесс занимает от 6 до 48 часов, в зависимости от сложности случая и нагрузки на систему в конкретной области.

«Когда источник заражения находится вне дома, определить его местонахождение трудно, — говорит работник системы здравоохранения. — Людям сложно восстановить в памяти свои действия и перемещения за последние две недели. В случае, когда заражено несколько человек, шансы точно определить местоположение источника выше, но и тогда возникают трудности». Таким образом, говорит он, данные, представленные в комиссию кнессета, нельзя считать  окончательными.

«Только в трети случаев человек, проводивший расследование, мог с достаточной степенью уверенности указать местоположение источника инфекции, но это еще не окончательные данные. Это может зависеть от исследователя, а не только от информации, которой он располагает. Возможности точно определить местоположение источника заражения ограничены».

Профессор Эли Ваксман, глава консультативной группы экспертов Совета национальной безопасности, говорит, что, несмотря на препятствия, эта задача разрешима. «В проведенных расследованиях были допущены ошибки, вопросы в анкетах не согласованы, попытки улучшить опросники наткнулись на противодействие. Частично проблема заключается в том, что анкеты заполняются вручную, а затем набираются на компьютере без возможности проведения автоматического анализа. Только часть зараженных охвачена расследованиями, медсестры для проведения специальных расследований не подходят. Есть методы, позволяющие улучшить возможность отслеживания действий и перемещений людей, но только не в министерстве здравоохранения», — говорит он.

Профессор Надав Давидович, руководитель Школы общественного здравоохранения университета им. Бен-Гуриона, говорит, что «в современных условиях люди перемещаются свободно, что затрудняет определение места заражения, хотя очевидно, что большинство из них происходит дома, как и в других странах». Давидович призывает уделять больше внимания возможности изоляции людей в специально отведенных гостиницах.

По его словам: «Качество получаемых данных повышается, что позволяет проводить более сложный анализ, чего не хватало два месяца назад. Однако из-за нехватки рабочей силы эти возможности не используются в достаточной степени, так что лица, принимающие решения, и общественность не получают информацию достаточно высокого качества».

Источник в системе эпидемиологических расследований говорит, что цепочку заражения разрывает не выявление места заражения, а отслеживание контактов зараженного в течение всего двухнедельного периода и последующей изоляция этих людей. Социальное дистанцирование и маски — вот что в конечном итоге ограничивает распространение инфекции. «Независимо от того, сколько расследований мы проводим, эпидемия продолжит распространяться. Многие люди и предприятия не следуют указаниям, в то время как именно от этого в большой степени зависит успех блокирования эпидемии», — говорит он.

Идо Эфрати, «ХаАрец», М.Р. Фотоиллюстрация: Эмиль Сальман˜

 

Реклама

Анонс

Реклама

Партнёры

Загрузка…

Реклама

партнеры

Send this to a friend