Главный » Общество » Первая книга о деле Задорова в освещении СМИ
Фото: Гиль Элиягу

Первая книга о деле Задорова в освещении СМИ

Уже 13 лет не сходит с заголовком СМИ дело Романа Задорова, обрастающее новыми уликами и новыми теориями, и уже ставшее преметом расследования израильского документального фильма «Тень истины». А теперь вот-вот появится новая книга израильского профессора социологии Изи Лев-Она (Ариэльский университет), посвященная разным деталям чуть ли не самого интересного общественного аспекта этого темного и запутанного дела – беспрецедентно широкому и исключительно субъективному освещению израильскими СМИ.

6 декабря 2006 года Роман Задоров был признан виновным в убийстве 13-летней Таир Рады в женском туалете средней школы «Нофей Голан» в Кацрине.

Находившийся в Израиле по туристической визе и работавший каменщиком в школе, Задоров признался в убийстве и воспроизвел его на следственном эксперименте. Позднее он отказался от своих показаний и категорически отверг всякую связь с убийством.

14 сентября 2010 года окружной суд в Нацерете признал Задорова виновным в убийстве и приговорил его к пожизненному заключению. 23 декабря 2015 года Верховный суд двумя голосами против одного отклонил апелляцию Задорова, оставив в силе обвинительный приговор. Судьи Ицхак Амит и Цви Зильберталь постановили, что Задоров виновен, в то время как председатель суда Йорам Данцигер, высказав мнение меньшинства, пришел к выводу, что сомнения в пользу обвиняемого требуют освободить Задорова. Его адвокаты подали прошение о дополнительном рассмотрении дела, но оно тоже было отклонено.

Профессор Лев-Он уверен, что дело Задорова так долго не сходит с заголовком СМИ не только из-за того, что в нем появляются новые факты, – публикации о новых уликах, которые, по мнению адвокатов Задорова и других, доказывают его невиновность, или прошение о пересмотре дела – но и потому, что, помимо внимания к убийству в школе, это дело выявило нечто гораздо большее – потерю доверия общественности к истеблишменту, особенно судебному, и организационные способности общественности оказывать давление на поведение истеблишмента с помощью соцсетей.

По мнению профессор Лев-Она, ключеой фигурой в превращении уголовного дела в символ недоверия к истеблишменту, стала мать убитой девочки Илана Рада. Уже наутро после признания Задорова и реконструкции убийства она дала интервью СМИ, выразив сильное сомнение, что он и есть настоящий убийца.

Тот факт, что это не простая гражданка, а мать жертвы, которая выступила в защиту человека, признавшегося в убийстве ее дочери, вызвал огромный интерес СМИ. Самым откровенным образом выразив свое недоверие к правоохранительтной системе, семья Рада обратилась к частным детективам, чтобы они работали параллельно с полицией. Семья Рада даже обратилась в Высший суд справедливости (БАГАЦ) с просьбой проверить дополнительные направления расследования, которые полиция отвергла и забросила.

Еще до признания Задорова и после того, как задержанные до него двое мужчин были допрошены и отпущены, в СМИ появились предположения о возможности того, что «речь идет о невиновном человеке, которому «пошили дело».

На заседания по делу Задорова пришел покойный Амос Баранес, ставший символом победы над разрушительной судебной системой: в 1976 году его признали вивновным в убийстве военнослужащей Рахель Хеллер и приговорили к пожизненному заключению. После того, как обнаружилось, что в его деле были процессуальные нарушения и лжесвидетельства следователей полиции, президент государства сократил срок Баранеса до 12 лет, а после сокращения трети тюремного срока он вышел на свободу после 8,5 лет в тюрьме. После долгой борьбы за проведение повторного процесса он был назначен, но после решения госпрокуратуры не предъявлять ему повторно обвинительное заключение, Баранес был признан невиновным и государство выплатило ему 5 миллионов шекелей за неоправданное тюремное заключение.

Как утверждал Баранес, у него не было ни малейших сомнений, что в деле Задорова полиция вела следствие «под сильнейшим прессингом, хотела побыстрее закрыть дело и нашла жертву. Нельзя зацикливаться на невиновных людях – надо искать настоящих преступников». В глазах многих присутствие Баранеса на самом раннем этапе судебного процесса породило связь между делом Баранеса и делом Задорова.

С течением лет активисты, объединившиеся во имя справедливости для Задорова вне судебных стен, стали главной движущей силой общественных акций протеста вроде пикета у дома генпрокурора и демонстрации на тель-авивской площади Рабина, и по большей части – в виртуальном пространстве. Начигая с 2009 года, – и особенно активно с 2013 года – были созданы многочисленные группы в «Фейсбуке», занятые делом Задорова и возглавившие общественную полемику по этому поводу.

Профессор Лев-Он отмечает, что как раз поведение истеблишмента, косвенно связанного с делом Задорова, как, например, в случае профессиональных заключений судмедэкспертов, доктора Майи Фурман-Резник и доктора Хена Кугеля, и вызвало ощущение агрессивной атаки всякого, кто выступит против него.

Документальные исследования, которые занимались этим делом, стали главным двигателем, поднявшим до новых высот общественное недоверие истеблишменту. В 2016 году доку-драма «Тень истины» раскрыла существование новой дополнительной подозреваемой. Но помимо нового развития событий в медийной и судебной сферах, представители общественности выступили с резкой критикой по поводу поведения судебной системы в этом деле. Например, профессор юриспруденции Мордехай Кремницер, вице-президент израильского Института демократии, заявил, что «поведение прокуратуры в деле Задорова ужасает». Бывший замдиректора Службы общей безопасности (ШАБАК) Ицхак Илан, который немало помог адвокату Задорова в подготовке прошения о повторном процессе, утверждал в интервью «ХаАрец», что «готов поставить на кон свою карьеру, что Задоров не убивал», и перечислил провалы, которые, по его мнению, были допущены в ходе следствия и реконструкции преступления.

Преврашение дела Задорова в сагу недоверия общественности истеблишменту хорошо отражено в многочисленных постах в соцсетях, где одной из наиболее сильных форм выражени этого недоверия стали опросы общественного мнения, где выясняется, в какой степени люди верят/не верят истеблишменту, и что они думают о вине/ невиовности Задорова. Результаты этих опросов отражают общее настроения в интернет-группах, но по ним нельзя судить о поляризации мнений во всем обществе. Так, 14.10.2006 года в одной из таких групп под заголовком «Вся правда о деле убийства Таир Рады», в ответ на вопрос «Верите ли вы израильским судам», больше тысячи человек ответили «нет», и только 33 – «да».

Хотя это мнение нельзя считать репрезентативным, по вполне научным опросам среди общественности и, в частности, адвокатов видно, насколько высоко напряжение, вызванное приговорами в разных судебных инстанциях.

Так, из опроса общественного мнения, проведенного по обычной репрезентативной выборке в феврале 2018 года, следует, что по семибалльной шкале от 1 (уверен в его невиновности) до 7 (уверен в его вине) средняя уверенность общественности в невиновности Задорова составила 3.2 балла.

При оценке поведения полиции по семибалльной шкале от 1 (нетерпимое поведение) до 7 (самое лучшее поведение) среднее мнение общественности составило 2.4 балла. О поведении прокуратуры – 2.8 балла, о поведении судов – 3.1 балла.

Профессор Лев-Он: «Судебный истеблишмент тоже обнаружил кризис общественного недоверия в деле Задорова, после чего госпрокуратура предприняла необычный шаг. В январе 2016 года она опубликовала документ с ответами на все претензии против нее, высказаныев соцсетях. И в продолжении того же года госпрокуратура разместила в интернете видео-ролики допросов Задорова, его разговоров с «наседкой» в камере и следственного эксперимента – с целью формирования позитивного мнения общественности по отношению к прокуратуре. Эти шаги продолжют и обрамляют полемику вокруг дела Задорова, как противостояние общественности и государственных органов, которые им занимались».

Йехудит Йехезкели, «Итонут», Р.Р.

Фото: Гиль Элияху

 

Реклама

Анонс

Реклама

Партнёры

Загрузка…

Реклама

партнеры

Send this to a friend