Sunday 13.06.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...

    Отмена патентования антивирусных вакцин спасет мир

    На прошлой неделе президент США Джо Байден сделал один из самых драматических шагов, вызвавших резонанс не только в его стране, но и далеко за рубежом. Администрация Белого дома поддержала предложение снять патентную защиту с вакцин против коронавируса.

    Предложение о временном снятии защиты было подано в октябре 2020 года Индией и ЮАР. Главный аргумент: помочь бедным странам, для которых цены на вакцины делают ее приобретение невозможным. Логика этого предложения для развитых и богатых стран, уже закупивших вакцину, заключается в следующем: кризис, вызванный эпидемией коронавируса, носит глобальный характер и, пока болезнь распространяется по всей планете, опасность в равной степени угрожает всему ее населению.

    Тот факт, что Америка вдруг решила поддержать дезавуирование патентной защиты, нельзя не признать давно желанным – так считает профессор юриспруденции Орли Либель из Университета Сан-Диего, эксперт в вопросах интеллектуальной собственности и инноваций. По ее мнению, законы об интеллектуальной собственности можно считать драконовскими, блокирующими инновации.

    «Соединенные Штаты были всегда, если можно так выразиться, на стороне права интеллектуальной собственности – в пользу владения собственностью и ее максимальной защиты на том основании, что это - экономический стимул для инноваций. Поддержка требования снять патентную защиту, в конце концов, направлена на спасение человеческой жизни. Но даже с точки зрения холодного экономического расчета каждый останется в выигрыше, поскольку удастся положить конец эпидемии».

    Первоначальную реакцию на заявление Байдена вряд ли можно назвать позитивной. В частности, Международная федерация ассоциаций фармацевтических производителей (IFPMA) посчитала, что отмена патента – это «неверный ответ на сложную проблему», и призвала к дальнейшим соглашениям о передаче технологий. По мнению IFPMA, «снятие защиты может вызвать серьезные сбои».

    Резкой критике подверг заявление Байдена Wall Street Journal, выступив с редакционной статьей под громким названием: «Этот патентный грабеж вряд ли обернется счастливым концом». Агентство Bloomberg также посчитало нужным предупредить, что этот шаг не приведет к желаемому результату: «Сам факт, что большему количеству производителей лекарств разрешено производить вакцины против коронавируса, вовсе не означает, что они на самом деле способны это делать».

    Интересно посмотреть, сколько заработали и заработают главные производители вакцины против коронавируса на сегодняшний день.

    Moderna: 18,4 млрд долларов (прогноз на 2021 год)

    Pfizer: 15 млрд долларов (прогноз на 2021 год)

    Astra Zeneka-Oxford: 275 млн долларов (первые три месяца 2021 года)

    Johnson & Johnson: 100 млн долларов (первые три месяца 2021 года).

    Либель в чем-то соглашается с критиками, утверждающими, что от декларативного заявления, сделанного Байденом, до распространения дешевых вакцин в бедных странах предстоит пройти долгий путь: «Фактически, процедура экстренного отказа от прав интеллектуальной собственности уже существует в Торговом соглашении об интеллектуальной собственности. Но, как мы видели в прошлом на опыте ведения переговоров в Африке по препаратам от СПИДа, могут потребоваться годы, чтобы прийти к соглашению».

    Либель – активная участница американской инициативы Open Covid Pledge, которая стартовала в марте 2020 года и к которой присоединились частные компании и исследователи: все, кто считает, что технологии и знания, которые могут остановить эпидемию, должны быть доступны бесплатно.

    «Мы заметили, что к нам присоединились не фармацевтические компании, а в основном технологические. Они теряют куда меньше», – отметила профессор Либель.

    Отказ от прав, предлагаемый США, позволяет государствам прибегать к мере принудительного лицензирования, обязывающей компании, которые владеют интеллектуальной собственностью, делиться ею за «разумное вознаграждение».

    Либель поясняет: «Это не означает, что знания предоставляются бесплатно». И добавляет, что не менее важным, чем снятие патента на разработку вакцины, является снятие защиты с коммерческой тайны и авторских прав. «На это стоит обратить внимание, поскольку коммерческая тайна – наиболее важное звено в цепи производства вакцины, – говорит она. – И это узкое место – как довести разработку вакцины, например, технологии мРНК, до производства».

    Проблема с коммерческой тайной заключается в том, что, в отличие от патентов, ее не так просто обозначить в конкретных цифрах: «Довольно сложно принудить другую сторону поделиться такой информацией без ее согласия. Это знание не столь осязаемо, и не всегда понятно, что именно требовать от владельцев интеллектуальной собственности».

    У США есть причина поддержать снятие патентной защиты: прогресс в процессе иммунизации. «Этот шаг не предназначен для помощи США», – поясняет Либель. Международное сообщество через Всемирную торговую организацию позволит странам, которые не могут платить за вакцины, получить их.

    Позиция, занимаемая профессором Либель, во многом противоречит точке зрения фармацевтических компаний. Однако она объясняет, что патенты выдаются слишком широко, в особенности – фармацевтическим компаниям. Она утверждает, цитируя эмпирические исследования и экономический анализ, что у этих компаний есть достаточно стимулов, чтобы помочь развивающимся странам, даже если речь идет о местных и неглобальных патентах. Они могли бы получить очень хорошую прибыль – может быть, меньшую, но все же прибыль – даже без каких-либо глобальных соглашений.

    «Американская биофармацевтическая компания Gilead Sciences, разработавшая антикоронавирусный препарат "ремдесивир", утверждала, что требуется чуть ли не 20 лет патентной защиты, чтобы окупить вложения. Но, как выясняется, значительная часть миллиардных инвестиций, вложенных в этот препарат, осуществлялась за счет государственных грантов, общественного финансирования и академических кругов. Я не говорю, что эта компания вообще не инвестировала в разработку, и не несет никаких рисков, но приводимые ею цифры должны быть в значительной степени скорректированы. Налицо – государственно-частное инвестиционное партнерство, и, конечно же, в случае чрезвычайной ситуации баланс должен быть соблюден иначе. Кроме того, такие страны, как Израиль и США, уже заплатили производителям вакцин – и, таким образом, они вернули миллиарды долларов в счет погашения инвестиций», – констатирует профессор Либель.

    Она подчеркивает, что отмена патентной защиты – это своего рода покушение на монополию, цена за которую слишком высока. С другой стороны, она не согласна с утверждением, что интеллектуальная собственность вообще не нужна – патенты и авторское право необходимы. Проблема в том, что нарушено оптимальное равновесие: победителем оказались развитые западные страны и производитель вакцин, а проигрыш сказался на концентрации рынка.

    Учитывая тот факт, что крупные фармацевтические концерны активно занимаются лоббированием, можно предположить, что они воспротивятся решению о снятии патентной защиты. Однако, как считает Либель, вряд ли они смогут остановить Белый дом, обратившись в судебные инстанции. Тем не менее, возможны юридические дискуссии, как именно интерпретировать предоставление лицензии на использование интеллектуальной собственности. Но есть прецеденты прошлых лет, связанные с разработкой и производством препаратов против СПИДа и малярии.

    В любом случае, по мнению профессора Либель, монополия фармацевтических гигантов должна быть нарушена, и в этом она видит восстановление справедливости.

    «Есть и другие варианты, которые позволят уменьшить количество патентов и покуситься на монополию фармацевтических компаний, и это не только отмена патентной защиты или сокращение срока действия патента до того момента, когда будет достигнута определенная отдача от инвестиций. Можно инвестировать в инновации с помощью международных грантов через Всемирную организацию здравоохранения или с помощью государственных грантов. А можно выделить и специальные призы – единовременные выплаты компаниям, добившимся прорыва в разработке и производстве новых препаратов», – подытожила профессор Орли Либель.

    Дафна Маор, TheMarker. М.К.
    На фото: Орли Либель. Фото: Илья Мельников. ˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend