Отделите радость Дня Иерусалима от печали и памяти эфиопских евреев

Панатейто едва исполнилось 14 лет, когда она вместе с семьей в первый раз под покровом ночи попыталась сесть в грузовик. Он должен был подвезти людей к самолету, который отправлялся из Судана в Израиль. По какой-то неизвестной нам причине Панатейто не смогла забраться в грузовик и на всю ночь осталась одна в пустыне. Только рано утром девочку обнаружили разыскивавшие ее родственники и активисты алии, и вместе со своей семьей она вернулась в лагерь беженцев.


Во второй раз Панатейто повезло больше: когда вновь появилась возможность улететь в Израиль, ей удалось сесть в грузовик. Но из-за дикой скученности в кузове началась давка, и девушку задавили насмерть.

Знаете ли вы, что в День Иерусалима, наш национальный праздник, сестра покойной Панатейто, Ахтенш, остается у себя дома в Израиле и молится – потому что на эту же дату приходится День памяти эфиопских евреев, погибших на пути через Судан в Израиль?

Подумайте о 14-летней девочке и тысячах таких же, как она. Подумайте о тех, кто оплакивает потерю сына или дочери, матери или отца, дедушки или бабушки, брата или сестры. Поверьте, слезам не будет конца.

Ежегодно 28 ияра, в День Иерусалима, отмечается День памяти переселенцев из Эфиопии, погибших на пути в Эрец-Исраэль. Именно в этот день евреи из Эфиопии чтут память погибших – около 4000 женщин и мужчин, молодых и старых. Судьба еще десятков пропавших без вести не выяснена по сей день.

Это тяжелый день для эфиопских евреев – и общины, и конкретных семей, потерявших своих близких. История эфиопского еврейства – это история силы, жертвенности, невыносимой боли.

Связь между Днем Иерусалима и Днем памяти, между радостью и печалью не столь проста и понятна, как кажется. Более того, возникает диссонанс, который вместо единения – разъединяет. Такой водораздел между всей нацией и эфиопской общиной превращает День памяти в дату, касающуюся исключительно евреев эфиопского происхождения.

Решение, принятое Государством Израиль, отмечать День памяти погибших выходцев из Эфиопии в День Иерусалима обусловлено духовной глубокой, неразрывной связью между эфиопскими евреями и Иерусалимом. Это о нем мы молились, о нем мечтали, это дух, вселивший в нас бесконечную надежду, что сбудется вековечная мечта о тоске по Сиону.

Когда кто-то пытается осознать, как эфиопскому еврейству удалось сохранить свой иудаизм на протяжении более двух тысяч лет там, куда, казалось бы, невозможно добраться; когда ищут ответа на вопрос «как вы в самом деле прошли пешком из Эфиопии в Судан, чтобы попасть в Израиль?», нужно понимать не только то, откуда черпала силы эта необычайная община, но и важное значение Иерусалима для нас. Однако именно эта магнетическая связь служит для нас причиной, разделяющей День Иерусалима с Днем памяти эфиопских евреев, погибших на пути в Израиль.

Поэтому мы обращаемся ко всем с призывом: не оставляйте нас одинокими в своем горе! Мы хотим, чтобы все общество было вместе с нами, чувствовало нашу боль из-за гибели людей. Хотим, чтобы наша история стала неотъемлемой частью истории народа Израиля – история, которую необходимо сохранить, о которой нужно рассказывать в каждом доме.

Поэтому мы считаем, что этот день не стоит совмещать с Днем Иерусалима: праздник теснит День памяти, отодвигает его в сторону. Он стал чем-то второстепенным, довеском к Дню Иерусалима. Широкая общественность почти ничего не знает ни о высокой цене, которую заплатили эфиопские евреи за путешествие по Судану, ни о том, что в тот же день, в те же часы и в те же минуты, когда празднуют День Иерусалима, мы оплакиваем погибших.

Рони (Фантанеш) Малкаи, «ХаАрец». √

На фото: члены общины эфиопских евреев в Израиле возле кибуца Рамат Рахель проводят церемонию посадки деревьев
в память о братьях, погибших на пути к Земле Обетованной, 1985.
Фото: Нати Харник, GPO

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
МНЕНИЯ