Tuesday 18.01.2022|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    Фото: Нир Кейдар
    Фото: Нир Кейдар

    От фальшивого шейха до торговли людьми: падение экстравагантного владельца футбольного клуба

    Ровно год назад имя Моше Хогега пестрело в заголовках газет по всему миру. Он только что заключил сделку по продаже половины акций «Бейтара» (Иерусалим) – одного из крупнейших и самых спорных израильских футбольных клубов – шейху Хамаду бин Халифе Аль Нахайяну, бизнесмену из Эмиратов и, по всей видимости, члену королевской семьи Абу-Даби.


    Это был не просто финансовый переворот, в результате которого 32 миллиона долларов частично перекочевали бы в карманы Хогега, а также пошли на профессиональное развитие команды. Это был символический шаг человека, который с момента покупки клуба в 2018 году смело противостоял влиятельной и печально известной группе болельщиков «Ла Фамилия» и боролся с глубоко засевшими в среде фанатов антиарабскими и расистскими тенденциями.

    Хогег добился удаления со стадиона «Тедди» наиболее отъявленных расистов и убедил болельщиков прекратить скандирование во время матчей расистских лозунгов.

    «Бейтар» долгое время был единственным израильским футбольным клубом высшего уровня, в котором никогда не играли арабские игроки, и Хогег объявил, что собирается изменить эту практику. Привлечение арабского совладельца должно было стать частью этого процесса – именно поэтому, когда он объявил о продаже, практически все израильские и зарубежные СМИ не слишком внимательно изучили личность покупателя.


    Но почти сразу после того как Хогег пожал плоды на громких заголовках, сделка начала разваливаться. Если это вообще была настоящая сделка.

    Проверка, проведенная Израильской футбольной ассоциацией, выявила многочисленные несоответствия в финансовых отчетах Аль Нахайяна. Почти все его заявленные активы, общая сумма которых, по его словам, составляла 1,5 миллиарда долларов, находились в не обращающихся на рынке облигациях правительства Венесуэлы, а его деловая «империя», похоже, состояла в основном из бесполезных подставных компаний. Было даже неясно, является ли Аль Нахайян членом королевской семьи. Не говоря уже о мутном прошлом некоторых других фигур, участвовавших в сделке.

    Это выглядело, звучало и пахло как прикрытие для отмывания денег, и руководящий орган израильского футбола отказался санкционировать сделку.

    На тот момент еще оставались те, кто был готов отнестись к Хогегу с пониманием, поверив, что его просто обманули. Но когда стали распространяться слухи о масштабном полицейском расследовании финансовых дел Хогега, остатки доверия к нему испарились.

    Две недели назад все наконец-то вышло наружу: Хогег вместе с семью своими сообщниками был арестован по длинному списку предполагаемых преступлений. Среди них – мошенничество, воровство, растрата и отмывание денег в рамках, по всей видимости, масштабной криптовалютной финансовой пирамиды.

    И это не только финансовые нарушения, в которых его обвиняют. Есть также сексуальное насилие, включая по крайней мере один случай с участием несовершеннолетней. А в прошлую пятницу судья снял запрет на публикацию информации еще об одном предполагаемом преступлении: торговле людьми – десятками женщин, которых заставляли заниматься проституцией.


    Если обвинения будут доказаны в суде, Хогег превратится из вундеркинда и бесстрашного борца с расизмом в паренька с плаката «Разыскиваются», когда речь идет о самой темной стороне израильских криминальных технологий.

    Но дело не только в нем или в якобы респектабельных инвесторах, которые были готовы отдать ему свои деньги в обмен на неизвестно какие услуги. То, что Хогег стал владельцем «Бейтара», добавляет новые важные аспекты в сагу этого иерусалимского клуба. Часть расследования теперь сосредоточена на том, был ли «Бейтар» также прикрытием для отмывания денег.

    На первый взгляд израильский футбольный клуб – идеальный бизнес, в котором можно «потерять» несметные миллионы. Но вряд ли это идеальное место для того, чтобы скрыть крупное преступное предприятие – и не только потому что оно обращает на себя пристальное внимание. За последние пару десятилетий «Бейтар» стал чем-то вроде кладбища финансовых репутаций.


    Все началось с одного из самых успешных магнатов 1990-х годов Гада Зеэви, который в 2000 году по просьбе тогдашнего мэра Иерусалима Эхуда Ольмерта, купив «Бейтар» и покрыв его долги, спас клуб от банкротства. Это была последняя громкая сделка Зеэви, так как следующие 20 лет он провел, распродавая свои обширные активы, чтобы помочь погасить собственный огромный долг.

    Менее чем через два года Зеэви был вынужден избавиться от «Бейтара», и его сменил местный застройщик Меир Фенигель. Похоже, это приобретение не принесло ему ничего хорошего, так как его семья распалась, и он был осужден за то, что угрожал дочери и внуку, что убьет их.

    В 2005 году «Бейтар» был продан еще раз, на этот раз самому эпатажному владельцу – Аркадию Гайдамаку.

    Эпоха Гайдамака в «Бейтаре» достойна книг и кино. Один документальный фильм, снятый в это время, – «Forever Pure» («Чистый навек») Майи Зинштейн о приглашении Гайдамаком в команду двух игроков-мусульман из Чечни в сезоне 2012-2013 годов – получил «Эмми».

    Он был самым щедрым владельцем «Бейтара». Его миллионы – в какой-то момент он заявил, что вложил в команду 378 886 000 шекелей, или 120 миллионов долларов, – обеспечили ей победу в двух национальных чемпионатах (с тех пор она не выиграла ни одного). Он также наиболее откровенно использовал клуб в своих целях: в качестве платформы для баллотирования на пост мэра Иерусалима в 2008 году.

    Но даже Гайдамак не смог избежать проклятия «Бейтара». Несмотря на благодарность сторонников команды, он получил лишь 3,6 процента голосов на выборах мэра и не занял ни одного места в городском совете. В последующие годы он был осужден во Франции за торговлю оружием и отбыл там тюремный срок, а в Израиле был обвинен в отмывании денег.

    Следующим потенциальным владельцем был Гума Агияр, магнат, делавший деньги в Бразилии и Флориде, который в возрасте двадцати с чем-то лет обнаружил у себя еврейские корни и репатриировался в Израиль. Агиар инвестировал в «Бейтар», когда он еще принадлежал Гайдамаку, и ожидалось, что он станет полноправным владельцем клуба. Однако в 2012 году его яхта, на борту которой не нашли ни одного человека, села на мель у берегов Форт-Лодердейла, штат Флорида. В то время Агияр по причине расстроенного психического здоровья, находился под опекой жены, матери и дяди. Несмотря на то что тело так и не было найдено, в январе 2015 года полиция объявила его юридически мертвым.

    Предпоследним владельцем «Бейтара» был Эли Табиб, который владел в США магазинами купальников. Если судить по стандартам его предшественников и преемников, послужной список Табиба можно назвать почти заурядным. Он был осужден за несколько мелких случаев мошенничества и получил условный срок, а затем был осужден еще раз за избиение подростка – болельщика конкурирующего клуба и в наказание был направлен на общественные работы. В последние годы на Табиба было совершено по меньшей мере три покушения, в том числе в его дом была брошена граната, а его машину обстреляли – и стреляли явно на поражение.

    А потом появился Хогег.

    Учитывая такой послужной список, нетрудно понять, почему, несмотря на отсутствие недостатка в филантропах, готовых финансировать огромное количество государственных учреждений и общественных программ в Иерусалиме, ни один серьезный или уважаемый инвестор не желает покупать крупнейший футбольный клуб города (в отличие от менее крупного соперника «Бейтара» – иерусалимского клуба «Ха-Поэль», единственной израильской команды высшего уровня, работающей по модели собственности болельщиков).

    На протяжении многих лет множество политиков правого толка, которые окружают клуб, обхаживали выдающихся доноров со всего еврейского мира и видели в них потенциальных спасителей «Бейтара». Некоторые поначалу были в восторге от такой перспективы, однако при дальнейшем рассмотрении быстро понимали, что лучше держаться от этого клуба подальше.

    Но, похоже, нет недостатка в инвесторах другого типа, для которых «Бейтар» – с его присутствием в СМИ, политическими связями, базой бандитов-фанатов и националистической символикой – является неотразимым активом.

    Аншель Пфеффер, «ХаАрец», М.Р. На снимке: Моше Хогег. Фото: Нир Кейдар √

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

    DW на русском: главные мировые новости

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend