Понедельник 01.03.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    Gareth Fuller/Pool via AP
    Gareth Fuller/Pool via AP

    От этого вакцины нет

    Нет необходимости ждать начала второго раунда вакцинации. Не имеет значения, сколько будет сохраняться иммунитет после прививок компаний Pfizer, Moderna или AstraZeneca. Нет разницы, в какой момент у нас наступит коллективный иммунитет – после вакцинации 60, 70 или 80 процентов населения. Уже сейчас можно с уверенностью сказать, что в уходящем году мы так и не нашли вакцины от хронических болезней общества ни в Израиле, ни в мире.

    От хронических болезней трудно избавиться, но, учитывая силу потрясения, которое обрушилось на современный мир в конце января 2020 года, было бы разумно ожидать перемен. Мир должен очнуться, протрезветь, выйти из состояния благостного равнодушия и остановить инерцию, которая была нашей главной движущей силой. Не нужно быть чрезмерно оптимистичными или наивными, чтобы думать, что вспышка смертельной эпидемии на Земле нас разбудит. Не нужно быть историком, чтобы помнить, как Вторая мировая война, последнее великое потрясение, которое пережил мир до коронавируса, ознаменовала начало новой, лучшей эры в большинстве частей мира.

    Победа науки – провал сотрудничества

    Мы нашли вакцину от коронавируса чрезвычайно быстро. Сразу после секвенирования вируса появилась формула мРНК-вакцины. Ученые Moderna составили ее за один уикенд, и формула была готова уже 13 января 2020, задолго до того, как китайцы признали, что это – пандемия, и вирус передается от человека к человеку. Еще месяц спустя первые экспериментальные образцы вакцины уже были готовы и переданы в Национальный институт здравоохранения США для начала первой фазы клинических испытаний. Это был самый короткий период в истории человечества, за который была разработана и произведена вакцина.

    Но за 11 месяцев, прошедших с тех пор, мы не нашли вакцины от нежелания богатых и бедных стран объединяться для создания международных институтов, которые могли бы сотрудничать в будущем, чтобы предотвратить вспышки новых пандемий. Или хотя бы разработать план быстрого и эффективного совместного реагирования на следующую пандемию. За последние четыре года враждебность в отношениях между великими державами только выросла, а нормы международного сотрудничества пошатнулись. «Корона» не смогла переломить эту тенденцию. Пришло время усвоить то, что Джон Кейнс понял еще сто лет назад: государства не существуют изолированно друг от друга, они взаимозависимы. Поэтому фатальный ущерб одной из стран может причинить огромные страдания всему миру. Вывод: надо сотрудничать.

    Запертые по домам

    Мы с колоссальной скоростью нашли вакцину для ситуации, когда большинству работников государственного и частного секторов было необходимо оставаться дома. Большая часть работы мгновенно перешла на «удаленку» с использованием довольно простого программного обеспечения под названием Zoom. Оказалось, что не только директора компаний высоких технологий могут проводить встречи, презентации и обучение на «удаленке». Это стали делать 70-летняя бабушка, 50-летняя учительница и, собственно, большая часть населения, имеющая доступ к компьютеру. Мы нашли быструю вакцину от неприятия, страхов и опасений сотен миллионов людей делать все дистанционно, при помощи компьютера, без физического контакта.

    Но мы не нашли вакцины против представления о том, что технология решает проблему сама по себе, без совместной организации государственных учреждений. «Корона» должна была дать понять всем богатейшим странам мира, включая Израиль, что цифровая инфраструктура, позволяющая работать и учиться удаленно, — это не частный продукт, а общественно важная инфраструктура, которую каждая страна должна предоставлять своим гражданам – каждому студенту, каждому работнику, каждому ребенку.

    Конечно, социально слабые слои населения, не имеющие доступа к компьютерам, живущее в тесных квартирках, получили очень сильный удар от пандемии. Помимо многочисленных смертей, они остались за бортом революции Zoom. Мы не нашли вакцины от огромного неравенства, которое существовало у нас до «короны», оно только усилилось за последние десять месяцев. Огромные разрывы в цифровизации, существовавшие между странами еще 20 лет назад, остались прежними, потому что решение проблемы отставания многих стран не в технологии, а в политике.

    В Израиле нет вакцины от дороговизны жизни

    Мы нашли частичную вакцину от массовой безработицы, вызванной закрытием предприятий, сокращением ВВП и прекращением экономической деятельности – мы резко увеличили право на пособие по безработице и потратили триллионы долларов на компенсацию потери дохода владельцам бизнеса. Вакцина, предложенная правительствами, смогла спасти рабочих и предприятия. Однако бедность продолжала расти, бизнесы закрывались один за другим, экономическую боль почувствовали сотни миллионов людей

    Но мы не нашли вакцины от дороговизны жизни, особенно в Израиле, поскольку цены на покупку и аренду жилья продолжали расти, доля расходов на жилье в семейном бюджете сотен тысяч израильтян продолжала расти. Мы не только не нашли решения, но в последние три года политики вообще перестали заниматься проблемой завышенных цен на жилье.

    Мы также не нашли вакцины от быстрого ухудшения транспортной инфраструктуры в Израиле – от постоянно увеличивающихся пробок на дорогах, даже во время карантинов, когда сотни тысяч людей должны были работать из дома. 20 лет пренебрежения и стратегических ошибок министерств финансов, транспорта и Национального экономического совета снизили уровень транспортной инфраструктуры в Израиле до уровня стран третьего мира.

    Хранители под обстрелом

    Иммунная система правовых институтов в Государстве Израиль за последние два года продемонстрировала высокую сопротивляемость насильственной атаке политического вируса. Он пытался запугать эту систему и сорвать судебный процесс над премьер-министром. Государственная прокуратура и судебная система сохранили свои традиции объективности и независимости. А сотни тысяч израильтян, выходящих больше полугода на демонстрации протеста по выходным, построили защитную стену от тяжелой артиллерии, которой руководил премьер-министр в течение трех лет.

    Но мы не нашли вакцины от продолжающейся эрозии статуса этих институтов – в правительстве, полиции, системе госконтроля и прессе – перед лицом агрессивной кампании со стороны правящей партии в Израиле. Также нет вакцины для правящей партии, которая подчинила все свои действия и свою идеологию личным интересам обвиняемого, который ее возглавляет.

    Мы не нашли вакцины от комплементарности и беспечности журналистов, которые предпочитают заниматься актуальной мелочевкой за счет глубокого анализа, за счет трудных вопросов, за счет правды в глаза политикам и общественным деятелям. Нет вакцины от снисходительного отношения журналистов к таким персонажам, как Эхуд Ольмерт, Авигдор Либерман и другие.

    Даже после разоблачения методов работы Нира Хефеца, верного слуги премьер-министра, магнатов Нохи Данкнера и Нони Мозеса, на горизонте израильской прессы нет вакцины от увольнений неугодных журналистов, лести и пристрастности прессы к «стратегическим советникам» политиков. Их искусство заключается в торговле конфиденциальной информацией, вымогательствах, угрозах, утечках, нагнетании грязи и обмене взаимными коррупционными услугами между членами элиты «власть-капитал-СМИ».

    Разрушьте цифровые монополии

    Мы нашли вакцину, которая сломит власть цифровых монополий, не позволит им останавливать прогресс, захватывать рынки, устранять конкурентов, вторгаться в частную жизнь и разрабатывать продукты и услуги, цель которых – облапошить нас и подсадить на их продукцию. Мы нашли эту вакцину, потому что она была изобретена 130 лет назад в Соединенных Штатах – закон Шермана и другие антимонопольные законы, которые дают правительствам всего мира возможность подавать в суд на монополии и картели. Этот закон ждал, когда мы вернемся к его использованию после 40-летнего перерыва, когда лобби гигантских компаний в большинстве стран западного мира, особенно в США, ослабило легитимность его использования. Но мы о нем вспомнили, и администрация США подала целый ряд исков против Facebook и Google за монополизацию, устранение конкурентов и подавление инноваций.

    Но мы еще не нашли – в основном, потому что не искали – вакцины против величайшего ущерба, который цифровые монополий наносят в нынешнюю эпоху: алгоритмов, которые умеют дьявольски быстро распространять среди миллиардов людей ложь, дезинформацию, ненависть, подстрекательство и полуправду.

    Мы не нашли вакцины от проблемы нежелания искать. Пусть 2021 будет годом, когда к нам вернется желание искать. Если бы оно было, мы уже давно нашли бы  вакцины от всех этих постыдных явлений. Вакцину от цинизма, коррупции, бездействия лиц, принимающих решения. Конечно, мы найдем ее не так быстро, как разработали вакцину от «короны», но усилия того стоят.

    Гай Рольник, TheMarker Ц.З. Gareth Fuller/Pool via AP˜

     

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend