«Особые случаи»: израильские волонтеры помогают украинцам бежать с оккупированных территорий

Они работают из Израиля, Польши, Германии, Чехии, Исландии… Всегда на связи, всегда с кучей телефонов в руках. Им звонят из Украины – и на том конце провода просят о помощи, благодарят, ругают, плачут, бьются в истерике…


Около 30 волонтеров организации Israel4Ukraine вывозят людей из Украины с первых же дней войны. Волонтеры уже организовали 132 рейса (и продолжают это делать), вывезли 6700 человек, и это не считая «особых случаев»: так здесь называют самые трудные миссии, в том числе когда требуется спасти украинцев из зон российской оккупации. «Деталям» рассказал о них Андрис Егоров, один из создателей сети помощи и эвакуации людей. Андрис занимается упомянутыми «особыми случаями», курирует Мариуполь.

«Мы потеряли четыре автобуса»

– Я координирую команду особых случаев по Мариуполю. Вывозим до сих пор. Вот прямо сегодня вывезли женщину вообще без всяких документов, это огромная проблема. Или когда надо вывезти раненого солдата в толпе женщин и детей.

Однажды вывозили стариков, и по дороге под Мариуполем ребята встретили женщину с двумя детьми, один из которых был ранен. Осколочное ранение в руку. Ребята вынуждены были задержаться, искать лекарства, оказывать помощь, везти к армейским врачам – это все на линии огня. Врачи помогли потом довезти мальчика до Днепра, мама его присылала фотографии из госпиталя.


Это было месяц назад, тогда они попали под очень сильный огонь. Сгорела машина. Двое наших ребят были тяжело ранены, один погиб. Это студенты из Запорожья, они с самого начала войны мотались в Мариуполь и обратно, забирали людей, и мы с ними стали работать в контакте. Забирая этого ребенка с ранением, они попали под огонь. Мы собирали деньги на похороны…

Сейчас там работает несколько таких групп, и только одна занимается «особыми случаями».

– Как относятся к волонтерам на оккупированных территориях? Как ваши автобусы проходят КПП?

– У нас пропал один водитель. Ехал вывозить людей – и пропал. То есть его высадили из автобуса, и связь с ним прервалась. Возможно, он попал под фильтрацию.

Не могу раскрывать всю кухню, но обычно мы договариваемся о пропуске. Иногда местные ребята договариваются, иногда – на более высоком уровне. Недавно был случай: надо было вывезти людей из зоны, где стояло много российских войск. А туда в автобусах не пропускали. Договорились с местными жителями, скинули им деньги на бензин, и они на машинах привезли людей на местное российское КПП. И люди перешли на нашу сторону.

– Их свободно пропускают?

– Если это старики, женщины и дети не призывного возраста, то – да. Но стало тяжелее в последнее время. И многие волонтерские организации начали вывозить через Эстонию, Литву. То есть сначала везут на российскую территорию, потом в Беларусь и оттуда уже – в Европу. Но это если у человека есть хоть какие-то документы. Паспорт, свидетельство о рождении… А если нет – нужно делать справку об утере документов и только потом ехать. Но тогда на каждом КПП приходится договариваться, чтобы пропустили. На европейской границе их пропускают, только если видят хоть какие-то украинские документы.

Сегодня наш основной путь такой: подбираем людей на нашей территории – Киев, Одесса, Запорожье – и вывозим в сторону Ровно, Львова. Иногда на венгерскую границу. Некоторые наши автобусы заезжают в Евросоюз. Развозим по странам.

Волонтеры не прячутся и на оккупированных территориях. Если есть документы, где говорится, что они волонтеры по вывозу людей, их досматривают и пропускают свободно. Но бывают обстрелы. За эти месяцы работы мы потеряли четыре машины. Минибусы попадают под слепой обстрел, под артиллерийский огонь. Бывает, что стреляют со страха, особенно вечером, так что они стараются в темноте не передвигаться.

Самое главное – «пункт Б»

Когда израильское издательство «Книга Сефер» решило переиздать книгу украинского писателя Анатолия Николина, погибшего в Мариуполе, Андрис с волонтерами попытались узнать обстоятельства его гибели. Видимо, снаряд попал в дом. Ребятам удалось сфотографировать могилу, где была сразу после трагедии захоронена семья Николина. Там стояли наспех сколоченные кресты. Через день могилы исчезли – их или перенесли, или снесли военной техникой. Точных сведений пока нет.

Работа в городах под оккупацией, конечно, опасна. Главное – вывезти людей.

У Анны Шехтман, израильтянки и киевлянки, в этой команде другое нелегкое дело: она помогает вывозить больных, инвалидов и раненых. Амбулансы всех видов из разных стран колесят по Украине, забирая людей из разрушенных домов, подвалов и подъездов.

«Когда Шимон Шлевич (он сейчас уволился с работы, чтобы все время отдавать только организации Israel4Ukraine) в конце февраля выбирался из Киева, он сказал нам: «Если вы реально хотите помочь, нечего делать себе татуировки украинского флага и всякое такое. Важно найти автобусы и забрать людей оттуда».

Иногда это задача со многими неизвестными, и вначале волонтеры терялись перед совершенно неподъемными случаями. Бабушки с поломанными ребрами и переломом шейки бедра… Тяжелобольные дети… Пациенты, прикованные к постели… Но довольно быстро была сформирована сеть спецтранспорта – в ней амбулансы (германские, польские, израильские) и обычные минибусы, переоборудованные для лежачих больных и сопровождающих.

война-в-Украине
Фото: Israe4Ukraine

– Самое сложное – это «пункт Б», то есть куда именно везти этих людей. Ты же не оставишь его на остановке в Варшаве или Берлине! Некоторые готовы ехать в лагерь беженцев, другие – в дом престарелых. Нужно иметь кучу контактов. В Варшаве сейчас организованы шелтеры для инвалидов, оттуда их перенаправляют дальше.

Вот одна из историй. Семья из трех человек из Кременчуга – мама Инна и двое детей. Полине 15 лет, она циркачка, упала с трамплина как раз 24 февраля и должна в основном лежать – могла ходить только 40 минут в день. Я начала искать им дом. Нашла в Ньюкасле, там у хозяйки большой дом. Волонтер в Англии оформил документы, и теперь мне надо было думать, как их транспортировать на 3900 километров. Лежачую девочку через Ла-Манш…

Десять человек работали над их перевозкой. Их забрали из Кременчуга в Гданьск, из Гданьска через пару дней – в Амстердам, и возникла проблема: их вез украинский амбуланс, а у водителя не было возможности пересекать границу, но нашелся один замечательный религиозный еврей, чтоб он был здоров, который сделал нам это разрешение за четыре часа. Из Амстердама плыли на пароме с каютами, волонтер в Англии купил билеты в каюту, где девочка могла лежать. А в Англии их встречали с подарками.

– Почему вы увозите людей так далеко? Европа переполнена?

– Да, становится все сложнее. Германия уже трещит по швам. Мы же «вредим» немецкой экономике, потому что все время думаем, как больных людей пристроить в немецкие клиники. Вот сейчас отправили женщину протезировать бедро. Никто не хотел ее брать. Нашли возможность вывезти ее в Амстердам. И уже через два дня отправили в клинику.

– Что за «особый случай» с бабушкой из Чернигова?

– София Андреевна оставалась там с сыном (дочка и внучка эвакуировались), и сын умер во время осады – не выдержало сердце. Мне рассказали эту историю, когда мы вывозили других людей. Бабушка была убита горем, осталась совсем одна. Волонтеры уже собирались ее вывезти, но разбомбили мост. Мы понимали, что пешком она не сможет, не выдержит такой переход. И просто на последнем автобусе успели ее вывезти в Киев, а потом на машине с тремя другими женщинами ее увезли в Умань и из Умани – до границы с Польшей, где ее встретили родственники.

Представьте себе эту женщину – одна в темном подъезде, и вокруг бомбят. Я не могла этого так оставить.

Другой человек, 62 лет, был в ужасном состоянии после аварии: его сбила машина еще до войны, но медики ничего толком не сделали, и у него неправильно срослась рука, переломы были множественными, он лежал и страдал от боли. Его сын Коля ухаживал за ним. И тут как раз открылся израильский полевой госпиталь, и мы вывезли их туда. Врачи были поражены, когда его увидели: исхудавший, несчастный, изможденный человек, лежащий в одной позе. Ему пришлось делать сложную операцию, но сейчас он уже ходит, двигает рукой, и главное – ему дали много любви и тепла, кормили, разговаривали с ним, оформили документы. Сейчас они уехали в Польшу. Это греет душу.

– Перед вами проходят эти люди, вы с ними разговариваете, поддерживаете. В каком они состоянии, что с ними происходит?

– Все в разных состояниях. Бывают и те, кто использует наше внимание, и тут надо соблюдать границы. Я знаю случаи, в которых люди отказывались от квартиры, которую им нашли в Германии, потому что там нет балкона. Одни чудесные, другие – с огромными претензиями. Сложно понять, что с ними происходит, почему человек ведет себя так или иначе в стрессовой ситуации.

Мы все работаем на разных направлениях. В каждой из подконтрольной России территорий ведь какие-то свои законы и правила. Люди, которые прошли фильтрацию, уже могут ездить. Скажем, из Мариуполя в Бердянск – легко. А из Бердянска выехать очень сложно, – рассказывает Анна Шехтман.

Помимо спасения людей, за время своей работы волонтеры из Israe4Ukraine собрали в Израиле и переправили в Украину 75 тонн гуманитарной помощи. Сейчас пытаются доставить туда оборудование для очистки воды. Все собираемые ими пожертвования идут на оплату транспорта.

Алла Борисова, «Детали». Фотографии предоставлены организацией Israe4Ukraine √

Популярное

Жителям обстреливаемого юга предлагают бесплатно отдохнуть за границей — и в Израиле

Израильская авиакомпания «Аркиа» 6 августа предложила жителям приграничных с Газой населенных пунктов...

«Битуах леуми» выплатит по 1046 шекелей на подготовку детей в школе: кому положено пособие

В пятницу, 12 августа, Служба национального страхования («Битуах леуми») выплатит годовое пособие на...

МНЕНИЯ