Умань: умереть за рабби Нахмана | detaly.co.il
    Среда 23.09.2020|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    Фото: Konstantin Chernichkin Reuters
    Фото: Konstantin Chernichkin Reuters

    Умань: умереть за рабби Нахмана

    Можно было подумать, что заявление украинского правительства о закрытии границ для иностранных граждан из-за коронавируса означает отмену ежегодного паломничества брацлавских хасидов на Рош ха-Шана к могиле рабби Нахмана в Умань. Но это будет ошибкой. До Рош ха-Шана еще три недели, но, по крайней мере, тысяча хасидов вылетела раньше, чем закрыли границу. Еще тысяча вылетела четырьмя рейсами в Киев, незадолго до того, как запрет вступил в силу. Все они счастливы пожертвовать своей жизнью только ради того, чтобы побывать в Умани.

    И даже после того, как аэропорты Киева и Одессы закрылись, есть еще семь стран, граничащих с Украиной, в которые хасиды могут прилететь в попытке пробраться в Умань. Мы с нетерпением ждем интригующих сообщений о бесстрашных хасидах, преодолевающих леса, горы и подкупающих пограничников.

    Паломничество на Рош ха-Шана к могиле рабби Нахмана – священный путь брацлавских хасидов, бросающий вызов разуму. Еще в коммунистическую эпоху были люди, которые рисковали своей жизнью, пытаясь добраться до этого места. Подвиги этих храбрых хасидов воспеты в брацлавских преданиях, поэтому пандемия 2020 года – прекрасный шанс для их юных преемников. Если КГБ не удержал их отцов, то нынешняя, гораздо более «мягкая» украинская полиция точно не сможет их остановить. И уж, конечно, не такие второстепенные обстоятельства, как глобальная чума.

    Паломничество в Умань всегда было анархическим бунтом – не только против коммунистического режима или сегодняшних правительств, опасающихся вируса. До прихода коммунистов это был акт неповиновения остальному хасидскому истеблишменту, который считал рабби Нахмана сумасшедшим и клеймил его последователей как еретиков. В последние годы, когда паломничество стало популярным не только среди брацлавских хасидов, оно вызвало гнев и среди раввинов других направлений.

    «Каждый здравомыслящий еврей посвящает ночь Рош ха-Шана своей семье, – сказал покойный раввин Овадия Йосеф в 2007 году. – Все едят и пьют вместе. Это – праздник. Что вы делаете в праздник? Вы радуетесь – или идете на кладбище?»

    Но слова раввина Йосефа прошли мимо ушей многих религиозных евреев. Одним из уникальных аспектов культа рабби Нахмана является то, что Брацлав открыт для каждого еврея. Многие его приверженцы происходят из семей, живших вдали от Украины. Его сила такова, что привлекает людей любого происхождения. Сквозь зубы другие раввины признали, что Умань им не победить.

    Поэтому теперь и многие другие ультраортодоксальные группы содержат там синагоги и учебные центры, включая хабадников. Несмотря на то, что ХАБАД считает себя диаметрально противоположным народной этике раввина Нахмана. Хотя поведение хасидов на Рош ха-Шана по-прежнему гораздо более анархично, чем поведение других ультраортодоксов, оно характерно для явления, которое можно назвать глобальной автономией ультраортодоксов.

    За последние шесть месяцев политикам и органам здравоохранения от Иерусалима до Нью-Йорка пришлось противостоять многим ультраортодоксальным общинам. Хотя в мире есть общины и раввины, которые действуют ответственно. Но многие другие настаивают на своем праве игнорировать любое внешнее влияние на свои общины и продолжают следовать религиозным обычаям, как ни в чем ни бывало, несмотря на чрезвычайные обстоятельства. Умань – поле боя в этом противостоянии.

    В интервью израильским СМИ представители брацлавских хасидов настаивали, что паломничество в этом году будет проводиться при строгом соблюдении социального дистанцирования, и его участники подвергают себя опасности не больше, чем тысячи израильтян, которые каждую субботу вечером собираются возле резиденции премьер-министра в Иерусалиме, требуя отставки Биньямина Нетаниягу.

    Но это – ерунда. И отнюдь не из-за приоритета свободы и демократии перед традициями и религией. Никто из тех, кто провел Рош ха-Шана на узкой улочке Пушкина в Умани, спал в тесных комнатах, ел на коммунальных кухнях и пробирался сквозь толпы людей, пытающихся дотронуться до могилы рабби Нахмана, не может честно сказать, что это можно сравнить с акциями протеста под открытым небом на площадях Иерусалима или на улице Бальфура.

    Но дело даже не в этом. Публичный спор между руководителем борьбы с эпидемией Рони Гамзу и ультраортодоксальными министрами олицетворяет критический конфликт внутри иудаизма и всего  израильского общества.

    Могут ли закрытые общины, составляющие примерно 20 процентов еврейского народа, продолжать жить своей жизнью исключительно в соответствии с указами своих раввинов, игнорируя нормы, законы, требования общественного здравоохранения и благо всего остального общества?

    (Как сообщила вечером 29 августа канцелярия главы правительства, Нетаниягу создал очередную министерскую комиссию под руководством министра высшего образования и водных ресурсов Зеэва Элькина, чтобы проверить план, который позволит израильтянам полететь в Умань на осенние праздники. По этому сообщению, решение было принято совместно с министром здравоохранения Юлием Эдельштейном и руководителем борьбы с эпидемией  профессором Рони Гамзу, которые просили воздержаться от полетов в Умань.

    В те же часы, когда было опубликовано это заявление, на исходе субботы сотни брацлавских хасидов впервые присоединились к 20 тысячам участников демонстрации на улице Бальфура в Иерусалиме против коррумпированного правления Нетаниягу, которые проходят там уже 10 недель подряд – прим. «Детали»).

    Аншель Пфеффер, «ХаАрец», В.П. Фото: Konstantin Chernichkin Reuters˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend