Очень нескорая медицинская помощь

Около трех лет назад ответственность за работу служб психологической помощи была передана больничным кассам. Они получили бюджет и обязались составить расписание услуг, предоставляемых населению. Вот только дожидаться этих услуг приходится порой целый год – хотя одной из целей реформы было как раз сокращение очередей.

Эта цель не достигнута. По данным Министерства здравоохранения, дети и подростки в Иерусалиме, Беэр-Шеве и Ашдоде дожидаются прописанных им психотерапевтических процедур не менее года. Причем во многих местах время детям приходится ждать даже дольше, чем взрослым.

Организация «Б’зхут», защищающая права пациентов, потребовала от Министерства здравоохранения вмешаться в сложившуюся ситуацию и оказать давление на больничные кассы. Идит Сарагусти, которая в «Б’зхут» руководит отделом охраны психического здоровья, говорит, что очень длинные очереди – это системная проблема.

— Человек, который переживает эмоциональный стресс, нуждается в немедленной помощи и в лечении, он не может ждать полгода или год, а то и дольше. Ведь речь идет о тех, кто уже прошел предварительную проверку, то есть, они побывали у специалиста, описали ему свои проблемы, и он решил, что они нуждаются в лечении. А теперь они просто сидят и ждут.

— Почему так происходит?

— Прежде всего потому, что больничные кассы не нанимают достаточного количества специалистов для предоставления этих видов лечения и не расширяют спектр предлагаемых ими услуг. Мы ожидаем, что Минздрав немедленно потребует от них увеличить персонал, чтобы сократить  очереди. Кроме того, надо установить обязательные критерии, определить, в течение какого времени человек обязан получить лечение.

— А сейчас таких критериев нет?

— Нет. Министерство здравоохранения обещало их выработать и опубликовать, мы надеемся, что оно так и поступит. Но даже и без установленных критериев больничные кассы по закону должны предоставлять лечение в течение разумного времени. И ясно, что полгода или год не могут считаться «разумным временем». Они просто не выполняют свои обязательства.

— А почему больничные кассы не нанимают достаточно специалистов? Им это не выгодно или нет людей?

— Я думаю, что основная причина – отсутствие бюджета. У касс бюджетный дефицит. Всей системе здравоохранения приходится трудно, когда нет бюджета. Нужно добиваться увеличения бюджета и убедиться в том, что средства поступают туда, куда нужно. Больничные кассы получили средства для оказания услуг в сфере психического здоровья. Но их недостаточно.

— Когда эту сферу передали под ответственность больничных касс, предполагалось, что ситуация улучшится, а этого не произошло?

— Это не совсем так. В некоторых областях наметился прогресс. Например, стало больше клиник, в которых можно получить обслуживание, сами услуги стали доступнее, есть возможность получить психологическую помощь по месту жительства. Кроме того, сначала, сразу после реформы, очереди и в самом деле значительно уменьшились. Но со временем спрос на психологическую помощь увеличился, и очереди снова начали расти. Так что было бы неверным сказать, что ничего не изменилось. Просто ситуация находится в динамике, и надо постоянно приводить в соответствие спрос с предложением. Больничные кассы также разрабатывают новые модели обслуживания, есть и другие положительные аспекты, но этого недостаточно.

— Какой ответ вы получили из Минздрава?

— Они написали, что постоянно работают над улучшением положения и в скором времени выпустят инструкцию, обязательную для больничных касс. Все это мы слышим уже давно, но никак не можем дождаться реализации.

— В этой области медицины достаточно специалистов?

— В этой – да. Наблюдается большой дефицит психиатров, но психотерапевтов — в основном клинических психологов и социальных работников — хватает, за исключением некоторых районов. Например, в арабском секторе очень мало психологов и социальных работников. Специалистов, говорящих на иврите, достаточно. Я не знаю точно, какова ситуация с русскоязычными специалистами. А ведь знание языка при лечении имеет первостепенную важность. Вы не можете оказать помощь, если не говорите на языке пациента.

— Но человек со средствами может обратиться к частному специалисту?

— Это правда. К тому же больничные кассы дают возможность получить необходимые процедуры с относительно высоким личным участием – 130 шекелей за процедуру. Те, у кого есть деньги, идут этим путем, потому что там очереди короче. Те, у кого денег нет, вынуждены ждать, и часто это ожидание сопряжено с большими страданиями. Когда человек в кризисе, то в экстренных случаях это может стать угрозой для жизни. Психологический кризис может плохо закончиться. У детей и подростков он может повлиять на дальнейшее развитие, сказаться на всей их дальнейшей жизни. Очень плохо, что и детям приходится ждать так долго, — сказала Идит Сарагусти.

Приведем также некоторые данные по срокам ожидания в больничных кассах. Например, в клинике для детей и подростков «РАШБИ» больничной кассы «Маккаби» в Ашдоде , а также в клинике в Беэр-Шеве время ожидания начала лечения составляет 52 недели, так же, как и в иерусалимской клинике «Мишмар ха-Ам Тальбия» больничной кассы «Клалит». В клинике для детей и подростков — клиентов всех больничных касс в Хайфе — время ожидания превышает 50 недель.

Дети и подростки – клиенты больничной кассы «Леумит» в Бейтар-Илите ждут начала лечения в течение 52 недель, а взрослые — от 8 до 20 недель. В клинике «Маккаби» в Араде время ожидания психологической помощи для взрослых составляет 52 недели. В клинике «Маккаби» в Кирьят-Моцкине и клинике в Нагарии для клиентов всех больничных касс время ожидания — 24 недели. В клинике «Меухедет» в Кирьят-Сефере время ожидания — около 32 недель, в клинике «Плоткин» в Тель-Авиве для клиентов всех больничных касс время ожидания — 24 недели. В клинике больницы «Ихилов» время ожидания составляет «всего» 8 недель.

Олег Линский, «Детали». Фотоиллюстрация: Юваль Табуль


тэги

Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend