Три знакомых обезьянки

Просто поразительно, до чего политики неспособны видеть, что творится у них под носом. Все, что там происходит, вообще не попадает в их поле зрения. Редкая особенность, свойственная исключительно политикам. Они ничего не видят, ничего не слышат, ничего не знают. Еще удивительнее, что мы им верим и не говорим: да бросьте, мы же знаем, что вы знаете.

Совершенно удивительна их способность выглядеть удивленными. Айелет Шакед была удивлена в точности, как Биби, и точно так же Либерман ничего не знал. Надо было видеть лицо Айелет, когда она услышала про Эфи Наве, как взлетела ее рука, чтобы в мнимом неверии закрыть лицо, как в ужасе расширились ее глаза. «Вы уверены, что это наш Эфи? – спрашивала она. – Наш маленький, славный Эфи?» Ясно, что она ничего не знала, не видела и не слышала.

А Либерман? Вы должны были его видеть, когда он услышал о взятках Фаины. Вы должны были видеть его шок и потрясение. «Фаина? – вскричал он и стукнул кулаком по столу. – Этого не может быть! Это – ужасная ошибка!» Разумеется, он тоже ничего не видел и не знал. Деньги вообще не по его части – так же, как подлодки не по части Биби, и назначения – не по части Шакед.

Любовные интрижки Эфи никак не повредили повестке дня Айелет Шакед. Ведь у нее только одна повестка: она сама. Она такой же «Еврейский дом», как и я. Если бы МЕРЕЦ мог ее продвинуть, она бы уже давно была там. И чихать она на всех хотела: на Биби, на Беннета, на Эрец Исраэль и народ Израиля. На университетском курсе компьютерных наук ее не учили разделению властей. В ее глазах демократия – это чушь собачья. Семьдесят лет ее здесь ждал фашизм – и вот она пришла. По дороге к фашизму транзитная остановка – в банановой республике. По пути к местному национально-религиозному государству делаем остановку, чтобы нюхнуть немного универсальной коррупции. В коррупции, ребята, мы понимаем.

И теперь мы спрашиваем, с чего это так раздувают «дело Наве», ведь так было всегда. Разве что сейчас мы называем это «сексуальным подкупом» и с восторгом перебираем все новые и новые «сексуальные взятки». Ясное дело, что это намного приятнее занудного «Дела 3000» и сухого «Дела 4000».

«Сексуальные взятки» – это интересный поворот в культуре нашей преступности. Он напоминает нам, что надо проверить, сколько правителей после убийства Рабина не были замешаны во взяточничестве, сексуальном домогательстве или воровстве, и сколько вполне пристойных сроков они находились у власти. После того, как одного правителя убили, второй украл, а третий изнасиловал, взяточничество превратилось в законный инструмент для преодоления бюрократии и не менее законный способ сделать карьеру.

Народ преотлично ужился с сексом и взятками. Под «народом» подразумеваются дебилы (сожалею, но у меня нет более точного определения). Их доля в составе населения растет все больше и больше. Они уже – большинство. Это они обрушили «брекзит» на Британию, Трампа – на Америку, и фашизм – на нас. Посмотрите, как велик разрыв между верой меньшинства в демократию и смехом, который делает из нее большинство. Меньшинство видит в ней спасательный круг, а большинство – молоток, которым оно разобьет голову меньшинству.

Тот, кто поведет народ, чтобы разбить нам голову, это – тот же самый человек, который не видел, не слышал и не знал, и, разумеется, у него нет ни малейшего понятия, о чем мы тут говорим.

Тот, кто не знал о подлодках, не имеет понятия о придорожном рекламном щите (плакат «Ликуда», обвиняющий известных израильских журналистов в предвыборных махинациях – прим. «Детали»). А тот, кто санкционировал этот щит – тот же самый человек, который не знал, что у него за спиной несут бутафорский гроб Рабина. Когда его спросят, он изобразит на лице полнейшее удивление. Он потребует доказательств, чтобы ему показали документы и дали послушать записи – он не только ничего не знал ни про какой рекламный щит, но очень сожалеет об этом.

А народ слушает и хихикает: он-то знает, что нет никаких документов и записей – одни только намеки и подмигивания. Он хорошо знаком с этими трюками. Он не любит Биби, но еще меньше любит тех, кто ненавидит Биби. Если бы он только мог, он бы влепил ему поцелуйчик прямо в лоб и с нежностью сказал: ну, братан, ты им врезал, ну, ты их уделал!

Нас уделают не сразу. Шаг за шагом. Пошлют Давида Битана ляпнуть какую-нибудь дурь на посиделках «Шабатарбут». Потом проверят, какая была реакция, и нажмут на газ. Все начнется с какого-нибудь идиотского закона, за которым последует престранное назначение. Потом – угрожающее, но не опасное заявление. За ним – угрожающий, но не криминальный щит.

В конце концов, мы окажемся прижатыми к стене, и тогда у нас не останется выбора.

Йоси Кляйн, «ХаАрец», Р.Р. К.В.

Фото: Pixabay


Реклама

Анонс

Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend