Массовая алия: реальность или обман зрения?

В последние дни появилось сразу несколько статей о скорой массовой репатриации в Израиль, которые вызвали естественный энтузиазм. Но почему сейчас? Репатриация во время пандемии, как бегство от нее?

Разные источники приводят разные прогнозы: новый председатель комиссии кнессета по алие и абсорбции (находящийся под следствием по обвинению в коррупции), депутат Давид Битан («Ликуд») заявил на прошлой неделе, что до конца 2020 года репатриация в Израиль дойдет до 50 тысяч.

Не прошло и суток, как новоназначенный министр абсорбции Пнина Тамано-Шата («Кахоль-лаван») сказала на заседании той же комиссии, что в ближайшие полтора года в Израиль прибудет 90 тысяч репатриантов со всего мира.

Ариэль Кандель из организации «Клита» («Абсорбция»), помогающей репатриантам из Франции, считает, что в ближайшие три-четыре года в Израиль репатриируются не меньше 50 тысяч французских евреев. Хотя последние годы показали, что они, скорее, едут назад во Францию.

Среди других стран Европы стабильным источником репатриации оставались Россия и Украина, но закрывшиеся с началом пандемии представительства всех израильских иммиграционных офисов по сути дела остановили репатриацию.

Всех оптимистов обошел председатель «Сохнута» Ицхак Герцог, который в начале июня сказал на конференции газеты «Макор ришон» по вопросам евреев диаспоры, что он ожидает прибытия «четверти миллиона новых репатриантов в течение ближайших трех-пяти лет».

А директор департамента алии в «Сохнуте» Шай Фельбер сказал на заседании комиссии кнессета, что, по его оценкам, в 2021 году в Израиль репатриируется 45 тысяч евреев в сравнении с 35 600 в 2019 году. Эта цифра уже гораздо скромнее двух цитированных выше прогнозов и никак не предвещает «четверти миллиона».

Джуди Мальц, которая привела эти цифры, основывалась на отчете Информационно-исследовательского центра кнессета о том, в какой мере пандемия повлияла на желательность жизни в Израиле, который на прошлой неделе был представлен комиссии кнессета по репатриации и абсорбции.

В отчете отмечено, что немало израильских экспатов, вернувшихся в страну в последние месяцы из-за пандемии коронавируса, прожили в эмиграции много лет. Среди 641 опрошенного, вернувшихся после марта 2020, около 40 процентов прожили заграницей более 10 лет, а около 15 процентов – более 20 лет. А общее число израильтян, вернувшихся в Израиль за этот период – 754 человека. Более половины – из Америки. Конечно, это – капля в море, так как в США насчитывается от 800 тысяч до 1 миллиона израильских эмигрантов.

Моше Бен-Атар поверил прогнозу Герцога, написав, что «в последние десятилетия подобные прогнозы не сбывались. Но не исключено, что на этот раз, на фоне корона-кризиса и экономических, общественных и демографических перемен в США картина будет иной. Не нужны очки и не нужны массовые беспорядки по следам убийства Джорджа Флойда, чтобы увидеть, до какой степени поляризована и расколота Америка, чему немало способствовало президентство Дональда Трампа.

Надо думать, многие поморщатся от прогноза «Сохнута» и тут же сделают расчет стоимости и пользы. Израильское общество уже много лет не проявляет никакого интереса к алие. Кроме того, большинство предпочтет не усугублять положение безработных и бедных и не отягощать казну еще и алией. Историческая правда состоит в том, что мы никогда не любили новых репатриантов, но всегда их хотели. Историческая правда также и в том, что каждая волна алии приносила с собой экономический расцвет. Израиль абсорбировал репатриантов и тогда, когда был бедным государством, и никогда не закрывал ворота перед евреями на основе «Закона о возвращении»: со времени его принятия в Израиль прибыло больше трех миллионов евреев со всего мира».

Вопреки розовым прогнозам «Сохнута» и других оптимистов, Аншель Пфеффер верит в обратное: репатриация не только не вырастет, но упадет, поскольку все эти прогнозы оторваны от реальности.

«Возможно, что евреи диаспоры, сидя на карантине последние месяцы, проверяли в интернете возможности эмиграции в Израиле. Скука и отчаяние могут заставить сделать что угодно. Но предположение, что относительно низкий уровень смертности от вируса в Израиле и его бесплатные медицинские услуги автоматически утроят еврейскую эмиграцию, выглядит смешно на фоне всего, что мы знаем об эмиграции в Израиль, начиная с зарождения сионизма.

Основные волны эмиграции никогда не шли из западных стран с более высоким уровнем жизни, чем в Израиле. Американские, английские и французские евреи всегда были крошечным меньшинством среди переживших Катастрофу, беженцев и жертв голода из Восточной Европы, Северной Африки, Ирака, Ирана, Йемена, Эфиопии и бывшего Советского Союза. Переезд из западной страны в Израиле означает уменьшение дохода, меньшие дома и сомнительные шансы найти хорошую работу – в итоге оттуда приезжает лишь малое число идеологически и религиозно мотивированных новых репатриантов.

Ожидания, что израильские успехи в борьбе с пандемией, на данную минуту большие, чем в тех западных странах, где живут основные еврейские общины, мотивируют десятки тысяч евреев перерехать, основаны всего лишь на большем числе людей, которые блуждают по интернету, не принимая в расчет все прочие резоны, которые помешали им это сделать до того, как разразилась пандемия».

Итог: из вопроса государственной политики репатриация стала вопросом веры. Тем, кто в нее верит, достаточно прогнозов. Тем, кто не верит – недостаточно никаких опросов и отчетов.

Рафаэль Рамм, «Детали». Фото: Гиль Коэн-Маген˜