Нетаниягу живет опросами и прячет их. Почему?

Кто-нибудь видел министра внутренней безопасности Амира Охану? Полиция Израиля обращается к гражданам с просьбой помочь в поисках. В последний раз его видели до начала предвыборной кампании «Ликуда». Рост – выше среднего, упитанность – худой, особые приметы – бритая голова, привычки – любит давать интервью на радио и ТВ.

Существует опасение, что такая же судьба постигла его друга, министра связи Давида Амсалема, который был вынужден сменить свою страсть к телекамерам и микрофонам на еженедельные снимки на кухне, где он режет мясо в переднике со своим портретом.

То же самое случилось с его подругой, министром транспорта Мири Регев: до своего исчезновения она успела сняться рядом с кастрюлей горячего супа на плите.

Суть и смысл предвыборной кампании «Ликуда» предельно ясны: популяризировать Биньямина Нетаниягу как «отца народа» и единоличного правителя, и хорошенько (да поглубже!) запрятать Охану, Амсалема, Регев и всех их товарищей по партии. СМИ отпускают по этому поводу всякие шуточки, но остроумцы смеются не только над теми, кому Нетаниягу заткнул рот. Они смеются и над нами. Чтобы это понять, надо на минуту остановиться и обдумать, что на самом деле происходит за кулисами такой политики Нетаниягу. Тут есть глубинный процесс. Он важен даже после того, как очистить его от мегаломании, паранойи и нарциссизма самого Нетаниягу.

Принято считать, что Нетаниягу живет и дышит опросами общественного мнения. Не телевизионными однодневками, а серьезными и глубокими аналитическими исследованиями. Они показывают раз за разом, что широкая общественность терпеть не может Охану, Амсалема, Регев и иже с ними. Они ей осточертели. Так же настроена часть электората «Ликуда», которая решит исход выборов.

Эта троица может и популярна среди членов партийного Центра, рядовых членов партии, но широкой общественности давно обрыдли их крикливость и вульгарность. Поэтому, когда приходит время выборов, Нетаниягу и его люди не моргнув глазом просто засовывают всю эту компанию туда, где их не видно. Разумеется, возникает вопрос, о чем это говорит с точки зрения самоуважения этих людей, которых Нетаниягу так стыдится до выборов и наслаждается их преданностью и раболепием после них. Но это – вторичный вопрос. Солдаты есть солдаты. К тому же, министры и депутаты «Ликуда» так упиваются выгодами власти и своим статусом, что один-два раза в год готовы проглотить эту обиду.

Намного более интересный вопрос состоит в том, что это говорит о самом Нетаниягу – помимо его патологического цинизма, эксплуатации, инструментального использования людей (до появления персональных компьютеров это называлось «уделать и выбросить»). Все, что в данном случае можно сказать о Нетаниягу, укладывается в простую формулу. Он окружает себя людьми, хорошо зная, что народ их терпеть не может и не хочет, чтобы они руководили их жизнью. Он бесстыдно назначает их на ключевые посты или заботится о том, чтобы сохранить их место в кнессете, хотя ему предельно ясно, что большинство израильтян от них тошнит.

Другими словами, его подлинное презрение изливается не на эту лающую свору овчарок, а на граждан государства. Он, может, и старается почаще признаваться в любви к народу Израиля, но на самом деле плюет и на него, и на его чаяния. Он может до завтра тарахтеть о своей преданости Израилю и его мощи, но на деле сознательно ослабляет его, когда назначает в ключевые министерства таких людей, как Регев, Амсалем и Охана, или посылает Оснат Марк в комиссию по отбору судей.

После выборов они, разумеется, нужны ему снова – и немедленно. Так, к примеру, после первого торжественного заседания ныне почившего правительства, которое Нетаниягу создал с помощью предательства Бени Ганца, он потащил их с собой на «фильм ужасов» в иерусалимском окружном суде, где начался его процесс. В редчайших случаях он зовет их и во время предвыборной кампании, когда нужно, чтобы кто-то другой принял огонь на себя, оправдывая позорище спецкомиссии по разрешениям на въезд и выезд и закрытие аэропорта.

Будьте спокойны, он уже послал их всех на положенное им место – на кухню.

Ури Мисгав, «ХаАрец». Р.Р. Фото: Томер Аппельбаум˜