Не только из подразделения 8200 можно идти в хайтек!

Незадолго до того, как меня призвали в парашютно-десантные войска, мои родители встретились со своими старыми друзьями. «Ваш сын может быть мобилизован в спецназ, а наш пойдет в технологическое подразделение», – сказали они тоном, не допускающим иного толкования, кроме как: «ваш сын впустую потратит три года». Для них не имело значения, что в эти дни шла операция «Защитная стена», а Израиль захлестнула волна террора.


С тех пор минуло 20 лет, а пропасть между этими двумя полюсами лишь углубилась. Расцвет хайтека увеличил в геометрической прогрессии ту выгоду, которую получают военнослужащие из кибер-подразделений после демобилизации. В то время как демобилизованные из боевых частей могут рассчитывать на работу в сельском хозяйстве, на заправках или в гостиницах, их сослуживцев из разведподразделений буквально рвут на части, «крадут» для работы в хайтеке, и они наслаждаются накопленным в армии опытом, аурой, которая окружает их и которую им обеспечила система распределения ЦАХАЛа, а также нужными многочисленными связями, которые дорогого стоят.

Разумеется, это вовсе не значит, что от них не было никакой пользы стране, но служба в боевых частях куда опасней – однако, увы, это не та почва, которая впоследствии обильно плодоносит.

На прошлой неделе в университете Бар-Илан состоялась конференция, целью которой было помочь военнослужащим, демобилизовавшимся из боевых частей, интегрироваться в отрасль высоких технологий. Также на прошлой неделе начальник генерального штаба армии Авив Кохави выступал с напутственной речью перед выпускниками летных курсов. Он сослался на рекламный щит, вывешенный рядом с военной базой Глилот, где располагаются различные разведподраздения; надпись на щите гласила: «Лучшие в кибербезопасности».

«Лучшие – это, прежде всего, бойцы, чья доблесть измеряется их готовностью внести свой вклад в защиту страны, и рисковать своей жизнью ради других людей», – сказал Кохави в своей речи, проигнорировав тот факт, что особая аура, окружающая технологические подразделения, создана самим же ЦАХАЛом.

Далее начальник генштаба отметил, что, безусловно, все, что связано с киберпространством, таит в себе огромный потенциал, и, вероятно, сулит большие деньги, а «люди, которые идут в хайтек, разумеется, талантливы. Но лучшие – это ценность, проверенная временем, непоколебимая, как утес, на который не влияют веяния моды, тенденций и социальных перемен. Не стоит отнимать у нас это понятие – «лучшие». Не следует размывать его, не стоит адаптировать под инновационные процессы, не заставляйте его приспосабливаться к так называемому духу времени. Лучшие — это те, кто что-то делает для кого-то. Нечто хорошее, важное и ценное, не спрашивая, что он из этого выгадает».

Оба указанных события обозначили необходимость изменить определенные ценностные представления в израильском обществе. И первыми брошенную перчатку подняли организации ветеранов ЦАХАЛа, боевых и технологических подразделений, а также различные НКО, объединяющие в своих рядах бывших воинов. Ассоциация, которая привела на конференцию наибольшее количество демобилизованных, состоит в основном из ветеранов 890-го десантного батальона.

От Суэцкого канала к Exit Strategy

2500 бывших военнослужащих из боевых частей зарегистрировались за короткое время для участия на конференции Hey!Tech в Бар-Илане. Однако из-за нехватки мест одобрили приезд лишь трети из них, особенно тех, кто имеет степень бакалавра в сфере технологий.

В духе мероприятий хай-тека, участникам на входе выдали специальные папки; компании, задействованные в конференции, одарили собственной фирменной техникой; провели несколько розыгрышей устройств PlayStation и Mac – чтобы гости почувствовали себя частью праздника. Организаторы привлекли к работе конференции Microsoft, Mobileye, JProg и Cisco, Deep Instinct и Autodesk Gaming Moon Active, оборонные компании Rafael и IAI, инвестиционный фонд Stage One и многие другие, а также провели ярмарку вакансий.

К отделам кадров, которые, в основном, состоят из женщин, в некоторых компаниях присоединились и мужчины, служившие в прошлом в боевых частях – чтобы объяснить тем, кто пришел на конференцию, что им никто не перекрывает дорогу. Собравшиеся получили консультации по найму или по привлечению денег для стартапов, услышали вдохновляющие истории от тех, кто также служил в боевых частях, а затем решил попробовать себя в индустрии высоких технологий.

Когда на конференции выступал начальник генштаба, в зале яблоку негде было упасть. И это понятно, поскольку Кохави – один из них. Он также начинал службу в уже упоминавшемся батальоне 890 и прекрасно понимает, как раскрыть во всех подробностях ощущение от выполняемой десантниками миссии («папа с дочкой, которые идут в кино или отправляются на занятия кружка, могут делать это благодаря вам, воины ЦАХАЛа»). Однако в отношении к технологическим подразделениям и ауре, их окружающей, Кохави старался проявить некоторую сдержанность – возможно, из-за того, что предыдущее его выступление было раскритиковано.

С трибуны Кохави, то и дело, выражал признательность тем, кто отслужил в армии: «Нет ничего важнее этого, никакой другой ценности – ни денег, ни статуса, ни звезд культуры и искусства, чья слава сиюминутна. Я ничего не имею против всего того, что мною перечислено – до тех пор, пока солдаты были и остаются фаворитами израильского общества».

Кохави может и должен способствовать улучшению условий, связанных с прохождением воинской службы – к примеру, поднять планку заработной платы военнослужащих, позаботиться об оптимальных условиях их обучения, чтобы время их службы было заполнено повышением их профессионального уровня. Бойцам надо дать понять, что они – отнюдь не пасынки, а «любимые дети» ЦАХАЛа, и что никто не игнорирует тот факт, что они рискуют своими жизнями, и что после демобилизации их ждут еще и долгие годы резервистской службы.

Но проблема, стоящая перед Кохави в частности и перед Армией обороны Израиля в целом, связана не с расцветом индустрии хайтека, а с изменением ценностей, доминирующих в израильском обществе. Общественная атмосфера характеризуется упадком интереса к общему благу – сегодня освещен индивидуализм.

Когда-то героями были бойцы, сражавшиеся в Старом городе Иерусалима и в районе Суэцкого канала, а сегодня герои – это те, кто успешнее всего реализует exit strategy (продажу стартапов). Это более разумно и не столь отдает милитаризмом, но в стране, где по-прежнему воинский призыв обязателен (почти) для всех, существует некий диссонанс между службой в боевых частях и личной выгодой, которого нет в технологических подразделениях.

Одним индивидуализмом нельзя объяснить тот факт, что все меньше и меньше молодых людей изъявляют желание служить в боевых частях. У некоторых сложилось впечатление, что экзистенциальная опасность для государства Израиль миновала.

Вы не состоите в клубе? Создайте свой!

На конференции говорили о навыках, которыми обладают военнослужащие, демобилизованные из боевых частей. Снова и снова выступавшие делали особый акцент на способность бывших воинов справляться с трудностями, неопределенностью и стрессовыми ситуациями, отмечали их психологическую устойчивость и умение работать в команде – как явное преимущество для любого работодателя, который готов их взять к себе.

«Помню, как в армии я вышел на контрольный марш-бросок перед получением берета – на 150-километровую «прогулку» в полной амуниции, вес которой составлял 60% от веса моего дела. И я спросил самого себя: ну, и как мне это удастся? Мы сталкивались со многими стрессовыми ситуациями в армии, и это помогает и сейчас, на этих «американских горках» предпринимательства», – пояснил Том Ливне, генеральный директор Verbit, компании-единорога, которая разрабатывает технологию транскрипции текста.

Но мой знакомый, проходивший службу в бригада НАХАЛЬ, считает иначе: «Они придают этому слишком большое значение. К примеру, я не гожусь для того, чтобы быть предпринимателем, несмотря на путь, который выбрал».

Даже если у служивших в боевых частях есть определенные преимущества, признают ли их ценность работодатели? Если бы они хотели заполучить тех, кто демобилизовался из боевых частей, то давно бы это сделали, ничто им не мешало. Лучшим стимулом в этом вопросе следует назвать позитивный пиар, чего, собственно, и добилась конференция. Компании, которых рекламировали на означенном форуме и которых не рекламировали, возможно, преуспели бы с наймом столь необходимой рабочей силы, если бы заглядывали в предоставляемых резюме дальше цифровых обозначений 8200/81 (категории разведподразделений – прим. «Детали»), и тогда бы поняли, что не слишком правильно определяют для себя порядок приоритетов.

Когда мы говорим о разнообразии рабочей силы, то это предполагает и очевидную попытку сформировать ментальное разнообразие внутри команды. Строить группу на базе 10-20 человек, которые прошли соответствующую подготовку на одних и тех же армейских курсах определенной направленности не совсем верно.

Давайте признаем: нет реальной возможности преодолеть разрыв между «боевым вектором» армейской службы и «технологическим вектором». В индустрии хайтека у экс-спецназовцев отправная точка, к примеру, будет иной, чем у экс-спецов из разведки, даже если последние предоставят первым несколько месяцев технологической подготовки.

И все же кое-что можно сделать, чтобы помочь молодым людям, отслужившим в боевых частях, найти работу в отрасли. В первую очередь им следует предоставить возможность интеграции, помочь создавать связи. Они, возможно, будут находиться вне давно функционирующего и «закрытого клуба», где членство обеспечивается службой в технологических частях, но есть и те, кто занят созданием других клубов, и наглядный пример тому – клубы на базе организаций, объединивших бойцов спецназа и 890 батальона.

А компании, со своей стороны, должны идти на контакт и сотрудничество, и конференция — это первый шаг на правильном пути.

Омри Захарович, TheMarker. М.К. Фото: пресс-служба ЦАХАЛа⊥