Насколько надежна «укрепленная комната»?

5-летнего Идо убило в Сдероте осколками ракеты, которая пробила «комнату безопасности» (МАМАД) в его доме 12 мая. В тот момент там находилась вся семья. Эта трагедия заставляет задуматься над качеством домашних бомбоубежищ: способны ли они отразить удары ракет нового типа, которые сейчас применяют палестинские террористы?

Такие комнаты стали строить во всех квартирах Израиля после войны в Персидском заливе, однако похоже, что они не обеспечивают 100-процентной защиты. По предварительным данным, в Сдероте осколок пробил металлическую ставню окна в этой комнате.

«Такая вероятность существует всегда. Особенно стоит учесть, что такие комнаты не планировались под типы ракет, которые используются сейчас. Изначально их рассчитывали на то, чтобы остановить «скад»…», — объяснил  инженер-строитель Исраэль Давид, заместитель председателя Союза инженеров Израиля.

Когда в 1991 году Ирак нанес по Израилю удар 37 баллистическими ракетами, погиб только один человек – в результате прямого попадания в его дом. «Укрепленная комната в любом случае не предполагает защиты от прямого попадания, такое случалось редко, они призваны были в первую очередь защитить мирное население от осколков, — говорит Давид. – То есть даже тогда решение было неполным, но компромиссным, подходящим для текущего момента. Когда речь идет о большем количестве ракет, пусть даже они и легче, но летящих по другим траекториям и падающим под другим углом – это уже совсем другое…»

Теоретически, можно сделать металлические ставни на окнах в таких комнатах более толстыми, а Служба тыла может оценить стоимость такой реконструции. Но и она, по мнению инженера, не гарантирует абсолютно полной защиты. Он напоминает: «В первые годы своего существования государство инвестировало огромные средства в создание бомбоубежищ, призванных защищать от бомбардировок с воздуха. Но они не понадобились, потому что тип угроз изменился. То же происходит и сейчас. Итоговое решение – хотим ли мы жить в государстве-бункере, или попробовать в целом изменить ситуацию к лучшему?».

Адар Хореш, TheMarker. Фото: Элиягу Гершкович