Фото: Omar Sanadiki, Reuters

Накануне бойни в Идлибе: дипломаты могут опоздать

Около двух с половиной миллионов сирийцев, в том числе один миллион беженцев, с опасением ожидают крупного наступления сирийской армии на город Идлиб и его пригороды. Организация Объединенных Наций предупредила, что в результате наступления, беженцами могут стать еще как минимум 800 тысяч человек.

США совместно с Россией пытаются предотвратить наступление. Американцы ведут разговоры с мятежными группировками, контролирующими Идлиб, но пока без особого успеха. Россия через своих турецких партнеров также ведет переговоры с лидерами вооруженных ополченцев.

Идлиб считается последним крупным бастионом повстанцев. Переговоры о прекращении огня на юге Сирии, в Алеппо, Хаме и других городах позволили боевикам перебраться в Идлиб, сохранив при этом оружие. В течение восьми лет повстанцы мигрировали в Идлиб, и сегодня каждый район города контролируется одной из вооруженных группировок.

Часть ополченцев согласилась на переговоры с Россией, а некоторых даже пригласили интегрироваться в сирийскую армию. Например, в переговоры вступил фронт «Нусра» (многие считают его связанным с «Аль-Каедой»). Вместе с тем, ряд повстанческих группировок категорически отказывается от каких бы то ни было переговоров.

Если среди повстанцев не окажется консенсуса, то вооруженое наступление на город станет неизбежным. Это будет последнее крупное наступление этой войны, после чего акцент сместится на дипломатию.

Однако времени на дипломатические переговоры остается не так много. В начале сентября планируется провести встречу российских, иранских и турецких официальных лиц с представителями повстанцев и сирийского правительства. А 14 сентября немецкие, французские, британские, саудовские, иорданские, египетские и американские дипломаты встретятся в Женеве под эгидой ООН для обсуждения будущей конституции Сирии.

От последней встречи трудно ожидать сколько-нибудь ощутимых результатов, поскольку на ней не будут присутствовать представители действующего сирийского правительства, а также России и сирийских повстанцев. Скорее, эта встреча призвана продемонстрировать вовлеченность международного сообщества в сирийскую проблему.

Ключевой вопрос: состоится ли наступление на Идлиб до начала этих встреч? Судя по всему, президент Сирии Башар Асад ждать не собирается. Его силы наступают на Идлиб. На этой неделе в Дамаск прибыл иранский министр обороны Амир Хатами. Судя по всему, в его задачи входит координирование наступательной операции.

Израиль, а также страны Запада расстроены подписанным соглашением о том, что Иран будет восстанавливать армию Сирии. Однако, по словам военного атташе Ирана в Дамаске Абулькасема Алинеджада, на первом этапе это будет означать лишь расчистку минных полей и предложение по строительству военных заводов в Сирии.

Хатами – первый из иранских министров обороны за последние 20 лет, который не является выходцем из рядов КСИР (Корпуса Стражей Исламской Революции). Он был назначен лично президентом страны Хасаном Рухани из-за ожесточеного спора с КСИР по поводу контроля над экономическими ресурсами страны. КСИР контролирует более половины иранской экономики, и Рухани считает, что это наносит большой экономический ущерб.

Бывший министр обороны Ирана Хоссейн Дегхан был уволен  именно из-за своей показательной лояльности к КСИР. Сейчас Дегхан является советником иранского духовного лидера аятоллы Хаменеи по военному производству, и даже собирается баллотироваться на президентских выборах 2021 года.

Нельзя сказать, что Хатами согласен с Рухани по всем вопросам. Но, по крайней мере, он координирует с президентом свои военные планы.

Заявление Хатами по поводу восстановления сирийской армии следует воспринимать скептически. В настоящее время Иран переживает глубокий экономический кризис. Восстановление сирийской армии обойдется в десятки миллионов долларов, которые попросто неоткуда взять. К тому же Сирия уже задолжала Ирану 6 миллиардов по военным займам. Пока военное присутствие в Сирии и Йемене обошлось Ирану в 16 миллиардов долларов.

Опасения, что иранские солдаты сольются с сирийской армией, также кажутся сомнительными. Кто будет командовать этими подразделениями, в которых часть солдат даже не говорит по-арабски? Согласится ли военое командование Сирии создать отдельные иранские подразделения, которые будут выполнять приказы иранских командиров?

Шиитские ополченцы в Ираке, которые финансируются и обучаются Ираном, также не могут использоваться в Сирии. У себя в Ираке они являются гражданами страны, в Сирии же они будут иностранными наемниками. 

Кроме того, Россия предложила интегрировать любых повстанцев, которые согласятся служить в сирийской армии. Повстанцы-сунниты вряд ли согласятся служить с иранскими шиитскими подразделениями под одним флагом.

Таким образом, заявление Хатами скорее декларативно – оно направлено главным образом на выражение решимости Ирана остаться в Сирии и бороться за статус влиятельной региональной державы. Но на этом поле Иран сталкивается с противодействием России с одной стороны, и с противодействием Израиля и США – с другой.

Советник США по национальной безопасности Джон Болтон недавно заявил, что Россия предложила иранским войскам передислоцироваться, если США выведут свои войска из Сирии. Болтон также сообщил, что его российский коллега попросил карту линий, на которых Америка готова оставить иранские войска. Таким образом, Иран хотя и не покинет Сирию полностью, однако будет ограничен определенными районами.

Однако Болтон отверг это предложение, заявив, что США настаивают на полном выводе иранских войск с территории Сирии.

Российские официальные лица также обвинили США в том, будто в районе контролируемого американцами пограничного перехода Тафт укрываются тысячи боевиков «Исламского государства». 

На данный момент можно предположить, что Москва использует Иран в переговорах с Вашингтоном в качестве разменной монеты. Иран не может отказаться от сотрудничества с Россией – ведь эта одна из немногих стран, не поддерживающая американские санкции против Тегерана.

Иран уже проиграл конкурентную борьбу с Россией в области гражданской экономики Сирии. Правда, год назад Иран подписал с Сирией договор о партнерстве в разработке фосфатов, но этот меморандум остался только на бумаге. Он не реализуется, посколько Сирия предпочла бы партнерство с Россией и Китаем. 

Россия уже получила исключительные права на ремонт и разработку сирийских нефтяных месторождений, строительство нефтяных заводов и обучение сирийских рабочих. Она также возьмет на себя ведущую роль в восстановлении Сирии (объемы работ оцениваются в сотни миллиардов долларов).

В отличие от Ирана, Россия сможет наладить партнерские отношения с западными и азиатскими компаниями, которые смогут обеспечить экспорт сирийской нефти после восстановления ее добычи. У Ирана с этим могут возникнуть большие проблемы, пока остаются в силе американские санкции.

Но все эти международные соображения мало волнуют життелей Идлиба, которые живут в условиях террора со стороны местных ополченцев и страхе перед неизбежным грядущим наступлением.

Турция, создавшая несколько форпостов в Идлибе для выполнения своих обязательств по надзору за снижением напряженности, не может обеспечить защиту местным жителям. Нет и других международных сил, которые могли бы предотвратить ожидаемую бойню. Таким образом для многих местных жителей ожидаемое дипломатическое решение может прийти слишком поздно.

Цви Барэль, ХаАрец. А.Р. На фото: разрушения в Сирии. Фото: Omar Sanadiki, Reuters

Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend