Среда 14.04.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    transplan-55555dank062970-dan-keydar

    На границе между жизнью и смертью

    Тамар Ашкенази уже 23 года руководит Национальным центром трансплантологии, и в том числе -  программой добровольного донорства «Ади». Сама она - дипломированная медсестра, дочь основателей кибуца Бейт ха-Шита. Во время Войны за независимость погибло 11 солдат из этого кибуца, и тогда Тамар вместе со своими товарищами из выпускного класса заменила призывников на работе.

    «Самыми тяжелыми были смены на коммутаторе, - рассказывает Тамар, - мы первыми узнавали о погибших, еще до того как их родители получали официальное сообщение».

    Тамар Ашкенази. Фотография из личного архива

    Она защитила докторскую диссертацию по теме «Адаптация к тяжелой утрате и скорби». Спустя много лет она вспоминает, как не дала своим родителям погрузиться в пучину горя: «Идет война, мы должны работать», - говорила она им. На нынешней работе Тамар создала группы поддержки для семей, которые пожертвовали органы своих скончавшихся близких для пересадки. Задача таких групп - дать людям возможность жить в мире с собой, несмотря на горе, делиться переживаниями и поддерживать друг друга.

    По окончании учебы работала в больнице «а-Шарон» и там познакомилась с Ади Бен-Дрором, который уже тогда проходил диализ. Но Эхуд (Ади) Бен Дрор умер 42 года назад после пересадки почки, которая не прижилась. Его родители основали в память о нем ассоциацию «Ади» - карту донора органов, которая является своего рода завещанием, выражением желания человека пожертвовать свои органы после смерти. Главная задача ассоциации - увеличение числа людей, оформивших эту карту.

    Она согласилась на свидание с ним, и он стал любовью всей ее жизни: «Это был веселый и полный жизни парень, он никогда не жаловался, не выглядел несчастным. И он был сногсшибательным красавцем. Внешне и внутренне». Ади умер у Тамар на руках, после она так никогда и не вышла замуж. Но у неё двое детей: 21-летняя дочь и сын-солдат, которых она усыновила в младенческом возрасте в России.

    - Тамар, как вы думаете, это из-за Ади вы сегодня руководите Национальным центром трансплантологии?

    - Все в жизни можно связать. Но я думаю, что это своего рода совпадение. Хотя я была свидетелем создания ассоциации родителями Ади и даже помогала и работала там. Но с тех пор я прошла долгий путь, постепенно продвигаясь по карьерной лестнице. После трех лет работы в качестве заведующей отделением больницы я начала заниматься маркетингово-медицинскими проектами, получила степень магистра по управлению бизнесом в Тель-Авивском университете, руководила отделением диализа в компании «Тева». Однажды я случайно, по рабочим делам посетила больницу РАМБАМ и увидела там объявление о вакантной должности координатора по трансплантациям. После первого собеседования в РАМБАМ меня пригласили на собеседование с гендиректором Минздрава, и я получила эту должность. Это было в конце 1997 года, с тех пор я возглавляю Национальный центр трансплантологии. Можно сказать, что судьба привела меня на эту должность, а можно думать, что это простая случайность… Оставим это психологам.

    - Слышали ли вы про Международный женский день? Этот праздник очень широко отмечается в бывшем СССР...

    - Это первый праздник, который я отмечала со своими русскоязычными друзьями. Он стал для меня очень значимым и очень печальным. Дело в том, что 6 марта 2002 года я приехала со своей старшей дочерью в Санкт-Петербургский суд, чтобы утвердить вопрос об усыновлении ребенка, которому тогда было 8 месяцев. Я должна была вернуться в Израиль уже с ним, была сильно взволнована и напряжена. К моему удивлению, суд закончился очень быстро! Судья отказалась признать усыновление, поскольку, по ее словам, она «не хотела отправлять гражданина России умирать в Израиль» (это был период страшных терактов в Израиле, перед операцией «Защитная стена»).

    После судебного заседания мы с нашим посредником, который все переводил, вышли на улицу, и он сказал: «Теперь я понимаю, почему вчера вечером мне позвонил кто-то из работников суда и сказал не приносить цветы судье». Оказывается, в Женский день принято дарить судьям-женщинам цветы! Потом, бродя по улицам Петербурга, я поняла, какое значение и размах имеет этот праздник в России: все цветет, украшения на каждом углу, везде радость, это напоминает Рождество или День святого Валентина в Европе. А я ходила по городу со слезами на глазах и так «праздновала» свой первый Женский день. С того момента и до сих пор я отмечаю Женский день, не праздную, но отмечаю.

    - Область вашей деятельности непроста с психологической точки зрения - ежедневно приходится разговаривать с людьми, потерявшими близких, или находиться рядом с ними. Это, безусловно, непросто. Что придает вам силы?

    - Я занимаю свою должность 23 года. И до сих пор каждый день приносит что-то новое, он наполнен деятельностью, логистикой, драмами, решениями, людьми, историями, больницами, комиссиями по разрешениям для живых доноров... Покоя нет. Каждая семья, которая жертвует органы - это целый мир. Я не могу сказать, что это для меня трудно. Напротив, эти семьи дают мне силу, благородство их душ вызывает восхищение.

    Я веду группы поддержки для семей доноров. Некоторые из них я сопровождаю уже много лет. И я вижу их силу, их способность справляться с ситуацией, поддерживать, помогать другим. Все это наполняет меня очень мощной энергией. А работа в комиссиях по утверждению трансплантаций от живых доноров меня, к тому же, очень развивает, я многому научилась в области психологии, социологии и других.

    Я написала книгу «Но на следующий день» - о группах поддержки, о расставании, памяти и жизни. В группах поддержки разрешено все: обмен опытом, слезы, улыбки и даже освобождающий смех. Это одна из их задач. Обычно по прошествии двух или трех лет у близких и друзей уже нет достаточно терпения, чтобы постоянно выслушивать рассказы скорбящих о своей утрате. А в наших группах можно и важно говорить о них. У нас был давний член группы, который не пропустил ни одной встречи. Недавно он скончался. Так он любил говорить, что донорство - это как мазь от боли. Группы поддержки - это для меня святое. Все знают, что в это время меня ни для кого нет. Я откладываю телефон в сторону.

    В Национальном центре трансплантологии есть отдельная сфера - живые доноры. И я разрабатываю международные проекты по трансплантации почек по цепочке в случаях, когда нет совпадения между пациентом и его родственником, который хочет пожертвовать почку. Мы создаем цепочки доноров как из Израиля, так и из-за рубежа, в которые также входят доноры-альтруисты, чтобы позволить как можно большему количеству людей получить почку.

    - Какое из принятых вами решений, принятых на работе, было самым трудным?

    - Для меня самое сложное — объявить семье, которая согласилась пожертвовать органы, что они не годятся и не могут быть пересажены. Я чувствую их разочарование. И мне от этого очень некомфортно. Я чувствую, что они отдали все, а я не могу ничего сделать в ответ. Мне от этого очень больно.

    - Считаете ли вы, что мужчины более рациональны и могут принимать решения быстрее и лучше женщин, не задействуя эмоции? Видите ли вы это в своей работе? Или вы не согласны с такой позицией?

    - Я думаю, что разница между мужчинами и женщинами - в стиле их управления. Женщины будут изощреннее добиваться достижения своей цели. Они не шумят и не кричат: “Я начальник, я сказала!”. Они стараются добиться согласия посредством вежливого диалога и убеждения.

    Большинство женщин выполняют работу параллельно, а не последовательно – одно действие за другим. Мультизадачность. Как, например, дома, с детьми - уборка, стирка, кружки и т.п.

    Я думаю, что мужчины более сконцентрированы, меньше склонны советоваться (если они не обязаны). Поэтому они больше подходят для иерархически организованных постов. Мужской метод управления - это спор. Хотя сегодня мужчины проявляют намного больше чувств, чем раньше. Моя должность, например, горизонтального типа, это сложная национальная система. На практическом уровне я больше делегирую полномочия, обращаюсь с просьбами, а не раздаю указания. Мне важно добиться успешного взаимодействия многих факторов. Система здравоохранения очень иерархическая (построена сверху вниз), и поэтому управление на более горизонтальном уровне является сложной задачей, ведь для достижения таких целей, как разработка новых планов и продвижение проектов, необходимо преодолевать иерархические ограничения

    - Что вы пожелаете нашим читательницам в предверии 8 марта?

    - Желаю каждой найти свое место. Будь то на работе, в семье или где-то еще. Очень важно проявлять интерес к жизни, к чему-то, что дает вам удовлетворение, смысл и понимание важности ваших поступков. Это одна из вещей, которые движут мной.


    «С 8 марта!» – специальный проект «Деталей»: цикл интервью, приуроченных к международному женскому дню 8 марта˜. Фото: Дан Кинар

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend