Можно ли предотвратить военный конфликт с Ираном?

Недавно США начали переговоры с Ираном с целью достижения соглашения, которое ограничит его ядерную программу. В связи с этим полезно рассмотреть, какой минимальный уровень требований к соглашению необходим для эффективного сдерживания ядерных амбиций Исламской Республики, и какие варианты есть у США и Израиля в случае, если такое соглашение недостижимо.

Эти вопросы рассматривает в своей статье Дэвид М. Вайнберг, координатор-основатель Глобального форума по борьбе с антисемитизмом в министерстве главы правительства и бывший советник вице-премьера Натана Щаранского, бывший старший сотрудник Центра BSA и Института JISS. На протяжении трех десятилетий Вайнберг вел колонку по оборонным и политическим вопросам в Jerusalem Post и писал во многих еврейских газетах по всему миру.

Между контролем над вооружениями и ядерным разоружением

Ключом к достижению «хорошей сделки» с Ираном является понимание различия между контролем над вооружениями и ядерным разоружением. В 2015 году Обама согласился на контроль над вооружениями и ограничил иранскую ядерную программу, но оставил ее нетронутой, легитимной и готовой к ускорению после истечения срока временных ограничений. И он разблокировал десятки миллиардов долларов замороженных средств для финансирования военных программ Ирана. Обама имел низкую цель и в конечном итоге проложил путь Ирана к «пороговому государству».

С другой стороны, Южная Африка инициировала ядерное разоружение в 1990 году, как и Ливия после американского вторжения в Ирак в 2003 году. Этот путь не оставляет никакой инфраструктуры для обогащения и производства оружия, которая могла бы позволить режиму изменить свое решение.

Именно это премьер-министр Биньямин Нетаниягу сказал Трампу неделю назад: Ливия — это образец. Советник по национальной безопасности Майк Уолтц подробно рассказал, что Иран должен «отдать и отказаться» от всех компонентов своей ядерной программы, включая ракеты, разработку оружия и обогащение урана.

«Короче говоря, по словам Трампа: «Проверять, инспектировать, или взорвать и просто убедится, что больше нет ядерных объектов». На прошлой неделе он заявил, что стремится к соглашению, «которое было бы столь же хорошим, как военная победа».

Что такое полное разоружение?

Три эксперта из Фонда защиты демократий (FDD) в Вашингтоне на этой неделе подробно рассказали о том, что такое победа и что должен включать в себя полный демонтаж. Это означает «полный, постоянный и поддающийся проверке демонтаж, вывоз или уничтожение на месте» иранских активов по производству урана и плутония, проверки «в любое время и в любом месте», и прекращение исследований и разработок ядерного оружия.

Это также означает уничтожение иранских запасов баллистических ракет, крылатых ракет и беспилотников; прекращение незаконного импорта и экспорта ядерной и ракетной продукции Ираном и, в частности, расторжение его соглашений с Россией, Китаем и Северной Кореей о ядерной, ракетной и оружейной программах. И конец многолетней поддержке Тегераном ХАМАС, «Хизбаллы», хуситов и других прокси-сил.

Все это потребует особенно тщательного мониторинга со стороны США или Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) банковских счетов Ирана, урановых рудников, заводов, предприятий по переработке руды, военных и ракетных баз, портов и аэропортов, а также полного уничтожения подземных объектов Ирана для ядерной деятельности и хранения оружия.

Вероятность согласия: ноль

По мнению Вайнберга, вероятность того, что иранский лидер аятолла Хаменеи согласится на что-то хотя бы отдаленно напоминающее такой демонтаж иранской мощи, такую ​​кастрацию иранского суверенитета и превосходства, равна нулю.

Он пишет, что более вероятно, что юридическая советница Гали Бахарав-Миара и директор Службы общей безопасности Ронен Бар проголосуют за Нетаниягу на следующих выборах в Израиле, чем то, что Али Хусейни Хаменеи встанет на колени перед Трампом и согласится положить конец Исламской революции.

Тегеран за четыре десятилетия вложил сотни миллиардов долларов в развитие своей военной мощи и продвижение плана регионального доминирования, что сопровождалось огромными страданиями («жертвоприношением») иранского народа ради этой цели. Все это основано на глубокой идеологически-религиозной вере, на мрачном апокалиптическом видении, которое включает в себя уничтожение Израиля и Запада, полное уничтожение враждебной цивилизации.

Поэтому гораздо более вероятно, что Иран сделает то, что у него получается лучше всего: даст отпор, предложит обратимые уступки и дезориентирует американцев. Предыдущие американские администрации даже вознаграждали Иран смягчением санкций, просто чтобы Иран был готов сесть за стол переговоров. Как отмечает директор FDD Марк Дубовиц, Иран — мастер втягивать американских президентов в бесполезные действия.

Разница — для Трампа, Нетаниягу и Запада — в том, что на этот раз времени нет. Ирану осталось всего несколько минут или месяцев до создания своей первой ядерной бомбы.

Согласно двухгодичному отчету, опубликованному во вторник международными организациями по контролю за ядерной энергетикой — МАГАТЭ и Агентством по ядерной энергии OECD (NEA), запасы урана в Иране намного больше, чем предполагалось ранее. Ни одна страна в мире не обогащала уран до 60 процентов, как это сделал Иран, не создавая при этом ядерного оружия, поэтому намерения Ирана ясны.

Три варианта перед Трампом

Эта ситуация оставляет администрации Трампа три варианта действий. Первый вариант — сдаться, подписать слабое, размытое и неопределенное соглашение с Ираном, которое якобы ограничит ядерную мощь Ирана, при этом заявляя, что это «огромная» победа Вашингтона.

Возникает вопрос, кто победит: эго Трампа или упрямство Хаменеи? Мне бы хотелось верить, пишет Вайнберг, что Трамп не попадет в эту яму, но, учитывая его непредсказуемый характер, его восприятие себя как величайшего мирового переговорщика и его часто выражаемое желание прослыть миротворцем во всем мире, этого нельзя исключать. Израиль должен сделать все возможное, чтобы предотвратить поражение Америки.

Второй вариант Трампа — бомбить Иран по полной программе — не только его военные и нефтяные объекты, но и центры власти режима. Это стало бы попыткой устранить военную угрозу со стороны Ирана на десятилетия, лишить Иран экономической возможности быстро восстановить свои вооруженные силы, а также устранить нынешнее руководство и дало бы надежду на смену режима.

Вероятный сценарий: Израиль начинает

Третий вариант Трампа — позволить Израилю выполнить работу или, по крайней мере, начать уничтожение ядерных объектов и ракетных баз Ирана, при этом Вашингтон присоединяется, предприняв дополнительные наступательные и оборонительные действия для поддержки Израиля. Все это продемонстрирует Тегерану, что его гегемонистским притязаниям пришел конец.

Если и когда Иран окажется настолько глупым, что воплотит в жизнь свои угрозы и нанесет ответный удар по Израилю или американским силам и объектам в Персидском заливе, а также американским союзникам в регионе, у Трампа не останется иного выбора, кроме как направить военную мощь Америки против Ирана.

При таком развитии событий злые языки наверняка обвинят Израиль в «втягивании» США в войну, и это правда. Если Иран не сдастся США в ядерной сфере, выбора не будет. Вайнберг считает, что это наиболее ответственный и вероятный сценарий.

В конце концов, за последний год Иран дважды атаковал Израиль баллистическими ракетами, и Иран также несет серьезную ответственность за атаку Израиля со стороны ХАМАСа в 2023 году, поддержанную «Хизбаллой» и хуситами. Израиль на собственном горьком опыте усвоил, что необходимо серьезно относиться к новым угрозам геноцида со стороны Ирана.

«Детали», по материалам сайта института «Мисгав», И.Н. AP Photo/Ebrahim Noroozi