Главный » В Мире » Ближний Восток » Могут ли США выиграть неконвенциональную войну с Ираном?
Фото: Thaier Al Sudani, Reuters

Могут ли США выиграть неконвенциональную войну с Ираном?

Если предположить, что противостояние между США и Ираном перерастет в открытый военный конфликт, будучи спровоцированным устранением Касема Сулеймани и нарастанием напряженности в отношениях между двумя странами, то совокупность методов, людских ресурсов и военной техники, доступной каждой стороне, будет разительно отличаться. Не менее существенной будет и тактика, к которой могут прибегнуть как американцы, так и иранцы, чтобы доминировать в случае прямого столкновения.

Безусловно, США превосходят Иран по оснащенности вооружением, но Иран – мастер неконвенциональной войны. Кто же выиграет в столь «ассиметричном состязании»?

Американцы хотели бы, конечно, рассчитывать на обычное подавляющее военное преимущество. По словам президента Дональда Трампа: «Соединенные Штаты только что потратили два триллиона долларов на военную технику. Мы крупнейшие и, безусловно, ЛУЧШИЕ в мире! Если Иран нападет на американскую базу или любого американца, мы отправим часть этого совершенно нового, прекрасного оборудования в их сторону... и без колебаний, не задумываясь!»

Современная история Ирана и современная геополитика преподали ему один понятный и ясный урок: он не в состоянии выиграть конвенциональную войну.

Ирано-иракский конфликт стал одним из формирующих событий для новорожденной Исламской Республики Иран. В какой-то степени это был один из самых затяжных конфликтов XX века с использованием традиционной тактики, напоминающий чем-то Первую мировую войну, и к моменту прекращения огня в 1988 году это противостояние оказалось безрезультатным: ни одна из из сторон не достигла реального стратегического преимущества за восемь лет ожесточенных боев.

Иракские войска не покорили Хузестан (богатую нефтью, этнически арабскую южно-иранскую провинцию, в которую Багдад вторгся в 1980 году, спровоцировав войну), и не предприняли решительных действий по разгрому Ирана, несмотря на поддержку значительной части международного сообщества. Ирак также фактически обанкротился, что привело к плохо обоснованному решению о его вторжении в Кувейт (и попытке присвоить нефтяные месторождения) в 1990 году. Тем не менее, во время конфликта вопрос о выживании режима Ирака ни разу не подвергался сомнению.

В противовес этому современный иранский подход изображает ирано-иракскую войну, как экзистенциальную борьбу - и это безусловно заслуживающий доверия аргумент. В 1980 году Исламской Республике Иран едва исполнился год, она находилась в международной изоляции, будучи политически весьма неустойчивой. Агрессия против Ирака была своего рода тестом на выживаемость, который стоил огромных затрат.

Надо отметить, что тогда вооруженные силы Ирана были плохо подготовлены для участия в столь продолжительной кампании, ставящей целью выживание режима. К тому же сразу после исламской революции ряды военных спецов заметно поредели после проведенной чистки, и Иран взял тактический курс на использование отрядов молодых бойцов при проведении самых опасных операций для расчистки минных полей и захвата оборонительных иракских позиций.

Огромное число жертв, понесенных как армией, так и населением Ирана, было объяснено с точки зрения экзистенциально-духовной борьбы - «священной обороны», - сопровождаемой ореолом мученичества. Опыт войны с Ираком и, как следствие, неприятие такого фактора, как опора на стандартные военные операции, легли в основу нынешней оборонной доктрины Ирана, став ее козырем и проекцией силы.

Иран совершенствовал свое мастерство в этом направлении, сражаясь с Ираком, и уже тогда взяв под свое крыло ливанские шиитские группы мятежников, всячески им помогая.

Самой заметной из этих групп была и остается «Хизбалла», которую обучили и подготовили, и чьи возможности в значительной степени усилила координация с подразделением КСИРа – «Аль Кудс». Эта инициатива, невзирая на, казалось бы, незначительные масштабы, привела к невероятным результатам, что ощутили на себя наиболее остро американские, французские и израильские военные, дислоцированные в Ливане.

Патронаж Ирана над «Хизбаллой» в 80-х-90-х годах вынудил Израиль в одностороннем порядке вывести свои войска из Ливана. Более того, Иран превратил ХАМАС и «Исламский джихад» в главных противников Израиля и сформировал сеть  боевиков в Ираке, чья власть и влияние в настоящее время вытесняют законное правительство.

Иран зарекомендовал себя самым успешным образом в ассиметричных конфликтах в исламском мире: патронаж и обучение ХАМАСа и «Исламского джихада» против Израиля, йеменские хуситы против Саудовской Аравии и масса иракских шиитских боевиков против сил коалиции (и впоследствии ИГ) – все это сработало, когда речь шла о более сильном противнике.

Разумеется, успех иранских прокси интегрирован в крупномасштабные стратегические цели, которые Иран ставит перед собой: препятствование нормализации отношений Израиля с арабским миром в 90-х годах, вовлечение Саудовской Аравии в дорогостоящую кампанию по борьбе с повстанцами в Йемене и помехи усилиям Америки после вторжения в Ирак – в попытке национально-государственного строительства.

Иранский опыт стал также неотъемлемой частью выживания режима Башара Асада, столкнувшегося лицом к лицу с народным восстанием и широкомасштабной гражданской войной, когда мало кто верил, что режим не падет.

Другими словами, потерпев неудачу в конвенциональной войне, Иран добился колоссального успеха - как тактического, так и стратегического - в войне неконвенциональной. Однако у Ирана нет монополии в этом направлении - у американцев также накоплен значительный опыт ведения неконвенциональной войны, и в этом смысле подобную миссию берут на себя «зеленые береты» - знаменитый американский спецназ.

Эксперты считают, что Иран безусловно вряд ли решится в открытую вступить в конфронтацию с США – скорее, он прибегнет к тактике нетрадиционной войны, используя в Ираке силы своих прокси, чтобы американцы ушли из Ирака, тем самым ослабив свое влияние в регионе.

С другой стороны, любая поддерживаемая - и спонсируемая - Белым домом попытка смены режима в Тегеране или военная интервенция в Иран маловероятны.

Исламская республика может терять все больше силы из-за жестких санкций и мощных ударов по ее активам за рубежом, но режим медленно и упорно работал над тем, чтобы устранить американское влияние в том регионе, который Иран рассматривает, как свою естественную геополитическую сферу влияния. Во многих отношениях это уже победа.

Даниэль Леви, «ХаАрец», М.К. Фото: Reuters.jpg

 

Реклама

Анонс

Реклама

Партнёры

Загрузка…

Реклама

партнеры

Send this to a friend