Главный » История » Про молоко матери

Про молоко матери

Дипломатический скандал в израильско-польских отношениях по поводу польского антисемитизма не только не утих, но разгорается с каждым днем все больше, потому что каждое объяснение с обеих сторон влечет все новые возражения оппонентов. Надо думать, интервью польского премьер-министра Матеуша Моравецкого газете «ХаАрец» лишь подольет масла в огонь.

Высказывание врио министра иностранных дел Исраэля Каца о том, что «поляки впитывают антисемитизм с молоком матери» было опубликовано мировыми СМИ до того, как выяснилось, что, на самом деле, цитата принадлежит... израильскому премьеру Ицхаку Шамиру, который, будучи уроженцем Польши, знал, что говорил.

Начав ответную атаку, польские власти не учли одного историко-семантического нюанса: ни Нетаниягу, ни Кац не обвиняли в антисемитизме ни Польшу, ни польский народ. Оба сказали: поляки. Кто-то будет с этим спорить?

Спорить надо с другим. По словам польского премьера, «десятки тысяч поляков помогали евреям». Ложь! «Яд ва-Шем», действительно, признал самое большое число «праведников народов мира» (6 800) – из Польши. Но 6 800 – это не «десятки тысяч». При том, что благодарные евреи не дали остаться в безвестности ни одному из своих спасителей. Ни одному! Истина совсем в другом: если десятки тысяч поляков что и сделали во время войны, так это убили или выдали немцам не меньше двухсот тысяч евреев.

Не случайно именно в Польше были построены Освенцим, Треблинка и все основные лагеря смерти (которые никто и никогда не называл «польскими»): помимо удобных ж/д путей, немцы приняли в расчет отношение поляков к евреям. Речь идет не о коллаборационистах, а именно об отношении поляков к евреям. Во всей простоте этих слов. И без всяких обобщений.

По словам премьера Моравецкого, польское движение Сопротивления помогало евреям. Ложь! Руководители движения промолчали в ответ на мольбы бойцов горящего Варшавского гетто и не оказали им никакой помощи, в то время как по Варшаве загуляла шутка: «В гетто травят тараканов». Можно вспомнить и польское правительство в изгнании, которое, сидя в Лондоне, и пальцем не пошевелило, чтобы оповестить весь мир об истреблении польских евреев.

Наконец, польский премьер ни словом не упомянул послевоенные погромы, когда поляки (поляки, пан Моравецкий!) убивали евреев... как бы это сказать более политкорректно... по привычке, не переставая удивляться, что евреи пережили даже крематории и газовые камеры. Кельце – это название поляки предпочли бы забыть, но кровь убитых там евреев не дает это сделать.

До интервью с польским премьером на страницах «ХаАрец» появились два противоположных мнения израильских публицистов, продолжающих исторический спор евреев с поляками.

Цви Барэль: «Как известно, у поляков материнское молоко поступает с большой дозой антисемитизма. Это знал еще отец польской генетики Ицхак Шамир, передавший ее основы своему ученику Кацу. Поэтому совершенно непонятен гнев польского премьер-министра. Будучи по образованию физиком, экономистом и историком, он должен был бы знать кое-что о молоке матери-польки. Правда, две его тетки вышли замуж за евреев и прошли «гиюр» (одна даже пережила Катастрофу), поэтому мы забудем и простим ему параллель между поляками, которые сотрудничали с немцами, и евреями, которые делали то же самое.

(...) Счастье, что встреча «вышеградской четверки» была отменена и нам не пришлось снова говорить об этом раздражающем антисемитизме, который всякий раз снова мешает встречам Израиля с его лучшими друзьями или упоминанию о сотрудничестве с нацистами. Нужна немалая доля наглости со стороны государства, считающего свою армию самой моральной в мире, чтобы делать все для присоединения к элитарному подразделению польских, венгерских, чешских и словацких расистов.

Ну, хорошо, были поляки и венгры, которые сотрудничали с нацистами; были и есть поляки и венгры, которые остались антисемитами. Но зачем обобщать? Зачем быть расистами? Зачем обвинять эти народы и приписывать им природные антисемитские черты?»

Исраэль Харэль: «Все, кто требует от Исраэля Каца извинений, напоминают пристыженных (или перепуганных) евреев тех времен, которые мы считали давно минувшими. Ицхак Шамир суммировал истину кошмарной тысячелетней еврейской жизни в Польше. Истину, которую поляки пытаются отрицать и искажать. Истину, которую родители Каца испытали на себе в Румынии и в Венгрии. Критики обвиняют его в «обобщении» и буквально вылезают из кожи, доказывая, что «не все поляки» (а также немцы, венгры, латыши, литовцы, румыны, французы и пр.) повинны в преступлениях своих правительств, которые сотрудничали с нацистами.

Верно, среди поляков были «праведники народов мира», но большинство было и осталось ненавистниками евреев. Если бы не эта врожденная ненависть, не было бы тысяч погромов и в конце Катастрофы.

(...) Многим израильтянам (и определенно – евреям галута) трудно смириться с фактом, что даже Катастрофа не вытеснила ненависть к евреям в христианском мире. В свое время антисемиты вопили: «Евреи, убирайтесь в Палестину!» Теперь они вопят: «Евреи, убирайтесь из Палестины!»

(...) Пока мы не осознаем, что антисемитизм – хроническая религиозно-душевная болезнь, мы с ней не справимся, и она продолжит собирать свои жертвы».

Особняком в той же «ХаАрец» стоит мнение профессора истории Еврейского университета Даниэля Блатмана, назначенного польскими властями куратором Еврейского музея в Варшаве. Из его статьи мы приведем только один абзац: «Так что же насчет геноцида евреев? Поляки не служили в концлагерях в отличие от украинцев, латышей, литовцев и других. Убийство евреев поляками надо понимать в широком и более сложном контексте. Поляки не убивали евреев для того, чтобы помочь нацистам в реализации «окончательного решения еврейского вопроса», то есть способствовать продвижению интересов оккупантов».

Вот те на! Не надо быть профессором истории, чтобы из этой цитаты понять именно то, что имел в виду автор: поляки убивали евреев без всякой идеологии – только за то, что они имели несчастье родиться евреями.

Среди всего, что было сказано и написано о новом международном скандале, кажется, никто еще не вспоминал о документальной эпопее «Шоа» французского кинорежиссера Клода Ланцмана. В середине 70-х он записал сотни часов бесед с «простыми поляками» в деревнях и городках. В этих беседах местные жители не скрывали своей неприязни к евреям, которые «дурно пахли», «наживались на поляках», «были самыми богатыми» и «заслужили наказание за то, что распяли Иисуса Христа». А один поляк крикнул: «Евреи знали, что с ними случится!»

Фоном для своего фильма Ланцман выбрал мирные пейзажи Польши, где реки, леса и поля были так же безмятежно-прекрасны, как и тогда, когда евреев расстреливали, сжигали, а то и зарывали в землю живьем. Ланцман отыскал машиниста, который водил поезда в Треблинку, и попросил провезти его на паровозе до таблички с надписью «Треблинка». Подъехав к табличке, машинист оглянулся на несуществующие вагоны и несколько раз провел большим пальцем по горлу, показывая, как поляки давали понять евреям, какая участь их ждет.

Треблинка и Освенцим – обычные городишки с церквями, больницами, школами, где новое поколение поляков учит переписанную историю своей страны. А их родители, живущие в бывших еврейских домах в стране «юденрайн», давно позабыли бы обо всем, если бы не постоянные напоминания евреев о том, что произошло в Польше до, во время и после Катастрофы.

Рафаэль Рамм, «Детали» К.В. 

На фото: премьер-министр Польши Матеуш Моравецкий.
Фото: канцелярия премьер-министра Польши. Wikipeduia public domai.

Читайте также: "Охота на евреев"

 

тэги

Реклама

Анонс

Реклама

Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend