Многочасовые очереди на проверку – символ пятой волны пандемии

Похоже, символом пятой волны пандемии стали многочасовые очереди, отражающие особенности нынешнего времени: загруженность медперсонала, растерянность людей, путающихся в постоянно меняющихся правилах, отчаяние из-за невозможности вернуться к нормальной жизни и умение довольствоваться маленькими радостями. Все это можно наблюдать на площади Габима в Тель-Авиве, где сотни людей проводят время в томительном ожидании.

«Да о чем там говорить, это одно удовольствие, – смеется Омер; он приехал, чтобы проверить, не заразился ли вирусом. – Я стою здесь полчаса, свежий воздух, ветерок, что может быть лучше?!» И надо сказать, это признание звучит оптимистично для человека, перед которым еще как минимум тридцать, а ему самому, вполне возможно, придется провести десять дней в карантине.

«Эта очередь – самое дебильное из того, что мне пришлось испытать. Но пока батарея в телефоне заряжена, все хорошо», – добавляет Омер.

А вот Ариэла четырех с половиной лет думает иначе. «Мама, я не хочу пропустить балет», – обращается она к своей матери Даниэль и, явно скучая, тянет ее за платье.

«Она, наверное, пропустит занятия балетом», – шепчет мать, улыбаясь сквозь маску. Ариэла начала скучать раньше, чем хотелось бы. Они с мамой только-только приехали, поэтому в очереди последние, выделили примерно час на ожидание, но, скорее всего, времени уйдет гораздо больше.

«Преподаватель из театрального кружка заразилась, и нас отправили в изоляцию. Все детсадовские группы прошли через эту очередь», – поясняет Даниэль. После двух с половиной лет пандемии она не испытывает злости ни по отношению к тем, кто принимает решения, ни в связи с постоянно меняющимися правилами. Наверное, потому что непонятно вообще, чего ждать в будущем, и потому единственный выход – полагаться на естественный ход событий. Через полгода Ариэле исполнится пять лет, ей можно будет сделать прививку. «И тогда это будет уже совсем другая история», – предполагает Даниэль.

Те, кто давно занял очередь, утверждают, что ждать придется около двух часов. По их предположению, до счастливого финала остался примерно час. Однако для Авиэля, военнослужащего в полной амуниции, неплохо было бы, если бы очередь вообще не кончалась. Он здесь уже часа три, начиная с 9:30 утра, усталый, но довольный. Если бы не эта ситуация, давно бы уже отправился на учения, проходящие на Голанских высотах.

«Я понятия не имею, о каких указаниях идет вообще речь, мне просто сказали прийти сюда, а затем присоединиться к своему подразделению. Но затем здесь обнаружили подозрительный предмет, и кто-то сказал, что проверки МАДА («Маген Давид Адом – скорая помощь. – Прим. «Деталей») накрылись. Так что все только начинается», – смеется Авиэль. Он объясняет, почему стоит в очереди с оружием: у его подразделения был намечен музейный день в Тель-Авиве.

«Но пока я тут стою, ребята уже наверняка обошли все музеи и возвращаются», – говорит Авиэль.

Тем временем по очереди поползли слухи, что рядом с публичной библиотекой («Бейт Ариэла») народу не очень много. «Почему бы не пойти туда?» – предлагает один из очередников. Очередь начинает бурлить нежеланием быть «лохами», люди оглядываются по сторонам, размышляя о другой очереди – покороче. Но одна из женщин возвращает фантазеров к реальности: «Очевидно, что там только для тех, кто сдает PCR. А здесь еще и на антиген». И очередь успокаивается, и все уже вновь уткнулись в свои смартфоны.

Очередь упирается в огромный белый шатер, внутри сидят два лаборанта. Наверное, им труднее всего – потому что их ожидание самое долгое из всех ожиданий: пока очередь не иссякла, надо проводить тестирование. Пока повсеместные проверки не закончатся, они будут продолжать свою работу.

«Это была самая длинная очередь в мире», – обращается молодой человек к своей девушке, когда оба выходят из шатра. «И для чего? – она пожимает плечами. – Для секундного теста».

Но пока они идут по дороге, двое лаборантов продолжают брать анализы. Работают, не переставая. Здесь, внутри шатра, не чувствуется даже дуновения ветерка.

Ран Шимони, «ХаАрец»   М.К.˜ AP Photo/Ariel Schalit √