Friday 22.10.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    AP Photo/Kamran Jebreili
    AP Photo/Kamran Jebreili

    Кто мешает Саудовской Аравии помириться с Израилем?

    Консервативное королевство Саудовская Аравия (КСА) меняется на глазах: древние города доисламского периода превратились из занесенных песками развалин в сияющие туристические достопримечательности, а год назад впервые появились саудовские туристические визы – до тех пор в КСА могли попасть только бизнесмены или мусульмане, планирующие совершить хадж или умра (малый хадж). Среди новшеств и перемен можно отметить и меняющееся отношение к Израилю – вплоть до слухов о близящейся нормализации отношений. Возможен ли этот сценарий, и как  относятся к нормализации разные ответвления саудовской элиты?


    Старо-новые отношения

    Прежде всего, нужно отдавать себе отчет в том, что без «благословления» Саудовского королевства ни ОАЭ, ни Бахрейн не стали бы подписывать «соглашения Авраама» о мире и сотрудничестве с Иерусалимом. А если добавить к этому также информацию, что Эр-Рияд активно подталкивает к похожим соглашениям дружественный ему Пакистан и еще ряд мусульманских стран, которые до сих пор не поддерживали дипотношения с Израилем, становится очевидно, что ответ на оба вышезаданных вопроса может быть лишь один – четкое «да».

    Гораздо менее ясно, когда именно это произойдет. Саудовская Аравия поддерживает отношения с Израилем на протяжении двух десятилетий, и примерно с начала 80-х годов предлагает свои варианты планов мирного урегулирования (план принца Фахеда от 1981 года и план принца Абдаллы от 2002 года).


    Стратегически Израиль не представляет никакой опасности для Саудовского королевства, в отличии от гораздо более близкого и грозного Ирана. Кроме того, примирение с Израилем позволило бы Саудовской Аравии беспрепятственно покупать наиболее современное оружие в США, так как Израиль, вероятно, снимет свои возражения на этот счет – как это происходит сейчас в отношении ОАЭ и Марокко.

    И все же все это время в саудовских мечетях и медресе продолжали подстрекать против Израиля, проповедники и учителя распространяли яд и ненависть, на саудовских картах Израиля не существовало (точно так же, как на палестинских или египетских картах), а все контакты между саудовской и израильской стороной ограничивались тайными встречами начальников разведывательных служб и крайне редкими рандеву политиков.

    До сих пор Саудовскую Аравию такой вариант вполне устраивал. Так можно было танцевать на двух свадьбах: использовать Израиль в качестве громоотвода для ненависти и негативных эмоций, а одновременно поддерживать тесные отношения с его спецслужбами и координировать действия по таким ключевым вопросам, как иранская угроза. Почему саудовская позиция изменилась? И все ли в консервативном королевстве разделяют убежденность Джареда Кушнера, зятя президента Трампа, что «мир между Саудовской Аравией и Израилем неизбежен»?

    Младосаудовцы против реакционеров?

    На протяжении последних нескольких лет, с тех пор, как наследный принц Мухаммад бин Салман  пришел к власти и стал «сильным человеком» в Эр-Рияде, саудовская политика становилась все более прозападной, а также все  более авторитарной. Насколько совместимы эти два направления? С точки зрения кронпринца, ориентация на Запад и отход от традиционных саудовских ценностей ничуть не противоречит полной узурпации власти в стране, устранению соперников (настоящих и мнимых), арестам критиков, оппозиционеров, журналистов и правозащитников.


    При президенте Дональде Трампе и его зяте Джареде Кушнере этот подход находил понимание и поддержку. Трамп совершил свой первый зарубежный визит в Эр-Рияд, где вместе с королем Салманом заявил о твердой намеренности бороться с террором, подписал огромные контракты на продажу оружия, посмотрел на свои гигантские портреты, украсившие  саудовскую столицу, и остался доволен.

    С течением времени отношения между Кушнером и бин Салманом становились все более тесными, а американские СМИ начали сообщать, что принц, якобы, готов пойти на компромисс в вопросе Иерусалима, поддерживает «сделку века» Трампа и ничего не имеет против мира с Израилем. Но каждый раз после подобных публикаций престарелый король Салман или его люди выражали более консервативные взгляды, говоря о «нерушимых правах палестинского народа», «центральном значении мечети Аль-Акса для всех мусульман» и «приверженности арабской мирной инициативе».

    В мае этого года по соцсетям Саудовской Аравии прокатилась мощная анонимная антипалестинская кампания. А после того, как Эмираты и Бахрейн заявили, что намерены подписать соглашения по нормализации отношений с Израилем, Саудовская Аравия сдержанно приветствовала этот шаг. Вскоре после подписания соглашений принц Бандар бин Султан, бывший начальник саудовской разведки, в интервью саудовско-эмиратскому телеканалу «Аль-Арабия» резко раскритиковал палестинское руководство. Но еще через несколько недель, в ходе конференции в Манаме другой саудовский принц, бывший посол КСА в США Турки аль-Файсал обвинил Израиль в «краже палестинских земель» и назвал еврейское государство «последним западным колонизатором».


    Налицо идеологическая борьба между двумя противоборствующими лагерями в саудовской верхушке. Молодой и амбициозный принц, который пытается реформировать и раскрепостить свою закрытую страну, чтобы привлечь в нее необходимые инвестиции и создать удобный для бизнеса климат, не считает мир с Израилем чем-то из ряда вон выходящим. Его взросление пришлось на годы «арабской весны», когда палестинский вопрос перестал быть центральным и основополагающим для Ближнего Востока – в то время, как иранская угроза и радикальный суннитский ислам грозили полностью дестабилизировать его страну. Сын короля ориентирован на будущее и ставит во главу угла два города. Первый – новый город будущего Неом, где роботы заместят прислугу, а туристы будут оставлять свои доллары и евро. Второй – древняя Аль-Ула, город-оазис доисламского периода на северо-западе королевства.

    Он относится к вопросу о нормализации с Израилем так же, как Трамп – это всего лишь сделка, одна из множества других. Взамен на нормализацию Саудовская Аравия может потребовать от нового президента США Джо Байдена гарантии возобновления мирного процесса между израильтянами и палестинцами, увеличения поставок оружия, прекращения давления по вопросу о войне в Йемене, и многое другое. Это же сделка.

    А вот для короля Салмана и его двора мир с Израилем вне арабской мирной инициативы и решения палестинского вопроса невозможен. И дело не в условиях сделки, а в идеологии. Бин Салман видит свою страну через националистическую призму, а его отец-король – через панисламскую.

    Для саудовских реакционеров Аль-Ула – не источник дохода, а оплот идолопоклонников; иностранные туристы несут с собой не доллары в казну, а разврат и опасность; а ультрасовременный Неом – антитеза священным городам Мекке и Медине, так как именно власть над этими городами возвышает Саудовскую Аравию над другими исламскими и арабскими странами, а не современные технологии и не летающие роботы.

    Что такое Аль-Ула?

    Оазис Аль-Ула (библейский Дедан) расположен в северо-западной части Саудовской Аравии и находится на Пути Благовоний, по которому с древних времен торговцы везли специи и дорогие товары из Индии в Египет и Аравию. Древние строения на его территории относятся к VI веку до новой эры.

    Из-за его важности для торговли ладаном, оазис часто переходил из рук в руки. Он принадлежал северо-йеменским королевствам, а в I веке новой эры эта территория вошла в рамках Набатейского королевства в состав Римской империи.

    В Аль-Уле находится историко-археологический комплекс Мадаин-Салех, созданный свыше 2000 лет назад набатейцами. Этот комплекс включает 111 скальных захоронений, а также систему гидротехнических сооружений.

    На сегодняшний день Аль-Ула является одним из самых важных туристических направлений в Саудовской Аравии, любимым детищем наследного принца Мухаммада бин Салмана. Если раньше Саудовская Аравия считала доисламский период «джахилия» эрой невежества и незнания ислама, сегодня этот древний город получает должное внимание и становится одним из символом королевства. В 2019 году выставка «Аль-Ула» объехала весь земной шар, побывала в Париже, Москве, Токио и других мировых столицах.

    Учитывая пожилой возраст монарха и молодые годы его энергичного сына, вполне можно представить, как закончится эта битва между Меккой и Аль-Улой. Однако бин Салману предстоит не только заключить сделку, но и убедить в ее необходимости своих подданных, которым годами внушали, что евреи – это исчадие ада, а Израиль – колониальное и незаконное государство. Заявления принца Турки аль-Файсала напоминают о том, что в саудовской верхушке сохраняются и такие взгляды.

    Ксения Светлова, «Детали»
    На фото: большая мечеть шейха Сайеда в Дубае. AP Photo/Kamran Jebreili˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend