Wednesday 27.10.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...

    Майдана у нас не будет

    Израиль – это не Прага 1968 года. И не Киев 2004-го. Здесь мы не будем сидеть на площади до тех пор, пока правительство падет. Не выйдем на улицы. Мы еще не дошли до той красной черты, при пересечении которой скажем: все, больше не можем.


    Хорошие причины выйти на улицы были всегда: закон о национальном характере государства, закон о «короне», а теперь – аннексия. Все это – вполне достойные причины, но ни одна из них не является красной чертой, потому что, видимо, это не так страшно, и с этим можно жить.

    Выйти на улицы не означает раз в месяц стоять на площади в двух метрах друг от друга, а потом разойтись по домам. Выйти на улицы означает совсем иное: никуда не уходить. Оставаться там целыми днями и неделями не для того, чтобы протестовать, а чтобы менять, наплевать на запреты, рискуя быть арестованными. Без насилия, но со всей настойчивостью и упрямством. Забыть о личной жизни во имя общего блага.

    Но мы не выйдем на улицы, потому что нам кажется, что все уладится и без этого. Нам кажется, что если наши демонстрации будут пристойными и спокойными, взамен мы получим отмену несправедливых законов.


    Что такое несправедливые законы? Мартин Лютер Кинг написал: «Закон, который большинство навязывает меньшинству, не принимавшему участия в его разработке – это несправедливый закон». У нас это не так. У нашего большинства нет проблемы в том, чтобы навязать закон меньшинству. С законом об аннексии мы сможем жить, ведь сейчас мы отмечаем 53 года аннексии, проведенной без всякого закона.

    У нас не выходят на улицы против законов, ущемляющих всех, кто не мы, и уж, тем более, мы не выйдем на улицы из-за арабов, «эфиопов» и инвалидов. Солидарности тут нет. Мы выйдем на улицы (может быть), только если пострадаем лично. Только если нас уволят или полицейским позволят вламыватся к нам в дом.

    Да и тогда мы захотим только протестовать, а не свалить правительство. Мы не сомневаемся в его законности. Согласны с его существованием, но не с его безобразными законами. Докажем ему, что плевать мы хотели и на него, и на его законы. Будем ходить без масок, хотя это нам на пользу, а не во вред. Покажем правительству, что мы его в грош не ставим, но не имеем желания его свалить.

    Мы не выйдем на улицы, потому что лишь тот, у кого отняли самое дорогое, готов нарушить свою рутину. Лишь тот, кто чувствует, что удар нанесен по тому, частью чего он является, готов пожертвовать своей личной свободой. Мы не выйдем на улицы, потому что государство давно перестало быть частью нас. Оно – не наше, как и здешнее еврейство.

    Наше еврейство отличается от того, что называют еврейством Дери и Лицман. Мы гордимся своим еврейством и стыдимся их еврейства. От их еврейства мы сбежали к израильскости, но и наша израильскость – совсем не то, что подразумевают Регев и Нетаниягу. Мы любим Эрец-Исраэль, но не Государство Израиль.

    Тогда как же мы посылаем наших детей в армию? Это уже не в наших руках. Система образования вычеркнула все воспитание, которое мы получили дома. Наши дети принадлежат государству, против которого их родители должны выйти на улицы. Оно научило наших детей быть полезными солдатами и послушными гражданами, для которых закон предпочтительнее справедливости. Они – те самые полицейские, которые потащат нас к «автозаку», и солдаты, которые будут стрелять в нас резиновыми пулями. Они уже – не Ури, Эйяль или Офер из квартиры напротив, они – анонимные «солдаты ЦАХАЛа».


    Даже те, у кого Израиль «прежде всего», помешают нам выйти на улицы. Вы правы, скажут они, но сейчас не время и это не наш метод.

    «Мы должны справиться не только с делами плохих, но и со страшным молчанием хороших, – написал Мартин Лютер Кинг из тюрьмы. – Тех, кто говорит, что знает, что справедливость победит, но, может, еще не пришло время, и цена будет чересчур высокой».

    Цена, в самом деле, будет высокой. На улицах будут не только армия и полиция, но и другой, Первый, правящий Израиль. Тот, чьи несправедливые законы – это его законы, охраняющие его власть. Там будут те самые «массы», которые Нетаниягу и его присные выведут на улицы, когда мы будем там.


    И что тогда случится? С полицией мы поборемся, но не с ними.

    «Если распространят суверенитет на территориях без того, чтобы дать арабам право выбирать... не будет никакого смысла для существования этого общества, – написал покойный юрист Моше Негби. – И тогда гражданская война меня не напугает».

    Эти слова были написаны 31 год назад, и то, что не напугало тогда, несомненно пугает сейчас.

    Йоси Кляйн, «ХаАрец», Р.Р. Фото: Офер Вакнин.˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend