Либерман и Барбивай, хватит умолять, начинайте работать!

Через два года после акций протеста летом 2011 года впервые в Израиле появился министр, возглавивший «кабинет по борьбе с дороговизной жизни». Тогдашнее новое правительство во главе с Биньямином Нетаниягу по-прежнему находилось под впечатлением от демонстраций и палаток на бульваре Ротшильда в Тель-Авиве и по всей стране, и было очевидно, что, если не заняться этим вопросом, протесты возобновятся.

Помимо прочего побудительным мотивом к каким-либо действиям стали политические изменения, обусловленные массовым протестом: от избрания Шели Яхимович председателем партии «Авода» в сентябре 2011 года до оказавшегося в кнессете списка Яира Лапида, получившего впоследствии 19 мандатов и ставшего известным под именем партии «Еш атид», а также своеобразного достижения Моше Кахлона в 2015 году, который, возглавив партию «Кулану», получил десять мандатов.

В то время мне довелось встретиться с главой кабинета, предназначенного для борьбы с дороговизной жизни, и предложить ему, как же справиться с этой проблемой: ввести индекс, который измерял бы уровень конкурентоспособности в определенных отраслях и сегментах, и сделать его доступным для широкой общественности. То есть не довольствоваться периодическими проверками, которые проводят СМИ или осуществляют в рамках специальных исследований потребительских программ, а представить профессиональный, постоянный индекс, выставляющий баллы в зависимости от уровня конкурентоспособности. Это будет оказывать давление на бизнес-компании – производителей и распространителей – и способствовать усилению конкуренции. Ни одна компания не заинтересована в том, чтобы отслеживали ее цены, и уж точно – чтобы они попадали в заголовки, где говорится, что чай или сок, которыми она торгует, намного дороже, чем в среднем по миру, тем более когда речь идет о специальном государственном подразделении по отслеживанию цен.

Главе кабинета идея понравилась, и он записал ее на небольшом листочке. Я ждал, когда идея начнет реализовываться. Этого не случилось.

Сегодня главой того же кабинета стал премьер-министр Израиля Нафтали Беннет. В свое время он был министром экономики и близок к идеям, способствующим снижению дороговизны жизни. Он продвигал реформу Института стандартов, укреплял статус Антимонопольного управления (позже – Управление по вопросам конкуренции), отменил льготу, предоставляемую торговцам сельскохозяйственной продукцией, и пытался продвигать реформу системы обучения. Ничего из перечисленного не сделало Израиль дешевой страной – она была и остается дорогой, превышая на 20 процентов соответствующий показатель по OECD.

Предыдущие правительства пытались бороться с дороговизной жизни другими способами, но безрезультатно. Можно, конечно, возразить, что без учета реформ в последнее десятилетие (например, открытие неба) стоимость жизни была бы еще выше, но итог все равно безрадостен: Израиль – ужасно дорогая страна, хотя и нельзя не отметить несколько возникших факторов, снижающих дороговизну жизни, к примеру укрепление шекеля, приводящее к скидкам на импорт, и онлайн-покупки.

Видимость бурной деятельности

На этом фоне становится понятней, несколько странно обращение министра финансов Авигдора Либермана и министра экономики Орны Барбивай к некоторым производителям и импортерам продуктов питания с призывом отказаться от повышения цен в столь сложный для страны период, учитывая полученную ими прибыль и устойчивое экономическое положение.

Либерман и Барбивай обратились также и к потребителям, предложив сравнивать цены и не покупать товар у дорогих производителей или импортеров. Взывание к разуму потребителей любопытно, но оно более годится для публикаций в СМИ, а не для министров, которые должны заниматься тем, чтобы бороться с дороговизной – тем более что у них есть для этого соответствующие инструменты, а также причины, побуждающие заняться этим вопросом.

И главная причина все та же: Израиль по-прежнему очень дорогая страна. На эту тему можно вновь исписать десятки газетных страниц. Но роль министров заключается в том, чтобы наконец справиться с задачами, о решении которых говорили все правительства после летних протестов 2011 года: устранить барьеры для конкуренции, открыть широкую дорогу импорту, бороться с монополиями и картелями, ввести на рынок новых импортеров и устранить препятствия, которые чинят им импортеры-«старожилы», стимулировать местных производителей, повышать производительность труда и усиливать конкуренцию, устраняя ненужную бюрократию. Да-да, и даже могут сгодиться – и очень – инструменты, способствующие ценовой прозрачности и обострению конкуренции, и, если хотите, шейминг по отношению к компаниям, которые ведут себя по-свински.

Послание от имени Либермана и Барбивай, адресованное руководству фирм «Сано», «Осем – Нестле», «Штраус» и другим, – это и есть своего рода небольшой шейминг. Вот, что там написано: «К 2021 году шекель значительно укрепился по отношению к другим мировым валютам – в условиях низких темпов инфляции. Это означает, что продукция, импортируемая вашей компанией в Израиль, досталась вам со значительной скидкой – без того, чтобы снизить цены для израильского потребителя, и потому они одни из самых высоких в мире. Учитывая вышеизложенное, ваше заявление о повышении цен следует расценивать как циничное и оскорбительное для граждан страны.

Но речь идет о национальной ответственности, и в этом контексте, нисколько не колеблясь, мы предпримем необходимые шаги для обеспечения конкурентоспособной и справедливой экономики».

Обращение Либермана и Барбивай – это скорее видимость бурной деятельности: отправить столь серьезное послание, надеясь, что импортеры и производители примут его близко к сердцу и оно сойдет за часть общественного давления, чтобы заставить их принять какие-либо меры. На самом деле это звучит даже не как угроза, а как ходатайство: давайте сообща справимся с проблемой – вы не будете поднимать цены, а мы не будем докучать вам усилением конкуренции.

Вполне возможно, это эмоциональное обращение достигнет нужных и внимательных ушей, но это будет большой промах, поскольку при первой же возможности мы увидим, как те же производители и импортеры поднимают цены.

Роль министров и уполномоченного по вопросам конкуренции адвоката Михаль Коэн (еще один адресат послания, отправленного импортерам) заключается в том, чтобы создать условия для усиления конкуренции любыми способами. Не сладкими речами или умоляющими воззваниями, а употребляя власть и собственный авторитет.

Высокая стоимость жизни, отраженная в базовых потребительских товарах, воспринимается как угроза стабильности правительства – в отличие от высоких цен на жилье, вызывающих более сложную реакцию. Когда продовольственная корзина дорожает, ущерб очевиден, он наносится тотчас и ежедневно, создавая повестку дня в СМИ, которая, в свою очередь, оказывает давление на политический эшелон. Высокие цены на жилье вызывают обратную реакцию: они создают у владельцев квартир ощущение богатства и благополучия (67 процентов домохозяйств проживают в принадлежащей им квартире). Но, как говорится, до определенного предела. Когда возможность приобретения жилья оказывается призрачной для целого поколения молодых людей, это в конечном счете давит и на их родителей, чтобы они помогли своим детям купить квартиру за большие деньги (имеются в виду те, кто в состоянии помочь; у многих вообще нет такой возможности).

Дороговизна жизни, которая включает в себя как потребительские товары, так и жилье, – проблема чрезвычайно серьезная, и нынешнее правительство должно попытаться ее решить, прибегнув к поистине революционным мерам. Это может случиться не раньше, чем народ снова выйдет на улицы. И, может быть, тогда премьер-министр Беннет вспомнит о своей старой роли – «главы кабинета министров по вопросам дороговизны жизни», взяв ее на себя.

Сами Перец, TheMarker, М.К. √ Фото: Охад Цвигенберг