Исследователь интернета: Россия предпочтительнее Америки

«В истории человечества не было до сих пор этапа, на котором можно было бы обнаружить столь огромный массив информации о культуре и поведении человека, — говорит Лев Манович. – Но для большинства специалистов по гуманитарным и общественным наукам и людей искусства эта информация «подпорчена» капитализмом, что не может рассматриваться с позитивной точки зрения».

Манович – один из самых известных исследователей в мире в сфере цифровой культуры и новых медиа. В 2001 году у него вышла книга «Язык новых медиа», где впервые была изложена системная теория новых медиа, описано, каким образом новые медиа зависят от конвенций старых, и как медиаработы формируют иллюзии реальности, обращаясь к пользователям. Кроме того, эта теория заложила платформу, на основе которой сегодня исследуется «всемирная паутина» — интернет.

Однако, что касается его самого, он, скорее, «художник, чья среда – академические статьи», и он не понимает, почему после стольких лет все еще пользуются книгами: «Возможно, лекторы ленивы и не хотят узнать нечто новое».

59-летний Манович начинал в 80-х годах, как графический дизайнер. В настоящее время он читает лекции по программе высшего образования в сфере компьютерных наук – в Университете CUNY в Нью-Йорке. В последние годы написал книгу «Инстаграм и современный образ», а также создал лабораторию культурной аналитики, которая работает в тесном сотрудничестве с Google и другими гигантскими корпорациями, пытаясь справиться с глобальной задачей – взглянуть на выработанный человечеством продукт культуры, не теряя при этом своего культурного местоположения. Изыскания Мановича можно определить, как попытку разрешить существующее противоречие между культурой в самом высоком понимании искусства и эстетики, и сетевой культурой, характеризующейся холодным аналитическим мышлением. А второй фактор, определивший вектор его тридцатилетних поисков и размышлений, таков: компьютеры стали основой культурного опыта человека, а программное обеспечение – творческим инструментом.

Манович родился и вырос в СССР – в светской еврейской семье, а в 1981 году эмигрировал в США, получив степень доктора философии за визуальные и культурные исследования в Университете Рочестера; тема его диссертации звучала в переводе на русский следующим образом — «Конструирование зрения от конструктивизма до компьютеров», о связи между началом компьютерной эры и авангардом 20-х годов.

Соблазнительно было бы предположить, что Манович, как и многие его современники, такие, к примеру, как Сергей Брин, основатель Google, в восторге от Америки. На самом деле, это не так. И сегодня этот человек, используя предоставленное ему право творческого годового отпуска («шабатон»), отправился жить в Россию.

«Самое поразительное в Америке – это то, что тамошние интеллектуалы искренне верят всему, что читают в «Нью-Йорк Таймс», — подчеркивает Манович. – В России много проблем, но это — то место, где не властвует рациональность. Америка, пожалуй, самое рациональное место в мире. Когда я туда попал, то почувствовал, что меня окружают роботы».

Манович относится к числу критически мыслящих интеллектуалов, но когда речь заходит о возможности использования Кремлем современных технологий и соцсетей для распространения лживых новостей и дезинформации, он снова обвиняет СМИ и защищает свою родину: «Россия – чрезвычайно сложная страна, и нельзя мазать ее одной краской. Там есть много хорошего. Если говорить о технологической стороне, то это – великолепный Wi-Fi и огромное количество такси Uber. Это третья страна в мире, которая использует Instagram! На самом деле, Россия – современная страна – другое дело, что здесь налицо тенденция к авторитаризму. Как в Китае. Только в Китае авторитаризм эффективен, а в России – нет. Но если вы откроете «Нью-Йорк Таймс», то ничего подобного о России не найдете, исключительно негатив.

Вы хотите знать мое мнение о fake news? Проблема заключается в самих новостях. Дело в том, что существует целая индустрия, которая на самом деле продвигает негативный посыл, как часть своей бизнес-модели. Возможно, что мы живем в лучшее время с точки зрения всех параметров, но если читать газеты, то возникнет стойкое убеждение: мы накануне гигантского социального кризиса. Какой кризис? Кризис был между 1940 и 1945 годами, был Холокост и Вторая мировая война. Сегодня мы еще живем в мире, где возникают, то и дело, конфликты, но они локальны».

На возражение, не свидетельствует ли о надвигающемся кризисе появление на политической арене Трампа и усиление позиций Путина, в чем далеко не последнюю роль сыграли технологии, Манович говорит, что это не имеет ничего общего с технологиями, и последние, по всей видимости, просто-напросто отражают означенные тенденции, учитывая их культурную или социальную составляющую. По его словам, проблема состоит в том, что люди склонны возлагать на технологии большие надежды и обвинять их в том, что происходит. Так было с интернетом, о котором в начале его существования говорили, как о флагмане свободы, а теперь, четверть века спустя, винят его во всех бедах, от климатического кризиса до политического.

Манович отрицает, что потеря конфиденциальности и отслеживание стали камнем преткновения в процессе совершенствования виртуального мира; по его мнению, это базисное недоразумение, касающееся напрасных ожиданий: мы не хотим признать, что технологии – это не «черно-белая» картинка, а часть нашей жизни, часть нашей культуры.

С другой стороны, Мановича удручает тот факт, что Интернет в какой-то мере стал замкнутым глобальным миром. ««Человечество использовало интернет, чтобы создать Википедию», — говорит он. – Это самое большое и фантастическое достижение начала нулевых. Однако сегодня никто даже и не планирует создать нечто, наподобие новой Википедии»; иначе говоря, интернет стал консервативен, а интеллектуалы не придают ему никакого значения, поскольку он, скорее, обрел утилитарный характер, став способом зарабатывания денег.

Манович прибыл в Израиль на фестиваль «Принт-скрин», открыв выставку «Невидимка», которая в настоящее время экспонируется в Центре дигитального искусства в Холоне; он также прочитал лекцию об эстетике и искусственном интеллекте.

«Я – еврей, и потому давно хотел побывать в Израиле, – улыбается он. – Это довольно странно для меня – быть евреем». Вопрос еврейской идентичности для него никогда не стоял как таковой, потому что его родители никогда не забывали о своем еврейском происхождении, однако для него непонятны все попытки идентифицирования еврейства, включая исследования ДНК. Потому он больше предпочитает рассуждать на тему, которая ему куда ближе – дигитальная культура. На его взгляд, она стала набирать силу и совершила мощный скачок в развитии в 2005-2006 годах, когда появились социальные сети. Если в 1984 году в мире насчитывалось всего около сорока человек, которые занимались компьютерной анимацией, то программным обеспечением Adobe пользуются около двадцати миллионов человек, а в сети Instagram – около миллиарда пользователей.

В своей книге «Software Takes Command» (2013) Манович предлагает культурный анализ творческого программного обеспечения. «Я смотрю на фильтры Photoshop так же, как искусствовед смотрит на Мону Лизу», — с гордостью говорит он сегодня. И в то же время сетует, что академические круги игнорируют виртуальное пространство.

«В этом смысле я каким-то странным образом на стороне корпораций, — признается Манович, — потому что они единственные, кто на самом деле занимается сегодня общественными науками. Гугл и «Амазон», к примеру. Они практикуют серьезную аналитику социальных сетей и изучают поведение людей. Но между ними и академическими кругами существует огромная пропасть: во-первых, они не публикуют свои выводы. Во-вторых, невзирая на то, что у них есть пять тысяч единиц информации о каждом человеке, который подключен к Интернету, их интересует только одно: деньги. Единственный вывод, который они делают, исходя из полученной информации, представляющей собой огромную социо-культурную ценность, заключается в следующем: каковы шансы того или иного пользователя приобрести что-то в то или иное время суток. Так что я застрял в каком-то межеумочном состоянии между двумя типами отношений к информации, и порой чувствую себя некомфортно».

Как уверяет Манович, интеллектуалы, в основном, пропустили дигитальную революцию. «Западному обществу пора задуматься над этим, – подчеркивает он. – Сегодня нива общественных наук и высокого искусства истощена. Мы обладаем огромным массивом информации, но не знаем, что с ним делать». Он добавляет, что в результате вся эта информация отдана на откуп корпорациям, вместо того, чтобы подвергнуться серьезному исследованию.

Манович считает, что художники и мыслители тоже должны обратить свой взор на виртуальный мир.

«Моя цель – заставить людей относиться к технологиям и сетевой культуре более гибко и менее жестко. Я вовсе не хочу менять мир, просто хочу повернуть мышление в иную сторону – чтобы побудить людей не думать так, как они думают, и показать им, что над ними довлеют стереотипы», — констатирует он.

Омер Бен-Яаков, «ХаАрец» М.К. К.В.

На фото: Москва-сити. Фото: Pixabay