Monday 18.10.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...

    Конец соцсетей? Добро пожаловать в «эпоху отключения»

    С момента своего появления в нашей жизни четверть века назад интернет внес в нее бесчисленные изменения. Но если вы следите за развитием современного общества, то замечаете в последнее время широкий спектр тенденций, направленный на офлайн, на отключение от интернета, на отказ от удаленных технологий. Это проявляется на разных уровнях. Есть страны, которые блокируют интернет на своей территории. Есть семьи, которые, отправляясь в отпуск, оставляют дома все свои смартфоны. Постоянно говорят и дают советы о киберзащите и осторожном пользовании интернетом. Все больше и больше людей намеренно удаляют все свои цифровые записи в Сети – профили, личные странички, фотографии и видео. Многие подростки подсели на «ТикТок» и «Инстаграм», но сегодня становится все больше молодежи, абсолютно равнодушной к социальным сетям.


    Что-то плохое происходит с нашим глобальным будущим. Подозрительность к будущему, кажется, растет. Чтобы понять эту тенденцию, можно провести аналогию со взлетом и падением другой революции, которая происходила в мире – сексуальной революции.

    В 1970-е годы сексуальная революция достигла своего пика. Противозачаточные таблетки, психоанализ, студенческие бунты, культура хиппи и рок-н-ролла. Все это привело к быстрому изменению норм и ограничений в отношении секса. Добрачный секс стал обычным явлением среди молодежи, а в средствах массовой информации становилось все больше слов и изображений, связанных с сексом. Секс-шопы появлялись в городах как грибы после дождя. Порноактрисы вроде Чиччолины становились лидерами мнений и культовыми фигурами. Западное общество, для которого в начале 1960-х был характерен консерватизм, внезапно расстегнуло ширинку и объявило секс одним из главных приоритетов, залогом счастья человека.

    Неудивительно, что писатели-фантасты и футуристы 1970-х годов представляли, что в обществе будущего будут отменены любые сексуальные ограничения. Некоторые из них предсказывали, что секс в общественных местах будет обыденным явлением. Это будет столь же приемлемым, как съесть бутерброд. Мужчины и женщины будут заниматься сексом с той же легкостью, с которой они пожимают друг другу руки. Это рассматривалось как неизменное следствие прогресса, от которого нет пути назад. Но этого не произошло. Еще в 1980-х годах в США и Европе произошел консервативный поворот. Средства массовой информации и политики заговорили о «семейных ценностях» – словосочетание, означающее возвращение к домострою, институту брака и воздержанию. Потом к этому хору присоединились феминистки, которые заявили, что сексуальная революция пошла на пользу только мужчинам. Сексуальная революция породила порнографию и усилила использование женщин. Сегодня можно сказать, что изменения, вызванные сексуальной революцией, не были полностью сведены на нет. Но во многих отношениях тенденции стали замедляться или совсем поменяли вектор. Во многом сегодняшнее общество гораздо более сексуально консервативно, чем 50 лет назад.


    Оказалось, что прогресс не идет в одном направлении. То, что вчера считалось освобождением и светлым будущим, сегодня считается отвратительной антиутопией. В своей книге «Конец любви» социолог Эва Илуз показала, что право разорвать отношения и избегать половых контактов стало фундаментальным правом в наше время, которое ценится больше, чем желание любви и секса. Вот что случилось с сексуальной революцией. Но в последнее время мне кажется, что аналогичные вещи происходят и с революцией интернета. Представления о будущем, где все люди будут жить в виртуальном мире, связанные Всемирной паутиной, встречают сегодня существенное сопротивление. Мы с отвращением отстраняемся от этой оргии социальных сетей и начинаем с большим подозрением относиться к интернету в целом.

    Что осталось сегодня от энтузиазма и восхищения, вызываемого интернетом в 1990-х и начале 2000-х годов? Кто еще говорит об «информационной автостраде»? Сколько людей все еще верят, что социальные сети помогут распространению демократии и либерализма? Десятилетие правого популизма, вторжения в личную жизнь и дефицит внимания привели нас к резкому прозрению. Технологии и мониторы теперь описывают как Голема, восставшего против своего создателя. Как паутину, которая душит нас. А иногда как своего рода токсичное загрязнение, которое следует уменьшить до минимума. Смена тренда особенно заметна в отношении «Фейсбука». В последние недели газета «ХаАрец» назвала «Фейсбук» самой токсичной компанией в истории. А «Инстаграм» был назван мобильным приложением, которое склоняет молодых людей к самоубийствам. Марка Цукерберга, которого еще десять лет назад считали выдающимся гением, сейчас описывают в СМИ как алчного психопата.

    Но обвинения в адрес «Фейсбука» в СМИ – это лишь один из аспектов в нашей подозрительности по отношению к Всемирной паутине. Книга Михи Гудмана «Революция внимания» отражает беспокойство по поводу разрушительного воздействия технологий. Гудман связывает свои надежды с алгоритмом, который разработают в будущем и который будет уметь выборочно блокировать контент и сообщения. «Когда алгоритм будет считывать, что мы поглощены глубоким мыслительным процессом или увлекательным чтением, он будет фильтровать и блокировать сообщения и оповещения несрочного характера, чтобы не отвлекать нас и не нарушать концентрацию нашего внимания», – обещает автор. Он называет это «технологией освобождения от технологий». Гудман считает, что технологии спасут нас от самих себя. «Решение новой цифровой индустрии — это еще более новая цифровая индустрия», – пишет он в конце своей книги. Это в некоторой степени похоже на идею создания государственного учреждения, которое будет заниматься сокращением государственной бюрократии.

    Но важно то, какую утопию рисует Гудман. Это больше не киберутопия слияния с человека с искусственным суперинтеллектом. Это не будущее, где все связано интернетом. Не аугментированная реальность. Гудман написал целую книгу, чтобы выразить мечту об отключении от Сети. Короткое замыкание в средствах связи он считает предпочтительным способом существования.

    Постыдные сцены

    И это только начало. Прошло менее десяти лет, а тенденция к отключению может перевесить тенденцию к подключению. Продолжительное отключение социальных сетей на прошлой неделе продемонстрировало, с одной стороны, хрупкость этих сетей, от которых мы слишком сильно стали зависеть во многих сферах жизни. Но в то же время, возможно, это показало нам вектор движения – как вынужденный, так и добровольный.


    «Отказ от отношений и связей сам по себе становится социологическим феноменом», – пишет Эва Илуз, имея в виду состояние романтических отношений между людьми в начале третьего тысячелетия. Она показывает, как расставания, блокировки и даже преодоление обиды стали важными основами сексуальной идентичности человека. «Сексуально-экономическая субъектность порождает расставания и отказы», – поясняет она. Но та же структура, которая актуальна сегодня для описания сексуальных и романтических отношений между людьми, также может отражать и виртуальные отношения между людьми в интернете.

    Перемены могут произойти очень быстро. Мы будем испытывать стыд, вспоминая начало XXI века, когда мы по своей воле втянулись в интернет, отказавшись без страха и смятения от своей приватной жизни. Все это будет считаться постыдным и непристойным, как те сцены из старого израильского фильма «Мецицим», которые когда-то считались вершиной юмора и культуры, а теперь описываются как страшные проявления культуры изнасилования. Попрощайтесь с интернет-революцией. Добро пожаловать в эпоху отключения.

    Офри Илани, «ХаАрец» Ц.З.


    Иллюстрация: Pixabay˜√

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend