Фото: Damir Sagolj, Reuters

Юбилей в стране рабов

Две фотографии красноречивее любых слов: спускающийся с самолетного трапа аятолла Хомейни и бредущий к самолету шах Ирана Мохаммед Реза Пехлеви. Первый – триумфатор, вернувшийся домой, второй – отправленный в изгнание правитель, потерявший все. На снимке, сделанном 1 февраля 1979 года, среди восторженных миллионов иранцев, встречавших Хомейни в тегеранском аэропорту, прежде всего бросаются в глаза женщины с непокрытыми головами. Их сфотографировали в те короткие минуты истории, когда прозападная светская монархия еще не превратилась в исламскую диктатуру.

Вернее всего сравнить Хомейни с Лениным. Два противника царского режима, прожившие долгие годы за границей и сделавшие все необходимое для подготовки народной смуты и последующего переворота, вернулись на родину, чтобы стать вождями нового государства. Режиму не хватило ума (умения, решимости), чтобы ликвидировать своих врагов, и в результате враги ликвидировали режим.

Весной 2015 года в Тель-Авивском Институте исследований проблем безопасности прошла конференция, приуроченная к публикации книги одного из бывших старших сотрудников Моссада Йоси Альпера «Одинокое государство: тайные поиски союзников Израиля в регионе». В своем выступлении Альпер рассказал то, о чем официальный Израиль молчал тридцать шесть лет.

Дело было в первых числах января 1979 года, когда у Ирана и Израиля еще оставались теплые и взаимовыгодные отношения. Иранский премьер-министр Шапур Бахтияр обратился к резиденту Моссада в Тегеране Элиэзеру Цафриру с весьма необычной просьбой: убить в Париже аятоллу Хомейни.

По словам Альпера, Цафрир послал донесение в тель-авивскую штаб-квартиру Моссада, где собрали спешное заседание руководства. «Глава Моссада Ицхак Хофи начал с того, что по принципиальным соображениям он не склонен поддержать такую просьбу, но хочет услышать мнение присутствующих. Я сказал, что затрудняюсь высказать свое мнение, поскольку мы недостаточно знаем, кто такой Хомейни и что он собой представляет». Но после этого Альпер добавил: «Я очень сожалею, что не поддержал просьбу иранского премьера».

Вот еще один аргумент в давнем споре о роли личности в истории: без харизматической личности история может пойти совсем по другому пути, а революция – большевистская или исламская – задержаться на неопределенный срок.

Не менее ярка и другая параллель Ленина с Хомейни: оба принесли народу новую религию, в первом случае – коммунизм, во втором – ислам. Но в отличие от коммунистов, выжигавших каленым железом «опиум для народа», аятоллы поставили религию во главу угла. В обоих случаях слова «республика» и «конституция» были прикрытием для жестокой диктатуры с вооруженной до зубов армией и мощным репрессивным аппаратом.

Советская диктатура длилась чуть более семидесяти лет, иранская отметила первые сорок. Так же, как русские эмигранты много лет ждали со дня на день развала СССР, иранские эмигранты во главе с сыном шаха сорок лет ждут развала Исламской республики. В случае СССР пророк по имени Андрей Амальрик угадал сроки в своем эссе 1969 года «Просуществует ли Советский Союз до 1984 года?».

В случае Ирана все пророки были посрамлены. Сначала они надеялись на гибельный исход ирано-иракской войны и смерть Хомейни, потом – на международные санкции, потом – на социальный протест. Теперь надеются на смерть духовного вождя Али Хаменеи, видя при этом, как Иран становится все сильнее и влиятельнее, распуская свои щупальца по всему Ближнему Востоку, контролируя Ирак и Ливан, и участвуя в войнах в Сирии и в Йемене.

Для израильского руководства шах Пехлеви всегда оставался важным союзником, с которым сохранялись тесные политические и торговые отношения: иранская нефть – в обмен на израильское оружие и технологию для развития сельского хозяйства. И вот в одночасье все кончилось: ни аналитики из военной разведки ЦАХАЛа, ни Моссад, ни израильские дипломаты в Тегеране не сумели предвидеть столь быстрой и трагической развязки того, что началось с массовых народных демонстраций, с которыми не смогла справиться тайная полиция шаха.

Иранской революции сорок лет. Сорок – ключевая цифра в еврейской истории: сорок лет Моисей водил евреев по пустыне, чтобы сделать из рабов свободных людей. Аятоллам хватило сорока лет, чтобы сделать свободных людей – рабами.

Рафаэль Рамм, «Детали» К.В.

Фото: Damir Sagolj, Reuters


Реклама

Анонс

Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend