Какой должна быть судебная реформа? Отвечает судья в отставке

В последнее время в правовой системе слышна сильная оппозиция планируемой реформе судебной системы. Среди противников плана министра Ярива Левина есть те, кто согласен с необходимостью внесения некоторых изменений в судебную систему – но не в предлагаемом формате. В беседе с новостной службой 12 телеканала судья Верховного суда в отставке Яаков Тиркель изложил приемлемые для него изменения.

Тиркель отвергает претензии относительно проблематичности систему избрания судей при помощи специальной комиссии. «Я бы не стал вмешиваться в вопрос комиссии по отбору судей. Она работает очень хорошо и в полном порядке с 1953 года, я не вижу причин для ее исправления», — утверждает он.

Что касается статуса юридических советников правительства и министерств, он считает, что ситуацию следует оставить такой, какая она есть на сегодняшний день.

В то же время, судья Тиркель согласен на усовершенствование механизма, при котором Верховный суд будет ограничен в применении право вето по поводу тех или иных антиконституционных законов, но точно не большинством в 61 депутат кнессета.

«Я думаю, что это не может быть нормальное большинство, но должно быть особое большинство, — объясняет он. — Например, называлась цифра в 70 депутатов кнессета. По сей день система работает нормально и согласно известной поговорке: «Не трогай то, что работает нормально».

Министр юстиции Ярив Левин продвигает принцип ограничения судебного права вето таким образом, чтобы Высший суд справедливости мог признавать законы недействительными только расширенным составом суда и большинством в 80 процентов судей, то есть 12 из 15 судей. Судья в отставке Тиркель в принципе поддерживает этот шаг, не уточняя число судей. «Почему бы и нет, — говорит он. — Я не хочу лезть в конкретику, но я бы сказал, что это должно быть подавляющее большинство, более 70 процентов судей».

Судья в отставке Тиркель не в восторге от принципа «разумности», но, по его словам, не следует полностью отказываться от него. «Это деликатный вопрос, требующий больших размышлений, — отмечает он. — Я готов без энтузиазма принять, что существует возможность вмешательства, исходя из соображений разумности, но делать это следует очень осторожно и в исключительных случаях».

По его мнению, вопрос можно урегулировать законодательством и определить, в каких случаях суд может вмешиваться в решения на основании крайней неприемлемости.

«Детали», А.У. Фото: Оливье Фитуси