Thursday 19.05.2022|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Фото: Эмиль Сальман
    Фото: Эмиль Сальман

    Как Израиль выслал меня за то, что я не собиралась делать

    Автор текста – гражданка Германии, аспирантка немецкого университета, сотрудничающая в области науки с академическими кругами в Палестинской автономии. На днях ей вместе с ее коллегой отказали во въезде в Израиль и депортировали в Германию прямо из аэропорта «Бен-Гурион».


    Возмущенная женщина написала о случившемся статью в англоязычную редакцию издания «ХаАрец». Мы перевели ее.

    27 ноября мне и моей коллеге Белен было отказано во въезде в Израиль. Официальная причина: «предотвращение нелегальной иммиграции». Подозрение: участие в демонстрациях в защиту гражданских прав. Последствия: высылка в Германию и, по словам наших израильских адвокатов, возможный пятилетний запрет на въезд в Израиль. Сейчас мы предпринимаем юридические шаги, чтобы обжаловать это решение, и я хотела бы рассказать свою версию этой истории.

    Меня зовут Сара, я занимаюсь исследованиями в области взаимодействия человека и компьютера в Университете Зигена на западе Германии. Мне 28 лет, и я работаю над получением степени доктора философии; мое исследование посвящено процессам дигитализации в негородских районах. Я – немка, у меня нет других этнических корней, по крайней мере мне о них неизвестно.


    Несмотря на обвинения со стороны израильской разведки, мы с коллегой не планировали участвовать в демонстрациях в защиту гражданских прав. Основной целью нашего визита было знакомство Белен со страной и посещение туристических мест, поскольку она – новый член нашей исследовательской группы, сотрудничающей с Университетом Бирзейт на Западном берегу. Кроме того, я планировала познакомить ее с нашими местными партнерами по исследованиям.

    В отличие от Белен, которая никогда не была в Израиле или на палестинских территориях, я за последние годы, начиная с 2015-го, несколько раз ездила туда для проведения исследований. Эта была моя восьмая поездка.

    Теперь, после того как Израиль вновь открыл границы, я хотела воспользоваться возможностью навестить партнеров по исследованиям и друзей, а также представить нашу новую парагвайскую коллегу Белен сотрудникам университета, с которыми мой университет сотрудничал на протяжении многих лет. Для Белен это был первый визит в регион.

    С другой стороны, мне уже доводилось проводить долгие часы в аэропорту «Бен-Гурион». Я знала, каково это, когда меня спрашивают, к кому я еду в гости, и просят перечислить имена родственников или адреса, где я буду останавливаться. Я всегда отвечала честно, мне никогда ничего не надо было скрывать – и в этот раз тоже. Но в этот раз все оказалось иначе.


    Никто не сообщил нам о наших правах

    После приземления в аэропорту «Бен-Гурион» мы с Белен направились в зону, где прибывающие обычно получают визы. Мы протянули наши паспорта женщине за стойкой; у меня это прошло благополучно, а у Белен нет. Вместо того чтобы выдать ей визу, женщина забрала парагвайский паспорт Белен; затем появился мужчина и попросил ее пройти с ним. Я не хотела оставлять свою коллегу одну и решила к ним присоединиться.

    Белен впервые оказалась в такой ситуации. Я сказала ей, чтобы она расслабилась, все пройдет хорошо. Мужчина отвел Белен в небольшую комнату в нескольких метрах от места выдачи багажа. Я решила использовать время с пользой и с визой в руках встала в очередь на паспортный контроль. Но прежде чем подошла моя очередь, сотрудник службы безопасности выделил меня из очереди и расспросил о моем визите и предыдущих посещениях. Он передал мне пропуск для прохода через ворота. Меня пропустили и разрешили въезд в Израиль. Какое облегчение.


    Но примерно через десять минут мне позвонила Белен. Очевидно, ее допрос занял больше времени, чем ожидалось. Я решила вернуться. И вот тут-то все и началось.

    В течение двух с половиной – трех часов нас с Белен агрессивно допрашивал один следователь, а иногда и двое, всегда по отдельности. К этому моменту Белен уже пришлось отдать свой телефон, чтобы следователь проверил ее аккаунты в социальных сетях и список контактов в поисках израильских телефонных номеров. Похоже, отсутствие активности в социальных сетях еще более усилило подозрения против нее. Они уже назвали ее лгуньей и потенциальной угрозой безопасности.

    Вопросы в основном касались волонтерства и участия в демонстрациях по защите гражданских прав. Под конец допроса каждую из нас сфотографировали и просканировали указательные пальцы. Никто не сказал нам, что мы можем отказаться, никто не проинформировал нас о наших правах.

    В конце концов мы получили документ, в котором в качестве причины отказа во въезде было указано «предотвращение нелегальной иммиграции». После этого мы прождали еще пять часов. Нам не предложили ни напитков, ни еды, не сообщили ничего о том, что произойдет дальше. Наконец нас забрал сотрудник иммиграционной службы и сопроводил на проверку безопасности наших личных вещей. За этим последовало еще несколько допросов, после чего через пять часов нас отправили обратно.

    «Угроза международной безопасности»

    Я ростом 1,75, но, когда я сидела рядом с комнатой для допросов и слышала, как следователь орет на мою коллегу и угрожает ей, я чувствовала себя маленькой, сломленной, отчаявшейся. Попросту жалкой.

    Конечно, допрос – не самая приятная ситуация, в которую можно попасть. Но в этот раз все было по-другому. Мы не собирались участвовать в демонстрациях в защиту гражданских прав. Мы не собирались быть «волонтерами», что бы это слово ни значило, тем более что следователь и сам не мог этого объяснить.

    Следователь угрожал нам запретом на выезд на десять лет и тем, что мы будем помечены как «угроза международной безопасности». И хотя мы знали, что это всего лишь пустая угроза, подобная перспектива нас пугала. Один из следователей беспрерывно на нас орал и обвинял в том, что мы лжем.

    Это было как в кино, но только это был не фильм, а реальность – и довольно страшная. Следователи решили поиграть с нами в игру «хороший полицейский/плохой полицейский»: теперь, когда мы со следователем стали как бы друзьями, я могла просто говорить правду, но, если я и дальше буду врать, он не сможет мне помочь. Они даже пытались натравить нас друг на друга: говорили, что другая уже созналась и мы можем больше не врать, потому что они уже все знают. Мне пришлось отдать им свой телефон: они хотели просмотреть мою ленту в Facebook.

    Высосанные из пальца обвинения

    Нас допрашивали, нам угрожали. Нас обвинили в правозащитной деятельности. Мою визу аннулировали. И в конце концов нас депортировали в Германию.

    Сейчас, размышляя об этом инциденте, я пытаюсь понять, что это было. На каком основании было принято решение? Мы не пытались нелегально иммигрировать в Израиль – у нас на руках были обратные билеты в Германию на 14 декабря. Мы не собирались принимать участие в демонстрациях в защиту гражданских прав. А даже если и собирались – разве в демократической стране это запрещено?

    Поскольку у палестинцев нет своего аэропорта и они не контролируют собственные границы, они зависят от правил въезда, которые устанавливает Израиль. Израильтяне, а не палестинцы, решают, кому разрешено посещать палестинцев, а кому нет, кто может сотрудничать с палестинскими университетами, а кто нет. В нашем случае во встрече с нашими палестинскими партнерами по исследованиям было отказано по абсурдным причинам.

    Мне всегда казалось, что отказ во въезде в Израиль и, следовательно, на палестинские территории – это выдумки. Или по крайней мере я была уверена, что со мной такого не произойдет. Но мне было наглядно показано, что я ошибалась. 

    Я до сих пор не могу переварить это оскорбительное отношение ко мне в аэропорту «Бен-Гурион». В моих глазах обвинение в «запланированном участии в демонстрациях в защиту гражданских прав» в качестве повода отказа во въезде в демократическую страну звучит возмутительно.

    На настоящий момент я все еще не могу понять, может ли продолжаться академическое сотрудничество между моим университетом и Университетом Бирзейт, если физические встречи между исследователями невозможны.

    Сара Руллер, «ХаАрец», М.Р. Фото: Эмиль Сальман √

    Сара Руллер – научный сотрудник Университета Зигена в Германии. Она принимала участие в различных исследовательских проектах на Западном берегу, в том числе по темам совместного обучения с компьютерной поддержкой. Эти проекты финансируются министерствами иностранных дел и образования и научных исследований Германии, службой академических обменов Германии и программой ЕС Erasmus+.

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

    DW на русском: главные мировые новости

    "Заповедник": сатирическое шоу

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend