Кто защитит Верховный суд

Речь пойдет о коалиционных переговорах, начавшихся сразу после выборов 2015 года. Тогда фракция «Еврейский дом» потребовала, чтобы соглашения включали пункт о преодолении «вето», ослабляющий полномочия Верховного суда и, тем самым, позволяющий регулярно принимать любой закон, отмененный БАГАЦем, простым большинством. Беннет и Шакед также потребовали изменить состав парламентской комиссии по выбору судей. Ультраортодоксальные партии, разумеется, согласились с этими требованиями. Авигдор Либерман тоже им не препятствовал.

До 2015 года Нетаниягу блокировал подобные инициативы. Более того, на протяжении большей части своей карьеры он считал, что не вправе вступать в конфронтацию с судебной системой. Однако после выборов 2015 года Нетаниягу уже не тот, что был раньше; и его представители Ярив Левин и Давид Шомрон с энтузиазмом взялись за продвижение упомянутых инициатив. Это должны были быть реальные, настоящие изменения, но не наносящие ущерб, подобные тем, которым способствовала впоследствии Шакед в своей борьбе с БАГАЦем, называя их «революционными».

Состав уже, было, тронулся в путь, но его движение перекрыл «шлагбаум», опущенный партией «Кулану».

Представитель переговорной группы этой партии, адвокат Алон Геллерт провел переговоры с большинством политиков, входящих в коалицию; оценив возможный потенциал бедствия, он убедил Кахлона наложить «вето» на продвигаемую инициативу и заложить право «вето» на эту же инициативу в коалиционном соглашении. Министры «Ликуда» пришли в неописуемую ярость; они вспомнили, что, будучи в «Ликуде», Кахлон, напротив, подобные инициативы одобрял и поддерживал. Но Кахлон был убежден, что в этом плане все зашло слишком далеко, и за четыре года, прошедших со времени выборов 2015 года, не раз применял право «вето», блокируя зачастую большинство идей Шакед.

Глава финансового ведомства осознавал, что никаких политических дивидендов на этом не заработает, поскольку проблема с отношением к судебной системе вообще не входила в список его приоритетов. Тем не менее, он гордился своим поступком и даже обдумывал идею – потребовать портфель министра юстиции.Но когда на горизонте замаячили выборы, все изменилось: Кахлон стал резко терять свою популярность и был вынужден бороться за политическое выживание.

В углубленных внутренних опросах выяснилось, что занятая им позиция по отношению к инициативам Шакед нанесла ему ущерб среди его электората. Люди Кахлона выявили респондентов, для которых он перестал быть главным предпочтением и стал «вторым выбором». Когда у опрашиваемых поинтересовались, почему Кахлон не стал их «первым выборов», ответ большинства из них был однозначным – из-за его позиции по отношению к БАГАЦу. Это называется – «упасть лицом в грязь».

Несколько месяцев назад Кахлон встретился с бывшими членами Верховного суда Аароном Бараком и Ицхаком Замиром, которые пришли к нему с просьбой – заблокировать продвигаемый Шакед закон о юридических советниках министерств.

Как рассказывал позже Кахлон, он дал понять своим собеседникам, что более не намерен быть их «шиитским террористом-смертником». По словам лидера «Кулану», он объяснил судьям, что им все же придется провести некоторую реформу, чтобы смягчить негативные настроения общества по отношению к БАГАЦу.

В данный момент для Кахлона и его партии наступили поистине критические дни: если «Кулану» преодолеет электоральный барьер, то ее лидер может вновь занять пост министра финансов в любой узкой коалиции. Ганц тотчас «оформит» его на работу по телефону из резиденции президента, да и Нетаниягу, ни на секунду не задумываясь, предложит ему то же самое. А если Кахлон не пройдет в Кнессет, его политическая карьера приостановится, по крайней мере, на ближайшие годы.

Однако позиция, занятая Кахлоном по поводу того, что необходима небольшая реформа БАГАЦа, куда драматичнее, чем вопрос, пройдет или не пройдет «Кулану» электоральный барьер. Страшно себе представить, как сложится будущая коалиция Нетаниягу, если исходить из недавнего опроса, проведенного «ХаАрец».

В такой коалиции закон о юридических советниках и пункт о преодолении «вето», наложенного БАГАЦем, покажутся детским лепетом по сравнению с другими инициативами. Моше Фейглин, Михаэль Бен-Ари, Арье Дери и Яаков Лицман считают членов Верховного суда, адвокатов и юрисконсультов почти врагами. Эта группа будет настаивать на более серьезных и масштабных драматических переменах, чем те, которые до сегодняшнего времени пыталась проводить Шакед.

Нетаниягу давно съехал с тормозов. Его нападки на систему правосудия, на генеральную прокуратуру и на полицию подорвали доверие общества к этим организациям, и он, разумеется, будет готов радикально изменить ситуацию, более, чем кто-либо другой, прежде чем юридический советник правительства примет окончательное решение по его делу. Может быть, Бени Ганц, чтобы предотвратить эту угрозу, нарушит свое слово и войдет в правительство Нетаниягу?

Равив Друкер, «ХаАрец», М.К. К.В. 

Фото: Эмиль Сальман


Реклама

Анонс

Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend