Monday 17.01.2022|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...

    Израильтяне против евреев: избиратели, которые решат судьбу Нетаниягу

    Трудно было представить, что именно Биньямин Нетаниягу окажется тем израильским политиком, который зацементирует «непоколебимую связь» с ультраортодокальными партиями. Он происходит из сверхсветского окружения - верный сын своего отца, который восстал против своего собственного отца, раввина Натана Миликовского. Стайка мальчишек, возглавляемая его старшим братом Йони, с которым Биби всегда и во всем брал пример, бродила по улицам Иерусалима 1950-х годов, дразня детей с пейсами и в черных костюмах. Нередко мальчишки дрались между собой. Семья Нетаниягу редко посещала синагогу, за исключением каких-нибудь исключительно важных событий.


    В юношеские годы в Филадельфии Биби посещал государственную школу. Он никогда не соблюдал ни кашрут, ни субботу, а его вторая жена не была еврейкой по Галахе. Традиции, в которых он воспитывался, лучше всего охарактеризовать, как светский еврейский национализм, находящийся под сильным влиянием либертарианства в американском стиле.

    Когда он пришел в политику в конце 1980-х годов и начал стремительную карьеру, большинство его соперников имели явное преимущество в важнейшем вопросе по формированию коалиции – связи с ультраортодоксальным руководством.  Шимон Перес поддерживал доверительные и дружеские отношения со многими раввинами на протяжении десятилетий.

    Главным политическим событием, предшествовавшим первому сроку Нетаниягу на посту, был так называемый «грязный трюк», когда Перес в 1990 году попытался сформировать левое правительство меньшинства с ультраортодоксами при поддержке извне арабских депутатов. Пересу это почти удалось, но в последний момент произошел неожиданный раскол в ультраортодоксальном руководстве.


    Оглядываясь назад, можно сказать, что «грязный трюк» стал вехой в ориентации ультраортодоксов на правый лагерь. Но альянс с левоцентристскими партиями не был расторгнут окончательно. Ультраортодоксы оставили за собой такую возможность.

    После «грязного трюка» Нетаниягу поддержал изменение законов о выборах, укрепив позицию премьер-министра и потенциально ослабив переговорную силу партий ультраортодоксов. Другие лидеры «Ликуда», такие как Ариэль Шарон и Эхуд Ольмерт, предпочитали вкладывать средства в укрепление союза с раввинами, не скупясь ни на что. Нетаниягу начал активно обхаживать ультраортодоксов только в середине 90-х годов, когда, будучи лидером «Ликуда», он понял, что ему нужны эти голоса для победы на выборах.

    Именно Ольмерт показал ему этот путь в 1993 году, когда добился того, что многие считали невозможным: сверг вечного мэра Иерусалима, лейбориста Тедди Колека. Ольмерт сделал то, чего не сделал ни один лидер «Ликуда», подписав коалиционные соглашения с ультраортодоксальными партиями до выборов. Это был революционный шаг в израильской политике: впервые раввины призвали своих последователей голосовать за светского кандидата.

    Это был как идеологический, так и политический прецедент - ультраортодоксы отказались от своей традиционной позиции, не отдавая предпочтения ни левому, ни правому лагерю, оставляя как можно больше возможностей для маневра при переговорах со всеми сторонами.

    Реальные причины изменения подхода ультраортодоксального политического истеблишмента достойны отдельного рассказа. Достаточно сказать, что раввины полностью осознавали симпатии к правым среди своей молодежи. Они понимали, что при политическом союзе с левыми эти молодые люди будут чувствовать дискомфорт.

    Оглядываясь назад, можно сказать, что это было наиболее значительным событием в израильской политике с тех пор, как «Ликуд» впервые одержал победу на выборах в кнессет в 1977 году. Но в середине 1990-х все еще казалось, что сделка Ольмерта в Иерусалиме может оказаться одноразовой.


    Хитро-мудрая стратегия

    Не было никакой гарантии, что ультраортодоксы совершат ту же сделку на национальном уровне. В Иерусалиме в силу демографических причин их союз с "Ликудом" почти наверняка привел бы к победе. Что касается кнессета и большой политики, то здесь победа выглядела не столь очевидной. Нетаниягу и «Ликуд» казались им гораздо менее надежными. В то время он не только казался им слишком светским, но и был запятнан сексуальным скандалом с «горячей кассетой», который, впрочем, не смог сорвать основную политическую кампанию «Ликуда».

    Когда избирательная кампания 1996 года была в самом разгаре, казалось, что Перес, которого десятилетиями знали и любили ведущие раввины, все еще имеет преимущество. Но у Нетаниягу были свои козыри : он использовал первые в Израиле прямые выборы премьер-министра.


    Формат таких выборов означал, что ультраортодоксы будут голосовать не только за свою партию. У них был еще один бюллетень за одного из светских кандидатов на пост главы правительства. Конечно, у раввинов был огромный авторитет среди их паствы, но ведь они не могли контролировать, какой именно второй бюллетень будет вложен в конверт за занавеской на избирательном участке. Перес полностью полагался на раввинов, поэтому он вообще не вел избирательную кампанию среди ультраортодоксов. Нетаниягу обхаживал раввинов, с одной стороны, а с другой - выбрал гораздо более сложную стратегию.

    Артур Финкельштейн, американский стратегический советник Нетаниягу, полагал, что был один посыл, который мог зацепить как светских, так и религиозных избирателей. Он провел социологическое исследование, где был вопрос к избирателям: «Кем вы себя ощущаете прежде всего, евреями или израильтянами?» Результаты убедили его, что среди избирателей было гораздо больше тех, кто в первую очередь считал себя евреем, причем не только среди религиозных.

    Два основных вывода из этого исследования заключались в том, что Нетаниягу нужна была общая тема, которая была бы привлекательна как для религиозных, так и для светских избирателей, потому что многие светские правые избиратели могли отвернуться от Нетаниягу из-за кампании, которая была бы открыто обращена к ультраортодоксальным избирателям.

    "Ликуд" решил сосредоточить свой главный посыл на Иерусалиме с (ложным) лозунгом «Перес разделит Иерусалим». В последние 48 часов перед выборами был также неофициальный лозунг, появившийся в виде миллионов плакатов и наклеек. Их распространяли хасиды ХАБАДа на перекрестках. Текст гласил: «Нетаниягу – это хорошо для евреев». Вторая кампания, с которой «Ликуд» отрицал какую-либо связь, координировалась Ариэлем Шароном, который в те времена был любимым «ликудником» для ультраортодоксальных раввинов.

    В интервью «ХаАрец» после своего поражения Перес посетовал: «Израильтяне проиграли выборы». Когда его спросили, кто победил, он ответил: «Евреи победили».

    Он был абсолютно прав в определении источника своего падения, но неточен в том, что полностью разделил эти два фактора. Нетаниягу победил благодаря тому, что многие нерелигиозные израильтяне все еще идентифицировали себя прежде всего как евреи, в то время как очень религиозная публика тоже чувствует себя израильтянами в достаточной степени, чтобы иметь собственные политические предпочтения.

    Нетаниягу победил Переса благодаря ультраортодоксальным избирателям. Но их никогда не было бы достаточно без гораздо большего правого лагеря, который уважительно относится к традициям. Нетаниягу узнал от Финкельштейна, что он может использовать один посыл для обеих этих групп.

    Был и более глубокий негативный посыл: Нетаниягу клеймил левых израильтян не только как слабых и непатриотичных, но и как плохих евреев. В октябре 1997 года радиожурналист записал, как Нетаниягу нашептывал на ухо раввину Ицхаку Кадури, что «левые забыли, что значит быть евреем. Они верят, что могут вверить нашу безопасность в руки арабов, [что] мы отдадим им часть земли, и они позаботятся о нас». Конечно, эти слова были произнесены не для публикации в СМИ, но это был спланированный посыл, который Нетаниягу намеревался передать.

    Повторение стратегии

    За последние два десятилетия Нетаниягу раз за разом повторяет эту стратегию. Он все больше затачивал свои посылы под правую аудиторию с сильной еврейской самоидентификацией. Вместо того, чтобы пытаться расширить свой электорат, обратившись к центристам, он разжигает ненависть к арабам, средствам массовой информации, судам и элите. Но то, что сработало в 1996 году, не работало в последующее десятилетие. «Израильтяне» сплотились под центристскими знаменами: Эхуд Барак победил Нетаниягу на выборах премьер-министра в 1999 году с перевесом в 12 мандатов.

    Когда рано утром ликующий Барак приехал отпраздновать свою победу на площадь Рабина в Тель-Авиве, толпа скандировала: «Только не ШАС!» Они поняли посыл. Это была не просто победа над Нетаниягу и правыми. Они также победили ультраортодоксальные партии (ШАС и "Еврейство Торы"), и это вселяло в них еще большую радость. На этот раз израильтяне победили, а евреи проиграли.

    Возвращение Нетаниягу в качестве лидера «Ликуда» в 2006 году стало еще более печальным. На этот раз победила центристская партия «Кадима», основанная Шароном и возглавляемая Ольмертом, и «Ликуд» достиг своего худшего результата за 55 лет, набрав всего 12 мест в кнессете.

    Но Нетаниягу не поменял тактику. У него было больше выносливости, чем у Барака, Шарона и Ольмерта, и на его стороне была демография: появилось новое поколение ультраортодоксов, где самая высокая рождаемость. Это наращивало «еврейскую» базу избирателей.

    Наконец, он вернулся к власти в 2009 году, когда правые и религиозные партии вернули себе большинство. Евреи одержали победу - и делали это с тех пор на четырех следовавших друг за другом выборах, включая последние выборы в апреле 2019 года. Тогда неспособность Нетаниягу сформировать правящую коалицию была вызвана отсутствием право-религиозного большинства. «Евреи» все же победили, но из-за личного конфликта с Авигдором Либерманом, который решил не вступать в коалицию, Нетаниягу остался без большинства.

    Но это всего лишь отклонение. С Нетаниягу или без него процесс неумолимо продолжается. Закономерность простая. Рост большинства «евреев» поддерживается демографией и растущим расизмом в израильском обществе в результате провала мирного процесса и пропаганды Нетаниягу. Некоторые могут мне возразить, утверждая, что семена расизма существовали всегда, поэтому они не могли не прорасти.

    С другой стороны, «израильтян» становилось все меньше. В 2012 году Высший суд справедливости отклонил ходатайство писателя Йорама Канюка и других лиц о том, что он хочет быть зарегистрирован в МВД, как «израильтянин». Ранее они получили право в окружном суде удалить слово «еврей» из своего личного дела, и дать определение «не указано». Однако суд отказался признать новое определение «израильтян», лишенных «еврейства». Это был ключевой момент, который должен был получить более широкое признание: группа светских израильтян хотела отмежеваться от иудаизма и отказаться от какой-либо стороны в общественном диалоге о том, что значит быть евреем.

    Интересно, что ультраортодоксальные политики не возражали против действий Канюка. Наоборот, они восприняли это с радостью. Это было оправданием их антисионистской идеологии, по которой светское государство лишено реального еврейского характера. Именно судьи БАГАЦа, которых так часто обвиняли в том, что они левые и лишены какой-либо лояльности к иудаизму, не приняли концепцию нееврейского израильского гражданства даже для меньшинства светских левых.

    Если Либерману и Ганцу удастся покончить с эрой Нетаниягу на этих выборах, это не будет временной победой «израильтян» над «евреями». Либерман такой же националист, как Нетаниягу, если не больше. «Кахоль-лаван» практически идентичен "Ликуду" почти во всех сферах, за исключением свободы вероисповедания и приверженности верховенству закона. По сути, именно таким был "Ликуд" до того, как Нетаниягу превратил партию в собственную платформу политического и личного выживания. Но большинство его избирателей не будут голосовать исключительно, как «евреи» или «израильтяне». Существует вероятность, что после того, как Нетаниягу покинет сцену, его политика «евреев» против «израильтян» также утратит часть своей вопиющей токсичности. Это могут быть первые выборы, на которых победят евреи-израильтяне.

    Аншель Пфеффер, «ХаАрец» Ц.З. На снимке: демонстрация ультраортодоксов против
    призыва в ЦАХАЛ.  Фото: Томер Аппельбаум

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

    DW на русском: главные мировые новости

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend