В Израиле все начинается со стюардесс

На какое-то мгновение могло показаться, что, несмотря на юный возраст, Лиза Пинчевски – выдающаяся актриса, к тому же обладающая необходимыми навыками, которые позволяют ей свободно ориентироваться в валютной торговле. С этой целью она открыла в 2005 году счет в банке «Игуд», и тотчас получила возможность воспользоваться кредитом в 1,5 млн долларов, который употребила для игры на понижение турецкой лиры. А несколько месяцев спустя кредит Пинчевски был увеличен до 3 млн долларов, затем до 4 млн  долларов – и все это с личного одобрения тогдашнего гендиректора банка «Игуд». Казалось, он был глубоко впечатлен профессионализмом молодой женщины.

Однако через какое-то время выяснилось, что Пинчевски – всего лишь стюардесса, которая по случайности работала на частном самолете, принадлежавшем обанкротившемуся магнату Элиэзеру Фишману. И после того, как он понес большие убытки, сделав ставку на турецкую лиру, он еще и дал личную гарантию в пользу своей стюардессы, чтобы она могла получить кредит – и это впоследствии вызвало опасение (вполне обоснованное), что Пинчевски выступает отнюдь не сертифицированным трейдером, а обычным подставным лицом. Так это или нет, но кредит банку до сих пор не погашен.

Другой известной стюардессой, чьи тесные отношения с важными пассажирами кардинально изменили ее судьбу, была Сара Бен-Арци. На самолете авиакомпании «Эль-Аль», который летел с пересадкой в Амстердаме, она должна была обслужить вип-персону – тогдашнего замминистра иностранных дел Биньямина Нетаниягу. Когда через несколько месяцев они поженились, она уже была беременна, а остальное стало историей. И Сара была не последней, кто привлек внимание израильских сановников.

Подобная история вновь попала в заголовки наших СМИ, когда стало известно, что ушедший в отставку директор «Моссада» Йоси Коэн был замечен в любовной связи со стюардессой. Как утверждал журналист 13 телеканала Равив Друкер, Коэн якобы делился с ней некоторыми государственными тайнами, раскрытие которых таило в себе угрозу национальной безопасности – и это потребовало вмешательства юридического советника правительства.

Что же происходит с израильскими знаменитостями, когда они сталкиваются со стюардессами?

Может, освобождение от жестких кодов поведения страны происхождения непосредственно перед тем, как вступят в силу жесткие коды страны назначения, заставляет их терять голову в небе? Может быть, именно в самолете возникает ощущение безграничного пространства, позволяющее безнаказанно переходить установленные границы?

И, возможно, весь этот мир – терминалов, самолетов, заграницы в целом – создает некое точечное, одноразовое впечатление, одноразовый опыт, после которого можно со спокойной совестью продолжать свой путь, как будто ничего и не было, так что этот временной предел можно использовать, чтобы нарушать правила, не чувствуя ответственности, без каких-либо угрызений совести, потому что следующей встречи все равно не будет?

Это равносильно тому, чтобы сбежать из ресторана в Париже, не оставив чаевых, или напиться на вечеринке у бассейна на Кипре, или продать вредоносное программное обеспечение какому-то сумасшедшему шейху, который использует это ПО против своего противника.

Неужели излишне тесные отношения с бортпроводницами объясняются только тем, что они остаются за границей и в Израиль не возвращаются?

Безответственность флирта

Шесть месяцев назад сидели перед телевизором инженер из авиаконцерна, маркетолог из концерна «Эльбит» и сотрудник отдела экспортного контроля министерства обороны – они смотрели репортаж о том, как на улицах Баку празднуют победу Азербайджана над Арменией. Они видели, как президент Азербайджана Ильхам Алиев машет толпе, видели, что рядом с ним находился его политический союзник, президентом Турции Реджеп Тайип Эрдоган, а затем видели, как эти двое приветствовали колонну грузовиков с оружием во главе с героями войны, сеящими смерть – Harоp (передвижная ракета производства израильского авиаконцерна) и Hermes 450/900 (БПЛА производства «Эльбит»).

И вдруг эту троицу осенило: «Что же мы натворили?»… Если задуматься, нам, возможно, не стоило продавать также ракеты класса «земля-земля» (LORA), кассетные ракеты (EXTRA) и кассетные снаряды (LAR-160); не следовало продавать азербайджанцам хакерскую программу NSO Pegasus – а также Саудовской Аравии, Марокко, Мексике или Руанде; и, возможно, не следовало использовать стюардессу для получения кредита под валютные азартные игры – или для разглашения государственной тайны, чтобы усложнить ей жизнь, учитывая расследование, которое будет проводить отдел безопасности министерства обороны.

Чистые руки

«Они с нами каждый понедельник и четверг», – признался однажды высокопоставленный чиновник министерства обороны, комментируя сложные отношения властей с NSO – задолго до того, как израильская киберкомпания попала в заголовки газет, утверждавших, что она помогла взломать 50 тысяч уязвимых мобильных устройств по всему миру.

Боже праведный, в течение многих лет NSO получала ​​конфиденциальную  правительственную информацию. Мир убежден, что эта компания купила молчание «Моссада» о доступе к избранным сотовым телефонам.

Бывший главный военный цензор (бригадный генерал Ариэла Бен-Авраам) и бывший заместитель пресс-секретаря ЦАХАЛа (подполковник Одед Гершковиц) сидели в это время на зарплате у этой засекреченной компании, а Шарон Шалом, бывший начальник штаба тогдашнего министра обороны Авигдора Либермана, работал с этой компанией, выписывая ей соответствующие квитанции.

А кто должен следить за NSO и остальными экспортерами оружия, кроме директора «Моссада» (когда он не флиртует со стюардессами)? Кто должен следить за тем, чтобы нам всем не было стыдно в небе и на земле?

Руководителем отдела экспортного контроля выступает гендиректор министерства обороны, который также курирует соответствующее подразделение, распределяющее разрешения на экспорт оборонной продукции. Как вам такое сочетание?

И министерство обороны, кстати, сгребает немалые комиссионные за оборонный экспорт, который организовали его люди, а также управляет оборонным бюджетом и ведением счетов заработной платы в ЦАХАЛе и продажами оружия: только эта система может доверить человеку независимый контроль за ним самим.

Нет, что-то нехорошее происходит с израильтянами, когда их выпускают из местной скороварки и они садятся в самолет, чтобы «подышать воздухом». Эта мнимая свобода в сочетании с большими деньгами и интересами национальной безопасности подобна какой-то паутине, где само собой разумеющимся считается эксплуатация стюардесс или продажа оружия темным элементам.

На высоте 10 000 километров природа израильтянина, видимо, такова, что ощущает свою близость к Богу настолько, что готова занять его место. Вот почему – вне зависимости от «короны» – мы имеем дело с еще одной неприятной лазейкой в аэропорту «Бен-Гурион», которую нужно побыстрее закрыть.

Ави Бар-Эли, TheMarker. М.К. Фото: Depositphotos.com