Израильский политик рассказал о своей переписке с Навальным

Израильский общественный деятель, бывший диссидент и «отказник» Натан Щаранский, рассказал в колонке для издания The Economist о том, что он переписывался с Алексеем Навальным.

Они обменивались письмами незадолго до смерти российского оппозиционера, когда Навальный уже находился в колонии.

«Около года назад я получил письмо из своей альма-матер: советского ГУЛАГа, где я провел девять лет по обвинению в антисоветской деятельности, государственной измене и шпионаже. Письмо прислал Алексей Навальный из штрафного изолятора, или ШИЗО, самого строгого типа камер для наказания в ГУЛАГе. Он написал мне, что, читая мою книгу «Не убоюсь зла», был удивлен сходством нашего опыта», — пишет Щаранский (здесь и далее – цитаты по переводу «Медузы»).

«За девять лет заключения я провел в ШИЗО 405 дней. Это небольшая темная камера размером три на два метра. В ней так холодно, что не удается спать. На день в ней выдают три куска хлеба и три кружки горячей воды. Нечего читать, нечего писать, не с кем поговорить. Наказание ограничено 15 днями, но если система хочет вас сломать, то вас помещают туда раз за разом», — вспоминает Натан Щаранский.

Бывший диссидент, боровшийся за право советских евреев на выезд, написал в ответ Навальному:  «Судя по времени, которое ты провел в ШИЗО, скоро ты побьешь все мои рекорды. Надеюсь, тебе это не удастся».

• Читайте также: 
• Россия прощается с Навальным, власти создают препятствия
• Юлия Навальная в Европарламенте: «С Путиным надо действовать не как с политиком, а как с главарем банды»
• Западная пресса подтверждает: Навального готовились освободить в обмен на киллера из ФСБ

«Но это произошло. […] И в отличие от меня, он так и не вышел из ГУЛАГа», — с горечью отмечает Щаранский.

Он цитирует письмо Алексея Навального:

«В вашей альма-матер ничего не изменилось. Традиции чтутся. В пятницу вечером меня выпустили из ШИЗО, а в понедельник мне назначили еще 15 суток. Все как в [книге] Екклесиаста: что было, то и будет. Но я продолжаю верить, что мы это исправим. Однажды в России будет то, чего не было. И не будет того, что было».

Щаранский пишет о большой разнице между временем, когда он сам боролся с советской системой, и эпохой Навального.

«В мое время западные политики понимали масштаб исторической борьбы и рассматривали судьбу советских политзаключенных как часть собственной безопасности. Сейчас они этого не делают. И это ошибка исторического масштаба», — уверен он.

По словам политика, «Россия управляет людьми в основном за счет страха». Всех граждан можно разделить на «истинно верующих» — тех, кто разделяет идеологию режима, «двоемыслящих» — тех, кто не согласен, но боится открыто сказать об этом, и «диссидентов» — тех, кто открыто выступает против.

«Большие перемены в обществе происходят, когда большое число двоемыслящих пересекают черту инакомыслия. Диссиденты одним своим присутствием и примером являются огромным катализатором этого процесса. Как я писал Навальному: «Оставаясь свободным человеком в тюрьме, ты, Алексей, влияешь на души миллионов людей по всему миру». И именно по этой причине диссиденты при диктатурах являются важными союзниками свободного мира», — подчеркивает Щаранский.

Израильский политик призвал в свое колонке западных лидеров занять более жесткую позицию по отношению к России, активнее поддерживать Украину – и защищать права инакомыслящих внутри самой РФ. Щаранский приводит в пример администрацию Рональда Рейгана в 1980-е годы. Для нее одним из главных вопросов, который всегда поднимался в отношениях с СССР, были права человека в Советском союзе и судьба диссидентов.

«Крайне важно, чтобы Запад сегодня принял аналогичный подход. Его конфронтация с режимом Владимира Путина должна включать усиление военного сдерживания на границах с Россией, увеличение поддержки Украины и разработку политики в отношении диссидентов внутри самой России.

Опыт холодной войны показывает, что эта политика может работать только в том случае, если она будет последовательной, системной и поддерживаемой западным общественным мнением. Ее реализация так же необходима, как и снабжение украинской армии артиллерийскими снарядами», — подчеркнул Щаранский.

Он пишет, что жизни других российских политзаключенных – особенно Ильи Яшина и Владимира Кара-Мурзы, — тоже находятся в опасности.

«Запад должен понять, что политзаключенные — его главные союзники внутри России. Он должен относиться к ним как к заложникам, которых необходимо обменять на сторонников путинизма, содержащихся в западных тюрьмах (как это делали Рейган и его предшественник Джимми Картер). Вместо того, чтобы просто выражать «озабоченность» по поводу судьбы диссидентов, Запад должен выработать гораздо более жесткую тактику для их освобождения», — заключает израильский политик.

«Детали», Д.Г. Moscow City Court via AP