Израильский опыт. Семья из осколков, жизнь вопреки смерти

Во время Войны за независимость она потеряла мать. Спустя 45 лет в Ливане погиб ее сын.


В 1953 году, когда ей было всего шесть лет, Батья Ашер, жившая тогда в Квуцат-Явне, кибуце к востоку от Ашдода, узнала о страшной тайне, которую от нее скрывали родители.

«Я стояла в кругу других детей, – вспоминает Батья, – и вдруг один из них сказал мне: «Ты знаешь, а на самом деле тебя родила не твоя мать». Я побежала домой, тотчас стала спрашивать у родителей, так ли это, они сказали мне, что это – правда, но больше ничего не сказали».

Таким образом, жестокая детская шалость стала определяющим событием в ее жизни, событием, последствия которого сказываются до сих пор, спустя почти семьдесят лет.

«Ощущение некоей неполноценности не покидало меня с того времени, и я стала девушкой, женщиной, матерью и бабушкой, которая всего-навсего хочет, чтобы ее любили», – признается Батья.

«Тайна», о которой шла речь, относилась к самому началу Войны за независимость; через десять дней после того, как было объявлено о создании Государства Израиль, 24 мая 1948 года, в небе над Квуцат-Явне появился египетский самолет.

В одном из кибуцных бараков сидела беременная Хадасса Вульф со своей годовалой дочкой Батьей и пила кофе с друзьями – супружеской парой Авраамом («Корти») и Хани Меир; здесь же, поблизости, играли их дети – близнецы Рут и Натан, трех лет, а дочка Лия в это время была в доме малютки.

Фоторепродукция: Илан Асаяг

Казалось бы, ничто не предвещало беды. Друзья пили кофе и смотрели, как уже не один самолет, а несколько, снизившись, пролетают над кибуцем, и гадали, израильские это самолеты или египетские. Внезапно один из детей закричал. Хани, медик по профессии, бросилась на крик и обнаружила, что ребенка укусила пчела. Позже оказалось, что именно это и спасло ей жизнь: бомба, сброшенная одним из египетских самолетов, попала прямо в барак, убив трех человек – Хадассу, Авраама и его дочь Рут. Батья была ранена, и ее доставили в больницу. Пострадал и Натан, и ему также оказали срочную медицинскую помощь.

Йосеф Вульф, муж Хадассы, работал за пределами кибуца, когда началась бомбардировка, и лишь позже ему сообщили, что среди погибших была его беременная супруга. Возвращаясь, он увидел, как его друзья несут тело Хадассы на носилках.

На следующий день под завывание сирен состоялись похороны трех погибших – Хадассы, Авраама и Рут; их всех похоронили рядом. Из-за проблем с безопасностью и опасений, что египтяне вновь могут атаковать кибуц, родственники не смогли прийти, чтобы проводить своих близких в последний путь. Никто не сидел и «шиву». Словом, погребение носило гражданский характер, как и просили об этом родные и близкие погибших.

Недавно, в преддверии Дня памяти, министерство обороны удовлетворило просьбу потомков, заменив памятники Хадассе и Аврааму на военные памятники. Теперь на надгробии Авраама красуется эмблема ЦАХАЛа, а на надгробии Хадассы – «Хаганы».

Авраам («Корти») Меир родился в 1924 году во Франкфурте, а в шестнадцатилетнем возрасте репатриировался в тогдашнюю Палестину в составе молодежной группы репатриантов. Его сестра Лия была убита во время Холокоста. Позже он присоединился к тем, кто создавал кибуц Квуцат-Явне, и здесь же женился на своей возлюбленной Хане (Хани).

Хадасса родилась в Австрии в 1925 году и бежала со своей семьей летом 1940 года на судне с нелегальными репатриантами. В тот момент, когда судно уже входило в территориальные воды Эрец-Исраэль, его остановили англичане и всех, находившихся на борту, решили пересадить на судно «Патрия», которое должно было доставить беглецов на остров Маврикий в Индийском океане. И в этот момент случилась трагедия.

«Хагана», пытаясь помешать депортации, заложила взрывное устройство под днище «Патрии», и когда людей переводили на это судно, раздался взрыв, и оно стало тонуть. В результате вместе с ним утонули и 250 репатриантов. Хадасса оказалась среди выживших, и вместе с родителями и сестрой ее отправили в лагерь для интернированных в Атлите. Позже Хадасса вошла в группу основателей кибуца Квуцат-Яне; там она вышла замуж за Йосефа.

Йосеф (муж Хадассы) и Хани (жена Авраама) в одночасье овдовели; но у них оставались дети, о которых надо было заботиться: у Йосефа – Батья, у Хани – Натан и Лия.

Несчастье сблизило Йосефа и Хани, но связали они свои судьбы только через год после случившегося. А Натан, Лия и Батья стали родными. В 1952 году у Хани и Йосефа родился мальчик, которого они назвали Авраам – в честь погибшего Авраама.

«Они никогда не говорили с нами о том, что наша семья, по сути, сложилась из осколков двух семей. Никто из нас не знал об этом», – признается Батья, словно вглядываясь в глубину прошедших лет. Хотя она узнала правду в возрасте шести лет, сама история по-прежнему оставалась для нее тайной. Только в 1998 году, по прошествии полувека после страшной трагедии, Хани и Йосеф собрали своих детей и потомков и рассказали им все, что произошло тогда, в 1948 году.

«Не было рядом специалистов, которые посоветовали бы, как себя вести, и каждый из нас старался изо всех сил. Это сейчас есть масса возможностей справиться со столь непростой ситуацией, чего не было тогда», – сказала Хани. И добавила: «Мы не могли детям рассказать всего, а то, что рассказали, казалось крайне скудным, неудовлетворительным, и потому, наконец, мы решились рассказать всю правду».

Йосеф поддержал жену: «У нас не было тогда опыта, не было групп поддержки, не было психологов, социальных работников. И нам хотелось найти свой собственный путь преодоления».

А по поводу того, что они решили пожениться, Йосеф сказал так: «Понятно, что мы стали сближаться, нас многое связывало, и потому мы решили построить общий дом. Мы много говорили о том, как посмотрят на это со стороны, что два человека, переживших столь тяжелое горе, создадут новую семью через тринадцать месяцев после трагедии. Но мы не видели в этом проблемы. Напротив, нам казалось это самым естественным, правильным и логичным выходом. Безусловно, мы можем понять, если у вас к нам есть какие-то претензии – почему не сказали раньше, почему не поделились? Я попытаюсь объяснить: когда мы все-таки решились пожениться, то сообща пришли к выводу: у нас будет здоровая семья, у нас будет дом, где будет всегда храниться память о случившемся, но строить семью мы не станем под знаком утраты».

Йосеф умер в 2009 году в возрасте 85 лет, а Хани – в 2016 году в возрасте 93 лет.

Позже, когда у Батьи родилась дочь, она назвала ее Хадасса – в честь погибшей матери, а появившегося затем на свет сына нарекла Эзрой – в честь родного брата ее мужа. Он погиб в 1968 году, преследуя террористов в долине реки Иордан. Во время погони погибли еще пятеро бойцов, в том числе командир батальона НАХАЛЬ Моше Пелес (Стемпель), водрузивший государственный флаг на Стене Плача во время Шестидневной войны.

Фоторепродукция: Илан Асаяг

«Я чувствовала, что у меня нет другого выбора, я должна была назвать своего сына в честь погибшего Эзры», – вспоминает Батья. По ее словам, на следующий день после того, как она вернулась домой из роддома, ей приснился странный сон: «Казалось, глас с небес произнес всего несколько слов: «Армия заберет его у тебя». Я проснулась и поняла, что кто-то хочет, чтобы я срочно изменила имя ребенку, потому я взяла конкорданцию (библейскую симфонию), стала искать новое имя, но каждое, что мне попадалось на глаза, отбраковывала».

Утром Батья рассказала о произошедшем своему мужу и решила, что будет звать ребенка Эзра – с ударением на последнем слоге, чтобы отличить его от Эзры, в честь которого он назван.

Фоторепродукция: Илан Асаяг

«Я спорила с Всевышним, да будет благословен Он, но просила только об одном: пусть мой сын погибнет в бою, но только не в каком-нибудь ДТП». Батья рассказывает, что всю жизнь жила с неодолимым ощущением того, что ее сын погибнет, исполняя свой воинский долг. В 1993 году Эзра Ашер погиб в Ливане, попав под огонь нашего подразделения, сидевшего в засаде.

«В тот день, когда я похоронила его, то сказала, что выбираю жизнь, хотя и не знала, что это значит», – говорит Батья. После смерти Эзры нашли письмо, которое он оставил для своей девушки, и это было его завещание. «От этого бросает в дрожь. Он попросил ее отыскать другого жениха и убедиться, что его отец и мать не потеряли радости жизни», – отмечает Батья. На вопрос, предвидел ли он и собственную смерть, она отвечает: «Кажется, да».

В тяжелые бессонные ночи Батья разговаривает со своим сыном, обещая исполнить его волю и не потерять радость жизни: «Сегодня мне 74 года, я мать троих детей и бабушка внуков. Я живу в мошаве Ткума и по сей день выбираю жизнь».

Иногда, правда, случаются некоторые заминки, как считает Батья: «Каждый год в преддверии Песаха я вдруг чувствую, что мне ничего не нужно. Затем приближается День памяти жертв Холокоста, День памяти воинов ЦАХАЛа и поминальные дни наших близких – но я знаю, что наступят лучшие дни».

Офер Адерет, «ХаАрец», М.К. На снимке: Батья Ашер, на этой неделе. Фото в тексте: Хадасса Вульф, Эзра Ашер, брат мужа Батьи Ашер, погибший в 1968 году, Эзра Ашер, сын Батьи Ашер, погибший в Ливане в 1993 году. Фото: Илан Асаяг √

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
МНЕНИЯ