Главный » Общество » Политика перешла на идиш

Политика перешла на идиш

Не прошло и недели после выборов, как уже обрыдло слышать нескончаемый треп в СМИ о правительстве национального единства. Он родился на пустом месте с ничтожным лексиконом, который, тем не менее, успел овладеть общественным сознанием. Два наиболее зримых слова в этом лексиконе отличаются легко узнаваемым ароматом идиша – «гевалт» и «плонтер».

«Плонтер» означает запутанность. Источник в идише: «плантар».

А еще есть «кунц» – трюк. На идише тоже говорят «кунц». Источник - в немецком языке, где «кунст» означает искусство.

Неожиданно оказалось, что без этих двух архаичных слов, которые за полвека стали неотделимой частью разговорного иврита, – слов, которые больше относятся к речи иммигрантов из Восточной Евровы в 50-х годах – вообще невозможно пользоваться языком, чтобы описать действительность. Мы в «плонтере» сплошного «плонтера».

В телестудиях «плонтер» превратился в своего рода существующее положение. Мы никогда не сумеем проследить таинственный путь, по которому вместе с другими исчезнувшими словами он спустился с «бойдем» (идиш, антресоли) разговорного языка, оказавшись в новостных заголовках. Вчера он был мертв - сегодня ожил.

Более того, оказалось, что единственный способ избавиться от «плонтера» –  это «кунц-патент». В моем детстве гиперактивный ребенок по прозвищу «джинджи» (ивр.сленг «рыжий») – не я, я был хорошим мальчиком – устраивал «кунцы». Мои дети слыхом не слыхивали ни про какие «кунцы».

Опять же мы понятия не имеем, каким образом «кунц» вытащили из «кунцкамеры» слов, вышедших из употребления, как будто без «кунца» нет никакой возможности описать желанное избавление от «плонтера».

«Плонтер» – это существующее положение. В то же время «кунц» – или в более раздражающей версии «кунц-патент» – это «бог из машины», идеал, Мессия-спаситель. И, как обычно в наших палестинах, «плонтер» – это своего рода рок, который обрушился на нас ни с того, ни с сего при нашей полнейшей невиновности, и мы стали его невинными жертвами. Он, Боже упаси, не дело рук израильского гражданина. Все это жертвенное настроение, по-видимому, и вызвало из небытия идишский лексикон, каковой – и в глазах большинства народа, у которого нет восточноевропейских корней – есть ни что иное, как дефолт, для описания ситуации, когда евреи попали в беду.

И само собой разумеется, что «плонтер» и «кунц-патент» опередил «гевалт» – идишский клич о спасении во время предвыборной кампании – еще одно слово, без которого нельзя обойтись во время дискуссии о политическом положении.

Такими темпами очень скоро все новостные сводки будут выходить на идише. Главная новостная программа будет называться «Ой, а брах!» ("Спасите-помогите").

В данную минуту наша изжеванная полемика сосредоточилась на президенте Ривлине, который сам по себе выглядит фигурой из идишского фольклора, привыкнув выдавать милые идишские шутки. Это о нем говорят, что сейчас он держит в руках «горячую картофелину» (еще одна заплесневелая метафора). Он сидел с «женихом» (Нетаниягу?) и невестой (Ганц?), «пока не пошел белый дым» (из горячей картофелины?).

Пока же представляется, что СМИ, а с их помощью и общественность, находят некое утешение в запахе нафталина, исходящего от «плонтера» и «кунца», который на мгновение напоминает запах переваренной курицы в штетле.

Рогель Альпер, «ХаАрец», Р.Р.

На фото: штетл в царской России. Фото: Wikipedia

 

Реклама

Анонс

Реклама

Партнёры

Загрузка…

Реклама

партнеры

Send this to a friend