Saturday 08.05.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    611317_Bnei_Brak_corona_Moti_Milrod

    Израиль – самый успешный и самый провальный

    Израильтянин, работающий в OECD, рассказывает, что его зарубежные коллеги в Париже потешаются над ним: «Они спрашивают, из какой безумной страны я приехал. С одной стороны, после четырех выборов подряд нам не удается сформировать правительство, а с другой – в самый разгар эпидемии коронавируса процветал сектор высоких технологий, и в кампании вакцинирования мы оказались лучшими в мире».

    Год, прошедший с начала эпидемии коронавируса, обнаружил жестокую многоликость Израиля как одной из самых успешных и одновременно самых худших среди развитых стран.

    Наши больничные кассы, без сомнения, лучшие в своем роде медицинские организации в мире, и во многом благодаря им нам удалось справиться с эпидемией и перейти к этапу нормализации.

    В то же время неоднородность Израиля, сложные проблемы ультраортодоксального и арабского секторов и неэффективность работы израильского правительства отбрасывают нас далеко назад, представляя собой экзистенциальную угрозу для будущего страны, куда более серьезную и глобальную, чем иранская ядерная программа.

    На днях Банк Израиля выступил с подробным отчетом о ситуации, сложившейся в результате корона-кризиса. Как ни странно, Банк рискнул погрузиться в эпидемиологические особенности, проанализировать все, что сделано правильно и неправильно в борьбе с эпидемией с медицинской точки зрения – вплоть до стадии вакцинации.

    Выводы, следующие из отчета, заставляют дважды задуматься. Во-первых, выводы сами по себе; во-вторых, выводы, сделанные только сейчас, поскольку все данные находились в ведении министерства здравоохранения в течение всего коронавирусного периода, и тот факт, что минздрав отказывался делиться этими данными, чтобы анализировать их в режиме реального времени, вероятно, нанес стране ощутимый ущерб.

    Если вкратце резюмировать отчет, в знаменателе остается следующее: хвастаться особо нечем, результаты борьбы с эпидемией ближе к посредственным. Немного хуже, чем в среднем по OECD показатели смертности, если учесть, что население страны  моложе других. С точки зрения показателей заболеваемости, Израиль оказался одним из худших, но, к счастью, в основном заболевание сконцентрировалось в молодежной среде, поэтому уровень летальности был минимизирован.

    Но за средними показателями скрывается мрачная картина распространения эпидемии в Израиле, в особенности среди ультраортодоксов и арабов. Уровень заболеваемости среди ультраортодоксов был в шесть раз выше, чем среди остального населения, а среди арабов – почти в два раза выше. Ничего нового в этом нет, как, собственно, и в объяснении, – и в первую очередь это касается ультраортодоксов, – почему уровень инфицирования в этих сегментах населения был столь высок: многодетные семьи, скученные в переполненных квартирах, а также огромная перенаселенность городского общественного пространства. Все это время ультраортодоксы твердили, что заболевание столь активно распространяется, будучи обусловленным их образом жизни, поэтому не стоит сетовать на пугающие показатели инфицирования в их среде.

    Однако Банк Израиля тщательно изучил показатели заболеваемости и госпитализации с учетом специфических условий жизни арабов и ультраортодоксов: плотности семей, ограниченности жилья, густонаселенности городов и молодого возраста населения, принимая во внимание, что, как уже говорилось, болезнь, в основном, была распространена среди молодых людей. Как оказалось, даже с учетом всех этих условий уровень заболеваемости ультраортодоксов по-прежнему высок: без всяких отговорок этот уровень в 4,2 раза превышал уровень заболеваемости среди остального населения, а интенсивность госпитализации оказалась в три раза выше.

    В случае с арабами уровень заболеваемости, в два раза превышавший средний по стране, после вынесения за скобки отягащающих условий снижается до 1,3. Но с точки зрения интенсивности госпитализации, картина прямо противоположная: с двукратного увеличения этот показатель достигает 2,5, по сравнению с уровнем госпитализации евреев, не относящихся к ультраортодоксам.

    Другими словами, все эти оправдания не объясняют высокий уровень заболеваемости и среди арабов, но в особенности – среди ультраортодоксов. Даже если учесть, что у последних условия проживания действительно тяжелы, показатели заболеваемости в их среде все равно в четыре раза выше, чем среди светских. И единственное тому объяснение – это, конечно, отказ от соблюдения правил социального дистанцирования. Утверждения ультраортодоксальных политиков, что СМИ понапрасну давят на ультраортодоксальное население, так как «нарушения директив минздрава  наблюдались повсюду», разоблачены Банком Израиля как ложь: нарушения директив минздрава в ультраортодоксальном секторе были в четыре раза выше, чем у светского населения.

    Проблемы с управлением

    Банк Израиля указывает также еще на два удивительных аспекта. Первый связан с тем, что сложившийся стереотип о повышенном уровне инфицирования в многодетных семьях – то есть речь идет о том, что ультраортодоксы, в основном, заражались дома, – неверен. Анализ, проведенный Банком, показал, что вероятность заражения кого-либо из членов семьи, если один из них заболел, составляла 25-33 процента, по сравнению с 7 процентами вероятного заражения обычным путем для всего населения в целом. Таким образом, вероятность заразиться в «кругу семьи» примерно в четыре раза больше, но это не имело никакого отношения к размеру семьи. В домохозяйстве из двух человек и в домохозяйстве из девяти человек вероятность заражения каждого человека, если один из членов семьи болеет, составляет 25-33 процента – независимо от количества членов семьи.

    Второй вывод касается распространения вируса в системе образования. Анализ, осуществленный Банком Израиля, говорит об отсутствии корреляции между открытием системы образования и ростом уровня инфицирования. В мае 2020 года открытие школ сопровождалось скачком заболеваемости, а в сентябре 2020 года, после такого же открытия, последовало снижение  заболеваемости.

    Анализ всех случаев открытия и закрытия системы образования по отношению к уровням инфицирования населения до и после открытия привел Банк Израиля к выводу, что система образования способствовала увеличению уровня инфицирования на 4 процента. Короче говоря, это увеличило вероятность заражения с 7 до 7,3 процента, не более.

    Банк пришел к упомянутым выводам после того, как смог получить подробные данные (конечно, без имен) всех пациентов с коронавирусом. Таким образом, удалось выяснить, что размер семьи не способствует росту инфицирования и даже с учетом размера семьи или площади квартиры заболеваемость ультраортодоксов все еще неизмеримо высока.

    Выводы однозначны

    Во-первых, они наводят на мысль, что риск заражения в системе образования ничтожен, всего 4 процента, и можно рискнуть, открывая систему образования даже во время больших волн заболеваемости.

    Во-вторых, из всего вышесказанного следует, что ультраортодоксы заслуживают общественного порицания, ибо их отказ соблюдать руководящие принципы минздрава привел к пику заболеваемости в их среде – число инфицированных ультраортодоксов достигло пика в 30 процентов по сравнению с пиком в 8 процентов среди остальных еврейских учащихся и 6 процентов среди арабских учащихся. Можно и нужно было призвать ультраортодоксов к порядку, заявив, что нет никакой связи между условиями жизни ультраортодоксов и пиками заболеваемости, и пришло время для ультраортодоксального руководства взять на себя ответственность за свою паству. Не факт, что тому или иному политику хватило бы смелости  публично упрекнуть ультраортодоксов подобным образом, – Биньямину Нетаниягу ее определенно не хватило – но это то, что следовало сделать. Однако этого не произошло не только потому, что Нетаниягу боится ультраортодоксов, но и по причине централизованного и непрофессионального управления министерства здравоохранения, которое не согласилось делиться необходимыми данными в режиме реального времени.

    Разрыв между высоким качеством работы больничных касс и слабым, централизованным управлением минздрава – это еще одна из примет израильских парадоксов. Страна, которая знает, как стать лучшей и одновременно худшей в мире, и не может устранить огромные административные и управленческие пробелы даже тогда, когда грянула эпидемия, и даже в рамках одной лишь системы здравоохранения.

    Мейрав Арлозоров, TheMarker M.K.  Фото: Моти Мильрод.˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend