Понедельник 30.11.2020|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    knight-pixabay

    Не враг победит Израиль, он рушится изнутри

    «В его словах что-то есть», – сказал мне Эзер Вейцман, комментируя высказывание президента Сирии Хафеза Асада. Это было в 1988 году, Вейцман занимал тогда пост министра без портфеля в правительстве национального единства под руководством Шимона Переса и Ицхака Шамира и выступал за признание ООП и начало мирных переговоров с палестинцами.

    В своем выступлении Асад сравнил сионистов с крестоносцами, а Израиль – с государством, созданным крестоносцами в Палестине. Этим он хотел сказать, что присутствие евреев на Ближнем Востоке столь же преходяще, как и присутствие христианских завоевателей. В 1187 году Салах ад-Дин сокрушил армию крестоносцев у горы Рога Хиттина в Галилее и  заставил чужестранцев вернуться в Европу.

    Подобные параллели проводил не только Асад. В 50-е – 60-е годы историей крестоносцев утешались многие арабы, ощущавшие свою неспособность нанести поражение Государству Израиль. Среди них были и политики, и историки. Они рассматривали сионистов как иноземных завоевателей, которых постигнет та же судьба, что и крестоносцев.

    В израильской полемике тех лет история крестоносцев тоже присутствовала. Только в обратном, зеркальном,  изображении. В 1966 году Далия Равикович написала стихотворение «Рога Хиттина», последняя строфа которого звучала так: «И не было им больше королевства/нигде, в Иерусалиме тоже./ Как жестоки и наивны были крестоносцы,/и грабили все, что попало».

    Израильтян пугала хрупкость их маленького государства, окруженного враждебным арабским миром. Судьбой королевства крестоносцев в контексте современной политической ситуации всерьез интересовался и Ури Авнери. На страницах своего журнала «Ха-олам ха-зе» («Сей мир») он не раз цитировал труд британского историка Стивена Рансимена «История крестовых походов».

    Действительно, это соблазнительное сравнение. Крестоносцы были европейскими завоевателями, проникнутыми религиозной идеологией, которые покоряли чужие земли силой оружия. Они создавали милитаризованные государства, представлявшие культуру Запада в центре мусульманского Востока; они пытались приспособиться к окружающему их миру, но сделать это им было трудно.  Крестоносцев выматывали постоянные войны и ослабляли внутренние распри. В конце концов, их силы иссякли, и их государству пришел конец.

    Возможно, здесь можно усмотреть определенное сходство, но все подобные параллели слишком упрощают историю. Разумеется, это в полной мере относится к сравнению королевства крестоносцев с Государством Израиль.

    Во-первых, нужно помнить, что во времена крестовых походов – с XI по XIII века – не существовало концепции национальных государств, на базе которой возникло и выросло сионистское движение. Прочная связь еврейского народа с Эрец Исраэль и Иерусалимом также затрудняет сравнение между Израилем и государством крестоносцев. Можно найти и многие другие доводы в пользу надуманности такого сравнения.

    Израиль – сильное, экономически и технологически развитое государство. Оно располагает самой мощной армией на всем пространстве от Средиземного моря до Индийского океана. Арабские страны медленно, но верно, примиряются с существованием Израиля. Речь идет не только о признании де факто, но и де юре. Четыре арабских государства уже подписали мирные соглашения с Израилем, и некоторые другие вскоре собираются последовать их примеру.

    С высокой степени вероятности можно предположить, что Израиль не будет сокрушен на поле боя, там более, что, как сообщают зарубежные источники, он располагает «оружием Судного дня». Неслучайно известный американский журналист Сеймур Херш назвал свою книгу об израильском атоме «Выбор Самсона».

    Над Израилем не нависает сколько бы то ни было серьезная угроза извне. Если что-то и угрожает существованию Израиля как еврейского демократического государства и развитию сионизма как национального движения большинства еврейского народа, то это не внешняя, а внутренняя угроза.

    Израиль рушится как государство и как общество. Раскол, ненависть, нарастающее отвращение к либеральным ценностям, политические и прочие распри между левыми, правыми и центристами, между религиозными и светскими, между сефрадами и ашкеназами угрожают окончательно разрушить тонкую ткань нашего существования здесь. Добавьте к этому оккупацию и угнетение палестинского народа, и то тяжкое влияние, которое они оказывают на израильскую демократию и все общество. Все эти процессы начались задолго до прихода к власти Биньямина Нетаниягу. Но в годы его правления их ход заметно ускорился, зачастую по инициативе Нетаниягу и по его воле.

    Долгое время еврейский народ в Израиле объединял общий этос: создание государства, поселенческое движение, безопасность, демократические ценности, мораль и вера в справедливость нашего пути. Ради всего этого люди были готовы сражаться, жертвуя собственной жизнью.

    В эти дни тонкая ткань, связывавшая наше государство в одно целое, распускается по нитке. Все больше израильтян, взрослых и молодых, начинают испытывать тревогу за его дальнейшее существование. Это – не ностальгические причитания, сопровождаемые приступами жалости к себе в духе песен Арика Айнштейна: «Ой, дорогая Родина, куда же ты идешь!». Это – искренняя и подлинная тревога, крик, рвущийся из самого сердца.

    Йоси Мельман, «ХаАрец», Б.Е. Фото: pixabay˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend