Saturday 31.07.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    Atomic Energy Organization of Iran via AP
    Atomic Energy Organization of Iran via AP

    Бомбить ли Иран?

    40 лет назад, в июне 1981 года, ВВС Израиля нанесли мощный удар с воздуха по Багдаду, уничтожив  иракский ядерный реактор «Осирак» французского производства; эта легендарная операция, которая до сих пор будоражит весь мир, получила название «Опера». «Солисты»-летчики прекрасно справились с задачей. Но возможна ли подобная ситуация сегодня, если в случае необходимости придется атаковать Иран?

    Этим вопросом задалась газета The Jerusalem Post, обратившись к одному из участников иракской операции – отставному генералу ВВС Релику Шафиру. По его словам, любая операция, направленная на уничтожение иранского ядерного потенциала, будет задумываться и осуществляться по принципально иной схеме, учитывая, в частности, тот факт, что в Иране – своя специфика, и ядерная программа во многом отличается от иракской. Одно из отличий состоит в том, что ядерные объекты разбросаны по всей стране, некоторые находятся глубоко под землей или в горах и окружены сложными системами противовоздушной обороны.

    «Что же касается летчиков, от них потребуется та же самоотдача и тот же настрой, – говорит Шафир. – Многое изменилось за 40 лет, включая вооружение, но требования к профессионализму остались прежними». По его мнению, «только американцы могут помешать реализации иранской ядерной программы. Это может быть не один удар, а серия ударов, на которые уйдет несколько недель».

    Шафир вспоминает, что когда ему сообщили о поставленной задаче – уничтожить ядерный реактор Саддама Хусейна в тысячах километров от Израиля, – он был ошарашен.

    «Начну с того, что я вообще не знал о существовании в Ираке ядерного реактора, а интернета к тому времени еще не существовало, – признается Шафир. – Кроме того, до Багдада израильские ВВС еще никогда не добирались. F-16 был для нас новым самолетом, и мы никогда на нем не летали. Можете себе представить, что творилось в душе каждого из нас. Шок. Но после того, как мы пришли в себя и поняли, чего от нас ждут, мы стали готовиться к исполнению возложенной на нас миссии».

    Потребовалось еще шесть месяцев напряженных тренировок, включая обучение тому, как поразить объект, окруженный системами ПВО, прежде чем Шафир и семь других летчиков 7 июня 1981 года сели в кабины самолетов и взяли курс на Багдад. Перед израильскими асами было поставлено две задачи: уничтожить реактор и вернуться домой.

    До того как самолеты поднялись в воздух, начальник генштаба генерал-лейтенант Рафаэль Эйтан вручил летчикам съестные припасы и 1000 динаров – на случай, если самолет собьют, и придется пробираться домой окольными путями.

    Шафир рассказывает, что его боевые друзья понимали всю тяжесть поставленной перед ними задачи: «Нам казалось, что по крайней мере два самолета будут сбиты, и мы с Иланом [Рамоном] думали, что это будем мы, поскольку замыкали строй. Это было нелегкое чувство, от которого мы не могли избавиться, но в какой-то степени его вытесняло осознание исторической миссии, а она должна быть выполнена даже ценой нашей жизни».

    По словам Шафира, как только летчик закрывает кабину самолета и вплоть до минуты приземления, он становится «робокопом» на автопилоте, нацеленным исключительно на выполнение поставленной задачи.

    Операция была успешно завершена: в результате авиаудара от иракского  реактора осталось только название. Во время атаки погибли десять иракских солдат и один инженер-француз. Все израильские самолеты благополучно вернулись на базу.

    «После того, как все приземлились, у меня было такое ощущение, словно я вернулся с того света. Мы с Иланом крепко обнялись и стояли молча, ничего не говоря. Казалось, что свалился тяжелый груз, давивший на нас последние шесть месяцев».

    Впоследствии Шафир командовал авиабазой Тель Ноф и руководил летной школой в Хацоре. Сейчас он – глава правления компании Yamasee Ltd.,  предоставляющей пилотам информацию о турбулентности в режиме реального времени.

    Даже спустя 40 лет уроки операции «Опера» не потеряли своей актуальности. В особенности в свете того, что отношения Израиля с Ираном постепенно достигают точки кипения. Иерусалим уже предупредил, что не позволит Тегерану развивать и дальше свой ядерный проект. Однако, похоже,  новый президент Ирана Ибрагим Раиси по прозвищу «палач» намерен твердо следовать жесткому курсу в вопроса ядерной политики.

    Согласно высокопоставленному источнику, процитированному израильским 12 каналом, «у нас не будет иного выбора, как заняться разработкой плана, предусматривающего удар по иранским ядерным объектам. Для этого потребуются бюджеты и перераспределение ресурсов».

    Израиль неоднократно предупреждал о непомерных ядерных аппетитах Ирана, а также о его стремлении к региональной гегемонии. Кроме того, израильтяне нанесли сотни ударов с воздуха в рамках «войны между войнами», направленной на предотвращение передачи современного оружия «Хизбалле» в Ливане и укрепления ее отрядов в Сирии, где они получали свободу маневра, действуя против еврейского государства.

    Как считает Шафир, израильские летчики, которые в случае необходимости получат приказ нанести удар по ядерным объектам Ирана, должны осознавать ответственность, которая ляжет на их плечи: «На каждый самолет приходится по одному летчику, и если он не поднимет самолет в воздух, никто другой за него это не сделает. Не будет никакой возможности дать задний ход. С момента, когда летчик идентифицирует цель, до той минуты, как он сбросит бомбу, проходит двадцать секунд. Двадцать секунд – и вся жизнь, которая сводится к тому, чтобы точно поразить цель. Представьте себе, какая это огромная ответственность!»

    Марк Котлярский, по материалам Jerusalem Post.
    На фото: атомный реактор в Араке (Иран).
    Atomic Energy Organization of Iran via AP˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend