Saturday 18.09.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    Фото: Эмиль Сальман
    Фото: Эмиль Сальман

    Иудаизм – набор незыблемых традиций или современное меняющееся учение?

    Споры о том, какие положения Божественного закона применимы к современной ситуации, не утихают в еврейском народе со времен обретения им Торы. И такое столкновение мнений всегда почиталось за благо, а наставники побуждали к нему учеников в йешивах, ибо оно дает пищу уму, развивает логику и наполняет священные писания жизнью.

    Сегодняшние споры между ортодоксами и реформистами – продолжение той же традиции. Должен ли иудаизм меняться? Или же всякий, кто пытается изменить его, автоматически может быть записан в сектанты и отступники?

    Мнение ортодоксов: «иудаизм – не болезнь, нам не нужны доктора»

    В начале 1983 года ультраортодоксы декларировали начало борьбы за изменение Закона о возвращении. Организаторы этой борьбы выпустили обращение: «Закон о возвращении в нынешней его редакции, признающий евреями тех, кто не является ими по Галахе, грозит ростом ассимиляции и увеличением числа смешанных браков, не приведи Господь. Это ужасное положение, наносящее вред основам иудаизма», – было сказано в нем.

    «Как всегда, препятствовать такому изменению закона стали американские евреи-миллионеры, реформисты, – пишет в журнале «Либерал» обозреватель по религиозным вопросам Авраам Дов Гринбойм. – На борьбу против них вышел адмор ХАБАДа, тоже из США. Он передал им послание своего ученика Яакова Ланды, раввина Бней-Брака, который заявил, что реформизм означает христианство. Те, кто стремится изменить Галаху – христиане. У тех, кто идет против еврейской традиции, нет в Израиле будущего.

    В этом нет ничего нового: еще в XVIII веке начало процветать движение реформистов, желающих «развивать» иудаизм – потому они и называются «движением прогрессивного иудаизма». Они пытаются найти обновленный иудаизм. Просвещенный. Более привлекательный. У них есть новая версия для той ветхой Торы, что была получена нами на Синае.

    Но что они хотят изменить? Не имя. И не открыть новую страницу. Нет, они хотят взять древнюю традицию, передаваемую из поколения в поколение, и преобразовать, искоренить ее изнутри. Они ведь тоже знают, что именно отличает нас от других народов и наций, а в душе хотят походить на гоев, окружающих их.

    В силу чего евреи находятся в Эрец-Исраэль? В силу того, что Торой заповедана нам земля Ханаана. Если мы не верим в Тору и заповеди, то у нас нет права быть здесь. Невозможно принимать Тору и исполнять заповеди так, как нам самим больше нравится. Всевышний дал нам 613 заповедей, и мы привержены им, а реформаторы стремятся исказить некоторые из них, сделав их более современными и либеральными.

    Но это не дело. Нет другого пути, кроме как чтить традиции, передаваемые из поколения в поколение… Скажем прямо: ультраортодоксы считают, что реформисты учинили еврейскому народу не меньшую Катастрофу, нежели нацисты, убившие 6 миллионов евреев. Ассимиляция и смешанные браки, которые реформисты продвигают под видом «прогрессивного иудаизма», это – катализатор Холокоста, не по уничтожению человеческих жизней, а по уничтожению иудаизма как такового. И в диаспоре этот Холокост все еще творится, причем в огромных масштабах.

    Они все время повторяют, что хотят преподнести Тору более доступной, в более приветливой форме. Простите, но зачем Торе доступность и чьи-то улыбки? Она достаточно сильна и без того, существует 3 333 года до наших дней. Как об этом однажды сказал Меир Шапира, раввин Люблина и депутат польского Сейма, «иудаизм – не болезнь, мы не нуждаемся в докторах».

    Мнение реформистов: «Иудаизм менялся всегда, на протяжении веков»

    Аврааму Дову Гринбойму в следующем выпуске журнала «Либерал» ответил глава «Центров прогрессивного иудаизма (Центры Даниэля)» раввин Меир Азари. В прошлом он был генеральным директором реформистского движения в Израиле. Он назвал утверждение, будто «те, кто ищет реформ в иудаизме – христиане», нелепым и лживым.

    «Я хочу напомнить: без тех, кто в былые времена обновлял иудаизм и Галаху, помогая ей справляться с вызовами времени и новыми обстоятельствами жизни, мы бы по сей день забивали бы камнями грешников на городских площадях, а наши женщины состояли бы в полигамных браках. Но иудаизм, вопреки утверждения Гринбойма, жив благодаря великим представителям еврейского народа, которые и хранили веру, и обновляли ее на протяжении поколений, с учетом времен и мест, в которых они жили.

    В подтверждение своего тезиса раввин Азари напоминает о Гиллеле, одном из самых великих законоучителей, главе Синедриона и основателе фарисейства: он ввел юридическую комбинацию («просбол»), чтобы «в обход» буквальному пониманию Торы дать экономике развиваться. Дело в том, что Божественный закон запрещено менять – но его можно толковать соответственно требованиям времени. Развитие промышленности и торговли в Иудее требовало все большего кредитования, однако Тора требовала в обязательном порядке погашать все долги на седьмой год (год шмиты). Когда-то этот закон был принят во избежание рабства, в котором один еврей мог оказаться у другого. Гиллель решил, что при Втором Храме такой вероятности уже нет, и ввел «просбол» – процедуру «передачи долга» судьям города. Можно сказать, упрощенно, что Гиллель ввел институт залоговых векселей. Конечно, такое радикальное новшество не было безоговорочно принято ультраортодоксами того времени.

    Другой выдающийся реформатор былых времен – раббан (почетный титул, которым удостаивали лишь некоторых глав Синедриона) Йоханан бен Закай. Он лишил иудаизм прямой зависимости от Храма, который был разрушен, и от жертвоприношений, вновь наполнив смыслом жизнь гонимого и побиваемого народа. «Такими реформаторами были также танаи (законоучители эпохи Мишны), амораим (жившие в эпоху написания Талмуда) и другие, – пишет Азари. – Те, кто обновлял церемонии праздников, порядок молитв и многое другое».

    «На протяжении веков иудаизм был многолик, в нем уживались множества разных мнений. Но именно в государстве Израиль те, кто заявляет о своей вере в это Учение, пытаются «скормить» нынешним обитателям Сиона, пленникам монополии раввинского истеблишмента, необоснованный тезис о том, будто есть только один способ быть евреем. Мы должны освободиться от предположения, которое они пытаются навязать нам: будто иудаизм никогда не знал нововведений, противоречий и перемен. История учит нас, что именно величайшие из народа Израиля внедряли значимые усовершенствования. Иудаизм – это не только застывший канон Галахи. В нем звучат голоса пророков, а не только «религиометров», судящих и раздающих оценки.

    Те, кто умножает ненависть на палубе единого еврейского корабля, ведут нас в темные времена реакции. Хулиганы избивали во времена Второго Храма фарисеев, которые покусились на монополию коррумпированных храмовников. Другие сожгли книги РАМБАМа, а Спинозу подвергли «херему» (отлучению от общины).

    В иудаизме все еще остаются темные уголки, которые нужно осветить: женщины исключены из некоторых видов общественной жизни; требует пересмотра отношение к науке, к мировой культуре, и т.п. Абсурд, что женщина не может свидетельствовать, будь она хоть председателем Высшего суда справедливости (БАГАЦ). Абсурд, что женщина не может подписать ткубу (брачное обязательство) своей подруге. Эти запреты кажутся необоснованными большинству израильтян. Израильтяне могут принять инклюзивный и открытый вызовам времени иудаизм, а не только галахический.

    Разве голоса Лицмана, Дери и Бен-Гвира единственные, кого заслуживает слышать наше общество? Не позволяйте им оторвать людей от нашей веры. К ассимиляции ведут не реформы, но темный и закостенелый раввинат, не готовый принять древнюю традицию обновления», – утверждает реформистский раввин Меир Азари.

    Авраам Дов Гринбойм, р. Меир Азари, «Либерал». На фото: раввины – мужчины и женщины – реформистского течения иудаизма
    у Стены плача. Фото: Эмиль Сальман˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend