Вторник 24.11.2020|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    AP Photo/Michel Lipchitz
    AP Photo/Michel Lipchitz

    Иранские евреи поддержали Хомейни

    Тысячи евреев вышли из тегеранских синагог во главе со своими раввинами и примкнули к демонстрациям протеста против шаха. Еврейская делегация встретилась с аятоллой Хомейни, чтобы выразить поддержку его борьбе. Первое в своем роде исследование проливает свет на жизнь иранских евреев, их сложные отношения с сионизмом и удивительное отношение к исламской революции.

    Профессор истории Лиор Штернфельд специализируется на современном Иране. На иврите только что вышел перевод его книги «Между Ираном и Сионом: еврейские истории Ирана XX века».

    По его словам, «на протяжении десятилетий иранские евреи трудились, доказывая, что между евреями и сионистами есть разница, что они лояльны прежде всего Ирану. В целом представления израильтян о жизни в Иране ужасно поверхностны. И уж, конечно, это относится к еврейской жизни там».

    40-летний Штернфельд — доцент кафедры истории и иудаики в Университете штата Пенсильвания. Он родился и вырос в Холоне в ашкеназской семье. Закончил университет им. Бен-Гуриона в Беэр-Шеве, потом защитил докторскую диссертацию по истории в Техасском университете в Остине. Его исследования сосредоточены в области социальных и политических движений в современном Иране. Но он открыл для себя еще одну область, которая во многом оставалась «терра инкогнита» среди иранистов. «На протяжении моей учебы, от бакалавриата до докторантуры, я обращал внимание, что всякий раз, когда речь заходит об иранском еврействе в современный период, исследователям нечего сказать. Нет пищи для размышлений, нет аналитического капитала», — отмечает он.

    «Когда мы подошли к XIX и XX веку, почти все превратилось в штамп с четкими границами», — говорит он. Суть этой известной концепции состоит в том, что при династии Пехлеви (1921-1979) евреи процветали в Иране. В частности, благодаря хорошим отношениям между Ираном и Израилем. Но после исламской революции (1979) иранские евреи оказались в большой беде, и были спасены сионистами, которые организовали их отправку в Израиль. В результате, резюмирует Штернфельд, многие уверены, что «еврейская история и еврейская жизнь в Иране практически закончились, а евреи, оставшиеся в Иране, почти все обратились в ислам».

    Но Штернфельд «интуитивно чувствовал», что дело обстоит совсем не так. Поворотный момент для него наступил, когда он начал изучать участие евреев в революции 1979 года. «Каждый иранский ученый скажет, что революцию поддержали 90 процентов населения страны, почему же так мало писали о евреях в тот период?» — подумал он и решил самостоятельно отыскать свидетельства и документы. Со временем он обнаружил, что собранных материалов хватит на целую книгу.

    Собранные им свидетельства показывают поддержку евреями революции, превратившей прозападный Иран в шиитское теократическое государство, они удивляют и заставляют задуматься. «Я убежден, что эта история шокирует многих израильтян», — говорит он. Что может быть общего у евреев с деспотическим режимом аятолл, который является репрессивным и преступным по своему характеру и сочится ядом и враждой по отношению к Израилю?

    1

    Показательным примером стала еврейская больница в Тегеране. Еврейский врач, доктор Рухолла Сапир основал ее в 1942 году после того, как стал свидетелем жестокого обращения с еврейскими пациентами в других больницах. 8 сентября 1978 года, в «черную пятницу», когда в Тегеране вспыхнули массовые демонстрации, шах Мохаммед Реза Пехлеви отдал приказ армии применить против демонстрантов боевые патроны. Многие противники режима были ранены. Сторонники революции нашли приют в больнице Сапира. Демонстранты, пишет Штернфельд в своей книге, знали, что персонал больницы не выдаст их охранке шаха. А также, что они получат там хорошее лечение, в отличие от государственных больниц.

    В книге цитируется старший врач больницы Сапира (в те времена), у которого Штернфельд брал интервью (его имя не разглашается, как и имена большинства интервьюируемых в книге). По его словам, к ним в больницу попали почти 90 процентов раненых. Их разместили в четырех хирургических палатах.

    Штернфельд описывает тесное сотрудничество между старшим персоналом больницы и аятоллой Таликани, одним из самых популярных лидеров революционного движения, который был представителем аятоллы Хомейни в Тегеране до его возвращения из эмиграции. Совместно с Таликани больница организовала бригады медицинской помощи для демонстрантов. «После «черной пятницы» Таликани позвонил мне и сказал, как высоко он ценит нашу помощь. Об этом знали все», — рассказал врач.

    В конце 1978 года делегация еврейской общины отправилась в Париж для встречи с Хомейни. «Истинная цель заключалась в том, чтобы убедиться, что евреи не будут считаться врагами революции», — объясняет Штернфельд. Доктор Сиамак Морех-Седек, один из директоров больницы и до недавнего времени еврейский депутат меджлиса (забронированное место), рассказал Штернфельду, что незадолго до возвращения в Иран Хомейни прислал ему письмо с благодарностью за помощь в лечении раненых. По сей день у входа в больницу висит мемориальная доска с надписью на иврите и фарси: «Возлюби ближнего своего, как самого себя».

    11 декабря 1978 года в столице прошла одна из крупнейших демонстраций против шаха. Газеты назвали ее «демонстрацией миллионов», и это стало важной вехой в борьбе против режима.

    «Еврейское участие побило все рекорды», — пишет Штернфельд, отмечая, что «по некоторым источникам, в этих протестах участвовало пять тысяч евреев». По другим оценкам, это число было намного выше. «Раввины шли в первых рядах, а остальные евреи шли за ними, демонстрируя солидарность с  соотечественниками», — цитирует Штернфельд ветерана-активиста иранской еврейской общины, который тогда организовывал еврейскую общину для участия в акциях протеста. Оказывается, еврейское религиозное руководство поддержало участие еврейской молодежи в демонстрациях. «С первых дней революции у нас была значительная поддержка религиозных лидеров», — рассказал активист.

    2

    Здесь есть своя ирония. Именно шах приблизил меньшинства, в том числе евреев, к иранскому национализму, а затем они присоединились к революции 1979 года, чтобы свергнуть режим. Соответственно, глава книги, посвященная этой теме, называется «Непредвиденные последствия».

    «Шахский националистический проект имел успех до такой степени, что евреи в первую очередь считали себя иранцами и выходили на улицы в знак протеста против положения иранцев, не думая только об отношениях шаха к евреям. Подавляющее большинство евреев были против продолжения монархии и поддержали надвигающуюся революцию», — говорится в книге.

    Были и евреи, которые активно участвовали в боевых действиях, но их точное количество неизвестно. Были еврейские активисты в исламистских организациях. Одной из таких организаций была «Муджахедин-и-халк» («Народная организация моджахедов Ирана»).

    Одним из еврейских активистов этой организации была Эдна Сабет, которая родилась в 1955 году в тегеранской еврейской семье из городского среднего класса. Многие ее родственники были инженерами и промышленниками, получившими образование в Америке. Во время учебы в Техническом университете Ариямер в Тегеране Сабет начала заниматься политической деятельностью. Впоследствии, вслед за своим мужем-мусульманином, она присоединилась к моджахедам и стала заметной фигурой в этом движении. Члены движения боролись против деспотического режима шаха, но после революции им было отказано в праве участвовать в выборах, и они выступили против нового режима. И подверглись новым репрессиям. Среди репрессированных была и Сабет. Ее арестовали и казнили в 1982 году в возрасте 27 лет. «Несмотря на трагический конец, ее история иллюстрирует еще один аспект сложного переплетения идентичностей, которые характеризовали многих представителей ее поколения», — говорит Штернфельд.

    Деятельность Сабет в «Муджахедин-и-халк», как и больница доктора Сапира в период революции, является примером того, что Штернфельд называет «отходом от традиционных моделей социальной ассимиляции еврейской общины». По его мнению, «эти случаи показывают, что в конце 1970-х годов большинство иранских евреев предпочитали национальные интересы своих соотечественников своему личному благу или узким интересам своей общины».

    Исследователи расходятся во мнениях относительно того, насколько заметным было участие евреев в самой революции. Также ведутся споры о причинах и предыстории этого участия. Было ли это значительным явлением, заслуживающим пересмотра, как следует из книги Штернфельда? Действительно ли евреи считали себя частью иранского общества, или проводили прагматичную политику по своим внутренним причинам?

    Офер Адерет, «ХаАрец» Ц.З.  На фото: демонстрация протеста
    против шаха. Тегеран, 1978. AP Photo/Michel Lipchitz˜
    На врезке: 1. Иранские евреи поддержали революцию.
    2. Еврейская больница доктора Сапира.
    Фото из еврейской газеты «Тамуз»

     

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend