Фото: Thaier Al-Sudani,  Reuters

Ирак – возврат к исходной точке

Недавно исполнилось 15 лет со дня высадки американцев в Ираке. Это событие стало началом отсчёта нового поворота в большей части истории всего Ближнего Востока и во многом всего мира. Разрушение башен-близнецов и последующие события проложили конец иллюзии однополярного мира с его безопасностью и процветанием, порождённым представлениями о благоприятном «конце истории».

Кажется, еще недавно звучала пламенная речь президента Буша: «Основные военные операции в Ираке закончились». Оглянувшись назад, можно только поразиться такому легкомыслию.

На глобальном уровне вторжение в Ирак является нулевой отметкой, а ущерб, нанесенный им, возможно, стал необратимым для международного порядка. Кантианская утопия космополитического мира, основанного на правилах, диалоге и сотрудничестве, утопия, которую пытались воплотить в тщательном структурировании международных организаций после 1945 года, переживает сегодня беспрецедентный провал.

Террористическая атака на США, которая потрясла мир, в конечном итоге послужила реализации уже готовых планов, которые неоконсерваторы, обосновавшиеся в Вашингтоне, приготовили для региона. Эти идеи были сформированы мозговым центром «Проект нового американского века» . 11 сентября виделось многими из его ведущих участников, как возможность реализовать этот великолепный проект и обновить повестку дня поощрения демократии, установленную в “доктрине Буша 2002 года” — в условиях столкновения цивилизаций.

Это была война почти библейских масштабов, в которой арабо-мусульманский мир Большого Ближнего Востока виделся дисфункциональным конгломератом, центром терроризма, находящимся под властью фанатизма и авторитаризма, усиленного экономической отсталостью. Единственное решение этих проблем, по мысли авторов этой доктрины, заключалось в том, чтобы мощным ударом открыть дверь, ведущую к демократии и модернизации.

Ирак стал первым шагом этого причудливого плана социальной инженерии, который предполагал в конечном итоге изменить регион; плана, который был развернут без согласия международного сообщества. Он обернулся самым большим провалом в истории внешней политики США и последующей потерей образа, престижа и влияния. Последствия этого огромного просчета составили 4 500 погибших военнослужащих, более 30 000 раненых и затраты свыше 2 трлн. долларов. Но список на этом не заканчивается: оглядываясь назад, можно видеть, что планы по строительству “нового американского века” только ускорили появление многополярного мира.

Аналогичным образом, девиз «Вернем Америке былое величие» лишь усиливает сопротивление Азии. Таким образом, только реальная стратегия в сочетании с честной самооценкой может объединить силы Запада в XXI веке.

Разделение в Европе, хаос на Ближнем Востоке

На европейском уровне вторжение в Ирак привело к первому большому разрыву в рамках Евросоюза. С тех пор трещины пошли одна за другой: между новой и старой Европой, между кредиторами и должниками, между Востоком и Западом континента. Это было прелюдией к серьезным проблемам внутренней сплоченности, которые пережил процесс европейской интеграции в течение последнего десятилетия. Это также было симптомом постепенного отрыва Британии от континента.

Структурные слабости Европы в отношении внешней и оборонной политики были выявлены уже ранее, но Ирак показал их наиболее отчетливо.

На региональном уровне вторжение в Ирак привело к перестройке сил на Ближнем Востоке и освобождению джинна регионального политического и религиозного сектантства из бутылки. Этот джинн, ворвавшись в Сирию, Йемен и Ливию, разрушил навсегда прежние региональные отношения.

Ирак оказался критически важен для стабильности региона. В итоге вторжения и установления режима шиитского большинства хрупкий баланс сил был нарушен, и Багдад попал под притяжение шиитского Тегерана.

Напряженные ирано-саудовские отношения потеряли в лице Ирака важный региональный амортизатор. Аятоллы поняли с самого начала парадокс истории — американские военные действия предоставили им неожиданную возможность укрепить свое политическое и религиозное влияние. Это повлекло за собой усиление конфликта с Саудовской Аравией. Обострившееся соперничество между ними во многом объясняет бесчисленные и разрушительные конфликты, потрясающие регион и сравниваемые с Тридцатилетней войной в Европе.

Ближний Восток и сам по себе представляет весьма сложный регион, со слабо охраняемыми и спорными границами, сатрапами, огромными природными ресурсами и сильным конфликтом экономических интересов.

Однако именно иракский народ, несомненно, наиболее сильно пострадал от вторжения в Ирак. Упоение первой недолговечной военной победой сопровождалось безумным разрушением любого намека на партию Баас в обществе и последующим уничтожением самого иракского государства.

Это привело к поистине гоббсовскому состоянию: войны, вынужденные перемещения, сектантские правительства, цепь взаимной ненависти, которые были питательной средой для одного из самых страшных последствий этой ситуации — появления «Исламского государства».

Новая стратегия ЕС в отношении Ирака

После преодоления сильных внутренних разногласий относительно военного присутствия в Ираке, уже много лет ЕС сотрудничает в области гуманитарной помощи, стабилизации, безопасности и политической реформы в Ираке. В ответ на вызовы, возникшие после поражения исламистов, включая потребность в гуманитарной помощи, стабилизации, скорейшем восстановлении, реформе и примирении, ЕС принял 22 января 2018 года новую стратегию для Ирака с целью развертывания всех инструментов “мягкой силы”.

Ирак переживает десятилетие насилия и вооруженных конфликтов, но успешная кампания по уничтожению ИГ может стать началом мирного будущего в стране. Учитывая нынешнее перепутье, на котором находится Ирак, ЕС готов помочь ему построить будущее, сосредоточившись на необходимости всеобъемлющего управления и социальной сплоченности.

 

Владимир Поляк, «Детали» на материале World Affairs.
На фото: учения добровольцев-суннитов в Ираке. Фото: Thaier Al-Sudani,  Reuters

Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend