Friday 22.10.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    Фото: Tiksa Negeri, Reuters
    Фото: Tiksa Negeri, Reuters

    Марокко и Катастрофа

    Марокко официально признало Катастрофу - факт сам по себе исключительный для мусульманского Ближнего Востока и Северной Африки. Король Марокко Мухаммед VI назвал Катастрофу «одной из самых трагических глав в истории», указав на роль, которую сыграл его дедушка, Мухаммед V, в спасении евреев от дискриминационных антисемитских мер, введенных коллаборационистским режимом Виши, под контролем которого находилось Марокко во время Второй мировой войны.


    Мухаммед V, который привел Марокко к независимости в 1956 году, заявил французским колониальным властям: «В Марокко нет евреев, есть только марокканцы, и все они - мои подданные». История о мужественном поступке Мухаммеда V стала неотъемлемой частью марокканского национального повествования и прославляется марокканскими евреями во всем мире.

    Поэтому может показаться нелогичным, что мемориал Катастрофы, строящийся в городке Айт-Фаска, к юго-востоку от Марракеша, был снесен месяц назад местными властями по приказу МВ.

    Еще удивительней, что памятник был задуман, спроектирован и построен без санкции государственных органов.


    Его создатель - Оливер Биенковский, немецкий социальный активист и «партизан-художник», который живет в Марокко с 2014 года. Биенковский говорит, что инициировал проект по созданию образовательного центра Катастрофы, который он называет «первым мемориалом такого рода в Северной Африке», когда обнаружил свою фамилию в базе данных «Яд Вашем». Задачей мемориала было рассказать молодому поколению марокканцев об ужасах нацистского геноцида и его местных проявлениях.

    На момент строительства мемориал являл собой цементные блоки (как отсылка к берлинскому мемориалу жертвам Катастрофы), окруженные черной стеной, и черный памятник, символизирующий Катастрофу. Предполагалось также создать раздел, посвященный памяти жертв Катастрофы из числа ЛГБТ. Открытие планировалось на ближайшую Хануку, то есть - декабрь 2019 года.

    Строительство мемориала оставалось незамеченным, пока во второй половине августа 2019 года Биенковский не опубликовал на своей странице в Facebook фотографии и видеоролики со строительной площадки.

    Всего через несколько часов после этого арабские и еврейские новостные агентства подхватили его посты. Марокканские активисты, выступавшие против нормализации и любых контактов с Израилем, начали национальную кампанию против того, что они назвали «сионистским» проектом.

    Онлайн-активисты требовали, чтобы правительство приняло решительные меры против организаторов и участников проекта, и вскоре памятник был разрушен.

    Очевидно, правительство чувствовало, что должно действовать, поскольку независимый мемориал Катастрофы, созданный без официального властей или одобрения лидеров марокканской еврейской общины, привлек международное внимание и вызвал мощную негативную реакцию. Но речь шла не только и не столько о несанкционированном строительстве, сколько об официальной версии истории Катастрофы в Марокко.


    В глазах сегодняшнего марокканского правительства история Мохаммеда V, вставшего на защиту 240 тысяч марокканских евреев, когда страна имела статус французского протектората, свидетельствует об открытости и терпимости Марокко. Превозносить героизм Мухаммеда V, который бросил вызов правительству Виши, чтобы спасти евреев Марокко, стало непременным условием любой церемонии в память жертв Катастрофы - и тут, похоже, Биенковский допустил свою главную ошибку. Добавим, что трудно рассчитывать на то, что в Марокко, где однополые сексуальные отношения считаются уголовным преступлением, трудно ожидать, что поминовение ЛГБТ из числа жертв Катастрофы будет встречено с пониманием.

    В ответ на снос мемориала Биенковский опубликовал в соцсетях тексты, рассказывающие о трудовых лагерях в Северной Африке, созданных во время правления режима Виши. «Поскольку евреи, доставленные из Европы, погибли в Марокко, нам нужен свой мемориал Катастрофы».

    Действительно, правительство Виши создало в своих африканских колониях и в Северной Африке обширную сеть лагерей. В лагеря и тюрьмы были заключены европейские диссиденты, беженцы и республиканцы-участники гражданской войны в Испании, и лишь в редких случаях – местные жители - мусульмане и евреи.


    В то же время, с точки зрения марокканской монархии, эти трудовые лагеря на территории королевства не являются частью официальной истории Катастрофы, поскольку они не имели никакого отношения к Мухаммеду V и тому, как он взял под защиту марокканских евреев.

    Биенковский, возмущенный сносом мемориала, решил ударить по самому уязвимому месту марокканской истории. Он заявил, что «защита евреев – это миф. Мухаммед V не защищал евреев», - написал он в своем "Фейсбуке" и напомнил, что во время войны Мохаммед V издал антиеврейские указы, исключавшие евреев из государственной системы образования, запрещавшие им работать в сфере финансов и СМИ, и что они были вынуждены покинуть свои дома и жить в тесных еврейских кварталах.

    Этот эпизод, вероятно, скоро забудут, но за ним стоит гораздо более серьезный вопрос о политизации Катастрофы в Северной Африке, разворачивающейся на фоне палестинско-израильского конфликта, дипломатии и миротворчества, а также политики этнической идентичности.

    Проводящиеся в Европе исследования истории Катастрофы, образовательные центры и мемориалы традиционно обходили стороной тему Катастрофы, когда речь заходила о Северной Африки. Для многих государственных и негосударственных организаций на Ближнем Востоке и в Северной Африке тема Катастрофы стала табу, поскольку рассказ о ней рассматривается, как укрепление антипалестинской позиции.

    Но для мусульман Марокко и либеральных евреев, особенно в Америке, стремящихся содействовать развитию межконфессионального диалога, история о добром мусульманском правителе Мухаммеде V, спасавшем евреев в дни Катастрофы, служит маяком надежды на фоне неутихающего конфликта между мусульманами и евреями на Ближнем Востоке.

    Загадочная история с мемориала Катастрофы, который продвигал немецкий «художник-партизан», и который с нарочитой грубостью был разрушен марокканскими властями, говорит о том, сколь сложным и тревожным является вопрос об увековечении памяти Катастрофы и его политизации, и сколь непросты и напряженны отношения между Марокко, Израилем, арабским миром и Соединенными Штатами. Вопрос этот далек от разрешения.

    Аомар Боум, Даниэль Шретер, «ХаАрец», М.Р. К.В. 

    На фото: король Марокко Мохаммед VI. Фото: Tiksa Negeri, Reuters

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend