Monday 18.10.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    AP Photo/Oded Balilty
    AP Photo/Oded Balilty

    «Хайфская республика»: согласятся ли сионисты превратить Израиль в двунациональное государство?

    Должны ли либеральные сионисты признать конец суверенного еврейского государства в Израиле как свершившийся факт и отныне стремиться к созданию двунационального государства? Омри Боэм, израильский философ и доцент Новой школы социальных исследований, считает, что это так. Свое мнение он обосновал в книге «Хайфская республика: демократическое будущее Израиля». На минувшей неделе ее опубликовало издательство New York Review Books.


    Книга Haifa Republic: A Democratic Future for Israel представляет собой попытку примирить сионизм со сходящими на нет шансами на решение израильско-палестинского конфликта в рамках концепции «Два государства для двух народов». В течение десятилетий левые сионисты в Израиле и их сторонники в еврейской диаспоре фокусируются на этой формуле, как на единственном способе сохранить Израиль еврейским и демократическим. Однако и нынешнее правительство Израиля тоже не намерено продвигать это решение, о чем министр иностранных дел Яир Лапид недавно напомнил министрам иностранных дел стран Европейского союза.

    В книге «Хайфская республика» Боэм утверждает, что двухгосударственное решение более невозможно, и призывает тех, кто стремится предотвратить реальность апартеида, мыслить вне рамок этой идеи. Он предлагает рассмотреть вариант двунационального государства. Но, в отличие от большинства других сторонников создания единого еврейско-арабского государства между Средиземным морем и рекой Иордан, Боэм базирует свое предложение о создании двунационального государства на сионизме.

    Такая позиция требует сегодня значительного интеллектуального мужества, хотя в прошлом она была довольно распространена в сионистских кругах. За десятилетия до того, как комиссия Пиля в 1937 году впервые ввела в оборот идею жесткого разделения между евреями и арабами, многие из самых известных первых сионистов выступали за создание двунационального государства.


    Опираясь на новаторское исследование профессора Еврейского университета Дмитрия Шумского, Боэм выводит для своей двунациональной республики сионистскую родословную. Он отмечает, что в опубликованном в 1902 года романе Теодора Герцля Altneuland эта самая «Старая новая земля» был еврейской автономной зоной под османским владычеством, существовавшей наряду с другими автономными зонами; «государство» в его же Der Judenstaat («Еврейское государство», 1896) также не было суверенным образованием, наподобие «государств», создания которых в XIX веке добивались чешские и венгерские националисты.

    В дополнение к более известному бинационализму Ахад Ха-Ама и движения «Брит Шалом», Давид Бен-Гурион и Зеев Жаботинский также не были склонны подчеркивать требование суверенитета еврейского государства. Даже в 1940 году, когда Бен-Гурион уже решил поддержать раздел Палестины, Жаботинский все еще продвигал модель, содержащую немало двунациональных аспектов.

    Но то, что когда-то было безусловно сионистской идеей, сегодня отвергается сионистским мейнстримом и поддерживается в основном постсионистами. Сегодня, когда уже существует государство Израиль, мы не находимся в той же политической вселенной, что и сионистские мыслители сто лет назад. Независимо от того, насколько громко кто-либо заявляет о своем сионизме, в попытке серьезно рассмотреть возможность создания двунационального государства многие видят чуть ли не пособничество врагу. В то же время и среди многих сторонников концепции единого государства ярко выраженная приверженность сионизму также считается проклятием.

    Радикальное сосуществование

    В беседе с журналистом «ХаАрец» по телефону из Берлина, где Боэм сейчас живет, он говорит, что решил сделать сионизм основным аргументом создания двунационального государства не из простых прагматических соображений. В отличие от некоторых израильтян левых взглядов в академических кругах сам он, по его словам, по-прежнему ощущает крепкую связь с сионизмом.

    «Если мы поддерживаем видение двунационального государства, то в силу этого факта мы поддерживаем одну из версий сионизма, – говорит он. – Я не думаю, что государство, в котором палестинцы имеют национальные права, а евреи нет, это – двунациональное государство».


    Книга «Хайфская республика» была первоначально опубликована в прошлом году на немецком языке под другим названием: Israel – Eine Utopie («Израиль – утопия»). Но английское название отражает идею нового типа образования на Святой земле – «Хайфской республики», которую Боэм набросал в книге. Источником вдохновеня для него послужала Хайфа, с ее относительным взаимным признанием прав и обычаев населяющих ее народов, в рамках которого евреи и арабы сосуществуют в этом городе на cевере Израиля.

    В книге также затрагивается роль города в трагедиях обоих народов – Катастрофы и Накбы: в Хайфу, портовый город, прибыли евреи, бежавшие из Европы после Второй мировой войны, и именно из него были вынуждены бежать в 1948 году палестинцы.

    Боэм надеется, что у Хайфы есть шанс стать городом, где может начаться новая эра истинного радикального сосуществования – а не состояния, при котором меньшинство учится принимать доминирующий статус большинства.


    Книга Боэма столь же смелая, сколь и краткая. В четырех ее главах Боэм ставит современному либеральному сионизму диагноз «оцепенение». Он пишет, что израильтян учат «помнить» о Катастрофе и в то же время делают все для «отрицания, цензурирования и забвения» Накбы – и находит это несовместимым. И, наконец, он набрасывает черты своей новой «республики».

    Хотя Боэм явно надеется, что левые либеральные сионисты прочитают его книгу и сбросят с себя бремя наследия двухгосударственной концепции, наиболее интересно в его аргументации то, что некоторые из основных постулатов двунационального государства не так давно были поддержаны и рядом израильских правых. Он считает, что для поддержки идеи двунационального государства может быть сформирован некий «жизненно важный центр», и обращает свое внимание на план автономии Менахема Бегина, представленный им в конце 1970-х годов в рамках мирного соглашения между Израилем и Египтом.

    План автономии Бегина предусматривал создание единого суверенного израильского образования между рекой и морем и предлагал палестинцам, проживающим в его границах, выбор между израильским и иорданским гражданством. Те, кто выбирал первое, получали право голоса.

    Несмотря на то, что в плане содержался целый ряд оговорок и расплывчатых формулировок – заявки палестинцев на получение гражданства должны были соответствовать израильскому закону о гражданстве, – в нем были сделаны существенные уступки ради того, чтобы, по словам Бегина, Израиль не выглядел «как Родезия».

    «План не предлагал палестинцам суверенного государства, но в нем было сделано то, что сегодня и вообразить невозможно, – пишет Боэм. – В нем предлагалось гражданство каждому палестинцу, и каждый из них имел бы право голосовать и быть избранным в кнессет».

    Критики, конечно, отметят, что Бегин не был сторонником прекращения еврейского суверенитета, и что его план автономии был представлен с полным осознанием того, что он будет отвергнут палестинскими лидерами. Историк Сет Анзиска убедительно доказывает, что план автономии был представлен с явной целью «предотвратить создание государства Палестина».

    В ходе беседы Боэм старательно проводит различие между своим предложением и предложением Бегина. Философ дает понять, что не стремится возродить точную формулировку плана, в котором не признавались национальные права палестинцев.

    «Я не хочу возвращаться к плану Бегина, – настаивает он. – Я хочу пролить свет на то, что делал Бегин, чтобы рассказать о принципах построения двунациональной республики».

    Другими словами, план Бегина актуален сегодня не деталями его замысла, но готовностью дать волю воображению. Именно этого сегодня сильно не хватает в сионистской мысли, и именно ее стремится возродить Боэм с помощью «Хайфской республики». Что же конкретно он предлагает?

    Видение Боэма

    Боэм стремится сохранить территориальное единство исторического Израиля/Палестины. Все израильтяне и палестинцы будут пользоваться свободой передвижения, проживания и работы на всей территории. Это единая федерация, в которой два не суверенных государства действуют в границах, существовавших до 1967 года, таким образом, чтобы каждый народ обладал «культурным и национальным самоопределением».

    Евреи, живущие в диаспоре, по-прежнему будут иметь право на переезд в это государство по закону о возвращении. То же самое будет касаться и палестинских беженцев. Иврит и арабский будут государственными языками.

    У политологов будет немало поводов поразвлечься, затыкая дыры в сложной федеративной структуре, которую предлагает Боэм. Она включает, среди прочих новшеств, договор о взаимной обороне между двумя отдельными силами внутренней безопасности и совместный конституционный Верховный суд.

    Но сегодня технические детали представляются второстепенными. В нынешнем политическом климате трудно представить себе правящую коалицию, выступающую за создание двунационального государства. Перспектива создания его сегодня не просто мала, а тает на глазах. Возможно, в ближайшее время шансов на реализацию идеи Боэма еще меньше, чем на разрешение конфликта посредством создания двух государств для двух народов – которые мизерны сами по себе.

    Однако в столь же мрачной реальности чуть более века назад родилась сионистская идея. Недаром в затертом уже афоризме Герцля говорится: для того, чтобы мечта воплотилась в жизнь, в первую очередь нужно захотеть.

    О двунациональном государстве для начала можно мечтать, или хотя бы перенести эту мечту на бумагу. Следуя сионистской традиции, Омри Боэм сыграл свою роль тем, что вернул концепцию двунациональности в общественную дискуссую.

    Эйб Зильберштейн, «ХаАрец»,˜ М.Р.

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend