Государство без символов

У Государства Израиль более полувека не было официально узаконенного гимна. «Ха-Тиква» исполнялась на всех официальных церемониях, по праву считалась государственным гимном, но государство по разным причинам не приняло соответствующего закона. Только в конце 2004 года кнессет принял закон о государственном гимне, о чем гражданам не сообщили: средства массовой информации были заняты смертью Ясера Арафата.

За пятьдесят лет, прошедших между Первым Сионистским конгрессом и созданием Государства Израиль, «Ха-Тиква» претерпела только одно изменение: в 1905 году учитель из Ришон ле-Циона Матмон Коэн изменил последние слова, которые с тех пор звучат так: «Еще не угасла наша надежда,/ Двухтысячелетняя надежда,/ Быть свободным народом/ на нашей земле, Земле Сиона и Иерусалима».

В Эрец-Исраэль «Ха-Тиква» не вызвала большого энтузиазма. Первые поселенцы предпочитали, чтобы гимном было одно из стихотворений Бялика, а религиозные евреи предлагали традиционное синагогальное песнопение.

После Шестидневной войны один из депутатов кнессета предложил сделать израильским гимном песню Наоми Шемер «Золотой Иерусалим», чью мелодию, как призналась автор много лет спустя, она взяла из колыбельной басков.

А противников мелодии «Ха-Тиквы» всегда было много. Говорили, что она слишком медленная, выспренняя и вообще не еврейская. Не раз критиковали и текст за то, что он устарел и надежда быть свободным народом на своей земле уже сбылась. Израильские религиозные круги отказываются считать национальным гимном текст, в котором нет упоминания о Всевышнем, и некоторые раввины даже не встают при исполнении гимна. Тогда как израильские арабы отказываются петь «Ха-Тикву», в которой «томится еврейская душа», а об арабской нет ни слова.

Все это приводило к тому, что в кнессете один за другим проваливались многочисленные предложения узаконить «Ха-Тикву» в качестве государственного гимна и повесить его текст в каждом школьном классе. Точно так же не прошел и законопроект об уголовном наказании за неуважение к «Ха-Тикве».

В 1958 году главе правительства Бен-Гуриону доложили, что при исполнении «Ха-Тиквы» на закрытии Всемирного конкурса знатоков Танаха дирижер позволил себе импровизацию. Бен-Гурион потребовал сделать строжайший выговор тому, кто нес ответственность за «исполнение якобы улучшенного гимна, которое на самом деле отличалось оскорбительной безвкусицей».

После создания Государства Израиль у него не было не только официального гимна, но целых полгода не было и официального флага. Его руководители не сочли нужным сделать знамя сионизма израильским флагом. Они выразили опасение, что евреев, которые в своих странах поднимут сионистский флаг, могут обвинить в двойной лояльности.

На заседаниях новообразованной министерской комиссии по символам и церемониям министры спорили, быть ли флагу голубым или синим, будет ли на нем один магендавид или семь, как хотел Герцль. Бен-Гурион предложил белый флаг и в углу – синий магендавид. Другие предлагали желтый магендавид, на что министр внутренних дел Гринбойм сказал: «Это даст повод для всяких антисемитских шуток». А Бен-Гурион заявил, что желтый цвет отвратителен.

После нескончаемых бесплодных дискуссий Бен-Гурион предложил обратиться к народу. Пусть он решит, каким быть государственному флагу. На том и порешили. Правительство опубликовало обращение к гражданам с призывом прислать свои предложения, и было оговорено, что флаг должен быть бело-голубым, а элементы на нем могут быть разного цвета.

В ответ на обращение правительство получило сто семьдесят вариантов флага (словесных описаний было больше, чем графических изображений), из которых прикрепленный к правительственной комиссии профессиональный график отобрал несколько десятков наиболее подходящих вариантов. Он сделал эскизы и представил их комиссии.

Большинство членов первого кабинета министров предпочли две горизонтальные голубые полосы на белом фоне и голубой магендавид между ними. Они объяснили, что одна полоса должна напоминать небо, а другая – море. В самую последнюю минуту решили цвет полос и магендавида сделать не голубым, а синим, чтобы на море было легче опознать судно, идущее под израильским флагом. На том и порешили.

Если выбор израильского флага был нелегким делом, то с государственным гербом Израиля было еще труднее.

Среди прочего Бен-Гурион предложил изобразить двух львов, держащих скрижали с Десятью заповедями. Выбор завершился только в середине февраля 1949 года, то есть спустя девять месяцев после создания государства.

Правительство решило, что в центре герба будет менора эпохи Иерусалимского храма.

Приглашенный график создал эскиз герба, элементы которого он увидел в одной из синагог Ашкелона: менора, шофар и гранат. Но министры отклонили этот эскиз, заявив, что они категорически против протаскивания религиозных мотивов на государственный герб. Обиженный график эмигрировал из страны.

Утвердили эскиз двух других графиков, которые взяли за образец менору из Иерусалимского храма, изображенную среди других трофеев императора Тита на Триумфальной арке в Риме. Вокруг меноры первый президент Израиля Хаим Вейцман попросил расположить масличные листья.

Не исключено, что первый президент подумал о масличных листьях потому, что голубка принесла библейскому Ною масличную ветку, как свидетельство жизни, возобновившейся после Потопа.

Владимир Лазарис. Фото: Оливье Фитуси


500 лет еврейской истории и 25 лет поисков в израильских и зарубежных архивах легли в основу книги Владимира Лазариса «Среди чужих. Среди своих».

«Детали» публикуют избранные главы из этой, единственной в своем роде, хроникально-исторической книги. В основу статей легли и рассекреченные цензурой протоколы, и архивные материалы о самых неожиданных сторонах еврейской жизни в Диаспоре до и после Катастрофы, и множество неизвестных документов, публикуемых впервые на русском языке.

Приобрести книгу «Среди чужих. Среди своих» или другие произведения Владимира Лазариса можно, обратившись на его сайт: www.vladimirlazaris.com 

тэги

Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend