Израиль и Голаны – оборотная сторона праздника

Президент Трамп хочет признать Голаны израильской территорией, но из архивов видно, что Израиль старался этого не делать.

Приняв в 1981 году закон о Голанских высотах, Израиль не признал, что он аннексировал этот район. Секретное мнение, составленное высокопоставленным юридическим советником, звучит, как предупреждение против принятия подобного закона.

В 1981 году Кнессет за один день принял в трех чтениях закон о Голанских высотах, по которому на эту территорию распространяется израильское законодательство. Закон был принят после того, как во время Шестидневной войны Израиль аннексировал этот район, но поскольку действия Израиля, захватившего этот регион, вызвали споры во всем мире, принятие закона мало способствовало решению этой проблемы.

Более того, этот шаг еще более усложнил ситуацию, поставив израильских юристов перед сложнейшей проблемой – как согласовать израильское законодательство с международным правом. В непростом положении оказался и МИД, который должен был объяснить ситуацию всему миру.

На тот момент было достигнуто следующее решение: пустить в ход стратегический язык, то есть вместо того, чтобы прямо признать, что Израиль аннексировал территорию и объявил о суверенитете над Голанскими высотами, в законе говорилось, что Израиль «распространяет на Голанские высоты свое законодательство, юрисдикцию и администрацию».

21 марта президент США Дональд Трамп написал в «Твиттере», что США пора признать суверенитет Израиля над Голанскими высотами. Если Трамп, действительно, преуспеет в этом намерении, он поддержит шаг, который Израиль всеми силами пытался избежать.

Документ, недавно найденный в государственном архиве институтом «Акевот» («Следы»), который занимается исследованиями израильско-палестинского конфликта, доказывает, что в законе о Голанских высотах Израиль постарался избежать всякого упоминания термина «аннексия».

В заключении, составленном Эльякимом Рубинштейном, который в то время был юридическим советником МИДа, сделана попытка объяснить, как Израиль должен описывать в юридических терминах происшедшие в реальности изменения, не признавая, что он нарушает международное право.

В документе, озаглавленном «Закон о Голанских высотах: являются ли теперь Голаны частью Израиля?», Рубинштейн писал тогдашнему генеральному директору МИДа Давиду Кимхи: «Казалось бы, это — простой вопрос, на который нужно ответить «да» или «нет». Но, как с правовой, так и с политической точек зрения, ответ более сложен и проводит грань между «применением законодательства, юрисдикции и администрации» и явным актом аннексии».

Согласно этому секретному документу, датированному 17 декабря 1981 года, Рубинштейн по сложности приравнивал ситуацию на Голанских высотах с вопросом о статусе Иерусалима.

«С точки зрения внутреннего законодательства, мы можем без колебаний ответить, что нет никакой разницы между Голанскими высотами и остальной частью израильской территории», — писал он. Однако Рубинштейн отметил, что, с точки зрения международного права, существуют проблемы с определением статуса этого региона, и надо попытался найти для них решение.

Согласно его заключению, «не каждый акт распространения законодательства на территорию обязательно означает аннексию, если нет намерения провозгласить свой суверенитет».

Рубинштейн пришел к заключению, что по этой причине «международно-правовая ситуация не столь однозначна. Вопрос о статусе законодательства должен быть рассмотрен в свете политических обстоятельств, и того, намерен ли Израиль объявить о своем суверенитете над этой территорией или нет».

Как написал Рубинштейн, ответы на этот вопрос можно найти «в заявлениях израильских лидеров и намерениях правительства, в том числе тех, которые оно хочет донести миру».

По мнению Рубинштейна, инструкции для тех, кто отстаивает интересы страны во всем мире, должны содержать ту же терминологию, которая используется в законе, без упоминания аннексии или провозглашения суверенитета. Те, кто говорит о законе, во избежание «ненужной критики» также не должны были заявлять, что «это — не аннексия».

Поэтому, заключил Рубинштейн, закон должен быть именно таким, «без каких либо добавлений или исключений» из его текста.

Ноа Ландау, «ХаАрец», М.Р. К.В. 

Фото: Гиль Элиягу


Анонс

Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend